19 окт. 2008 г.

Finnforest "Finnforest / Lähtö Matkalle" (1975/1976)

В отличие от леса брянского финский шумит вовсе не сурово. Вековые сосны и ели мерно раскачиваются в мягкой Кентерберийской манере, словно принимая эстафету от англосаксов Caravan. Деликатные органные тембры, характерные для ранних Camel, в сочетании с электропиано и многоликой гитарой - еще один камень в огород классического арт-рока Британских островов. Но если вслушаться повнимательнее, осознаешь, сколь иллюзорны и поверхностны первые выводы. Творческая кухня Finnforest тем и хороша, что все здесь пропитано немалой долей интриги...
Организовали этот любопытный коллектив братья Тегельман - Пекка (гитара, бас) и Юсси (ударные), большие почитатели прогрессива, джаза и симфонической музыки. Заполучив в единомышленники органиста Юкку Рисанена, новоиспеченное трио занялось сочинением материала для первого альбома. В 1975 году дебютный винил, незамысловато озаглавленный "Finnforest", увидел свет. Отдавая должное структурному мышлению участников ансамбля, последовательность пьес выстроена крайне грамотно: эдакий звуковой экспресс, набирающий обороты. Если два открывающих номера - своеобразная дань вышеупомянутым представителям Соединенного Королевства, то уже к третьей композиции ("Happea") проявляется нечто оригинальное. И вот сквозь ритмично колеблющуюся листву таращатся на вас паскудные глазки злых троллей. Неспешные гитарно-клавишные проходы сменяются виртуозными скоростными фьюжн-партиями в духе голландцев Finch и шведов Atlas. Ударный джаз-роковый опус "Paikalliset Tuulet", сыгранный в традициях Джона МакЛафлина (еще один источник вдохновения), - по сути предвосхитил стилистику последующего творения Finnforest - альбома "Lähtö Matkalle" (1976). К тому моменту оба Тегельмана распрощались с Юккой Рисаненом, и вместо одного выбывшего ангажировали троих: басиста Ярмо Киеккалу и пару клавишников - Юкку Линколу и Пертти Покки. Возросшие амбиции художественных руководителей привели к корректировке курса. Равновесие меж артом и джазом было нарушено в пользу последнего. Пять хитроумных, тяготеющих к эпичности инструменталов - наглядная демонстрация авторской зрелости. Много атмосферы, любопытных ритмических и мелодических решений. Особое внимание обращает на себя изощренная работа бас-гитариста. Замыкающий двухчастный эпик "Lähtö Matkalle", записанный при поддержке струнной группы во главе с Отто Доннером, - немного запоздалый скандинавский ответ The Mahavishnu Orchestra. Короче говоря, прогрессивный симфо-джаз в лучших традициях.
Резюмирую: отличный диск, рекомендуемый в коллекцию каждого любителя серьезной музыки.

18 окт. 2008 г.

Isildurs Bane "The Voyage – A Trip to Elsewhere" (1992)

"Вояж", на мой взгляд, своеобразное золотое сечение в дискографии замечательного шведского коллектива. Идеальный баланс меж фантазией и здоровым прагматизмом, полетом вдохновения и академической чопорностью. Курс на оркестровое звучание, взятый предыдущим, переломным для Isildurs Bane альбомом "Cheval - Volonte de Rocher" (1989), достиг здесь своего апогея.
Композиционной основой для масштабного концептуального полотна послужила четырехчастная тема, изначально написанная Матсом Юханссоном для камерного трио (фортепиано, скрипка, виолончель). Однако, по мере увлечения мастермайнда IB творческим процессом сравнительно небольшая пьеса разрослась до размеров двойной пластинки. Необычное по замыслу произведение навеяно записками швейцарца Адольфа Вольфли (Adolf Wőlfli, 1864–1930), большую часть жизни проведшего в клинике для душевнобольных. Вследствие недуга этот человек утратил память о собственном прошлом и решил воссоздать свою биографию, опираясь на силу воображения, совершая вымышленные путешествия в различные точки пространства и затем подробно описывая их. Богатый внутренний потенциал Вольфли реализовывал также как художник и композитор. В общем, эдакий Леонардо да Винчи из сумасшедшего дома. Воплощенная им реальность спустя 60 лет после смерти автора подвигла шведских арт-рокеров на создание шедевра. Причем, экскурсом в мир фантазии швейцарского уникума дело не ограничилось. "Вояж" затрагивает моменты жизни и других неординарных личностей - Рэймонда Айсидора, Карла Юнкера, Антонио Гауди, Ларса Вилькса. Органисту Юханссону со товарищи в этом звуковом приключении помогали консерваторские воспитанники The Zorn Trio и Halmstad Vokalensemble, а также давние друзья-соратники - флейтист Бьорн Джейсон Линд (его фирменные духовые "всполохи" как нельзя к месту в композиции "Nimis - Wotan's Tower") и гитарист Янне Шаффер. Аранжировочную часть доверили старинному знакомцу Яну-Эрику Сэфу, и не прогадали: релиз превзошел самые смелые ожидания. В ходе прослушивания диска особо не задумываешься, когда кончается собственно рок и начинается классика. Поразительно цельная, отточенная работа, где каждая нота источает изумрудный блеск. Композиционно-исполнительское совершенство. Не пропустите.

The Voyage – A Trip to Elsewhere

Groovector "Ultramarine" (2000)

Поздним декабрьским вечером, когда вся Лапландия готовится отойти ко сну, когда огненные полозья воздушных саней Рождественского деда (по-местному - Йоулупукки), избороздив небосвод, исчезают за горизонтом, над темнеющей полоской леса бесшумно воспаряет белесое пятнышко. Немногие способны усмотреть в призрачной тени очертания Снежного Гуся. Но те счастливцы, коим выпадет такой шанс, будут заряжены вдохновением на весь следующий год...
Немеркнущая звезда легендарных Camel по-прежнему служит надежным проводником множеству музыкантов со всей планеты. Одни из них - участники финского ансамбля Groovector. В канун нового тысячелетия бравая пятерка решила воздать заслуженные почести семидесятым годам века уходящего и записала дебютный альбом, полный прекрасных ностальгических мотивов. Чудесный сплав идей симфо-прога, Кентерберийского арта и фолк-рока оказался как нельзя кстати. Семь композиций, 63 минуты тотального инструментала, проникновенно отыгранного ребятами из Суоми. Замечательный ретро-саунд, в основном поддерживаемый богатой линейкой аналоговых клавишных Микко Хейнинена: Hammond B3, рояль, клавесин, Rhodes-пиано, Муг, микроМуг и прочие синтезаторы обеспечивают насыщенную полифонию. Одухотворенные соло-проходы флейты Тимму Хюнонена задают настроение большинству треков. Гитары относительно немного. Отвечающий за нее Раули Виитала предпочитает использовать классическую акустику. И в общем-то правильно, поскольку композиционная структура пластинки выдержана в деликатно-сказочном ключе. В моменты камерного музицирования, когда затихает ритм-секция (Тимму Ниемела - бас, Калле Аальто - ударные), а пространство сдается на милость клавишным пополам с духовыми, возникают ассоциации с другими молодцами из тех же краев - командой Uzva. Не знаю, подразумевает ли замысел программы под собой какую-либо концепцию, но воспринимается она удивительно целостно. Правда, несколько выделяется из общего мелодического ряда вещица под названием "Selangor", открывающаяся пением муэдзина. Впрочем, и ее эпизодический псевдо-арабский колорит навевает мысли о верблюжьем шедевре "Rajaz", а тягуче-летящие гитарно-синтезаторные звуки напоминают о существовании умельцев из Djam Karet.
Словом, этот шикарный релиз, изданный итальянским лейблом Mellow Records, – большая радость и бальзам на душу ортодокса от прогрессива.

Ultramarine

17 окт. 2008 г.

Isildurs Bane "Cheval - Volonté de Rocher" (1989)


Кто не рискует, тот, как известно, шампанского не пьет. Для шведов Isildurs Bane это расхожее высказывание давно стало догмой. С момента своего основания в 1976 году они неустанно экспериментировали с музыкальной формой, играючи расправляясь и с традиционным арт-роком английского образца, и с симфоническим джазом, и бог знает, с чем еще. К концу 1980-х клавишник группы Матс Юханссон, со временем превратившийся в основного композитора IB, обозначил новую генеральную линию развития коллектива: оркестровый инструментальный прогрессивный рок. Вот так, ни больше ни меньше. Для той поры шаг, как ни верти, безумный. Из серии: к черту коммерцию, даешь творчество! Тут, правда, стоит оговориться: шведское правительство на уровне министерства культуры печется о поддержке талантов, и если таковые выявляются, то им, как правило, предоставляют денежные субсидии на реализацию задуманных проектов. Словом, маэстро Юханссон знал, что делал. И к сочинительскому процессу он подошел с великим энтузиазмом.
Для начала концепция. На историю французского почтальона Фердинанда Шеваля Матс наткнулся, читая журнал. Этот человек по дороге на работу имел привычку подбирать камни, из которых в результате воздвиг Le Palais Ideal - миниатюрный дворец, восьмое чудо света; 33 года жизни посвятил мсье Шеваль своему уникальному детищу. В 1988 г. Isildurs Bane получили возможность узреть собственными глазами означенный грандиозный памятник твердости человеческого духа. Увиденное поразило ребят и еще больше укрепило Юханссона в мысли целиком отдаться сюжету о скромном гении Фердинанде Шевале. Итогом явилась 40-минутная симфо-роковая сюита, над воплощением которой участники IB корпели совместно с профессионалами из камерного оркестра Hallandsensemble. Чтобы гармонично увязать в единое целое разностилевые элементы, к сотрудничеству был приглашен опытный аранжировщик Кристиан Йерхов. Во многом благодаря ему удалось добиться практически идеальной сбалансированности звучания классического инструментария и рок-арсенала. Гостевым присутствием отметились на пластинке два заслуженных деятеля скандинавского арта - флейтист Бьорн Джейсон Линд и гитарист Янне Шаффер (последний также выступил в качестве сопродюсера альбома), что, несомненно, придало солидности конечному результату.
Резюмирую: отличный диск, настоятельно рекомендуемый всем любителям серьезной музыки.

15 окт. 2008 г.

Tempus Fugit "Chessboard" (2008)

Возрадуйтесь, поклонники латиноамериканского симфо-прога, ибо пришел на вашу улицу долгожданный праздник. Одна из лучших бразильских команд девяностых после девятилетнего перерыва решила напомнить о себе. Да еще как!
"Chessboard" - квинтэссенция самых замечательных находок с двух предыдущих альбомов Tempus Fugit. Сказочность "Tales From a Forgotten World" (1997) переплетается с ярчайшей мелодичностью "The Dawn After the Storm" (1999). Протяженные инструментальные пассажи демонстрируют нам бесконечно красивый, энергетически заряженный и в то же время деликатный арт-рок. Эфирные наслоения клавишных неисправимого романтика Андре Мелло (ему бы нью-эйджевые опусы записывать!) нежнейшими волнами омывают четко прорисованный ритм ударных Ари Моура и баса Андре Рибейро, сливаются в прочном альянсе с хэккеттообразной гитарой Хенрике Симуиса, в отдельные моменты достигая невыразимого никакими словами пика, подлинного эмоционального экстаза (крайне показателен в этом отношении номер "Tears from the Sky". Острейший сверхчувственный драматизм момента сравним разве что со средней секцией эпической композиции Томаса Бодина "Three Stories", в которой бесподобно солировал мастермайнд The Flower Kings Ройне Стольт). Несколько возросла удельная доля англоязычного вокала: поют органист Мелло и гостья Мирна Бертлинг. Толику волшебства в общую копилку добавляет еще один визитер со стороны - мастер гитары Жозе Роберто Криванно. Аранжировочные приемы отчасти напоминают пластинки венгров Solaris: те же атмосферно-плавные линии синтезаторов, растворенные в рок-палитре. Трагедийность бытия, преломляемая в призме двухчастной титульной вещи, отсылает к страданиям мариллионовского шута, хотя незатейливым (зато искренним!) певческим экзерсисам Андре Мелло одинаково далеко как до Фиша, так и до Хоггарта. Впрочем, все это мелочи, ни к чему не обязывающие мимолетные реминисценции. Голосовые партии здесь лишены ведущей смысловой нагрузки. Главное - музыка. А уж она-то, поверьте, на высоте. Бразильерос по-прежнему остаются собой - приверженцами мягкого, лиричного саунда, светло-грустного поэтического настроя, вечно юными душой, и, стало быть, способными на новые творческие свершения. Так пожелаем им дальнейших успехов на избранном пути.
До скорого, Tempus Fugit!

Don Airey "A Light in the Sky" (2008)

Нынешний органист Deep Purple по природе своей человек скромный, однако цену себе знает. Плотный гастрольный график Дона Эйри до поры не позволял ему заняться приятным процессом удовлетворения творческих амбиций. В 2007 году возможность наконец-то представилась. Маститый клавишник изыскал "минуточку", дабы прийти в студию и сделать то, чего душа желала на протяжении многих лет (предыдущий сольник Дона, "K2 (Tales of Triumph & Tragedy)", был издан аж в 1988 г.). Сразу скажу, что в отличие от вальяжного Джона Лорда, прочно примкнувшего к сонму "ваятелей" оркестровых шедевров, Эйри, за плечами которого серьёзное музыкальное образование, остаётся верен рок-идеалам. Причём не только хардового образца.
"A Light in the Sky" – произведение удачное во всех отношениях. Научно-фантастическая смысловая основа, как правило, подразумевает широкий спектр выразительных средств. И здесь оно есть. Стилистические границы диска простираются от мощнейших вокальноориентированных рок-боевиков в лучших традициях Purple/Rainbow (таковых меньшинство; конкретнее, 4 из 17 треков) до крайне интересных инструментальных симфо-проговых экскурсов в духе Рика Уэйкмана и Кита Эмерсона. К процессу мистер Эйри подошёл весьма ответственно, задействовав по паре ударников и басистов, трёх певцов и гитариста старой школы – Роба Харриса. В саунде, естественно, доминирует орган Hammond A 100, на котором маэстро играет уже несколько десятилетий. Признаться, столь "вкусной" и колоритной манеры исполнения давненько не приходилось слышать! Палитра соткана из контрастов: виртуозная клавишная бравада с лёгким юморным подтекстом ("Space Troll Patrol") незаметно перетекает в красивейшие космические элегии ("Andromeda M31") и интролюдии ("Lift Off"). Есть и совсем уж экзотические мелодические решения типа space-болеро "Somarero M104" (у кого ещё встретишь подобное?); и прозрачные камерные этюды консерваторского плана, являющие слушателю затейливо-виртуозный дуэт фортепиано со скрипкой от специально приглашённой Лидии Бэйч. Отдельно хочется выделить отменную работу звукорежиссёра Натана Сэйджа, сумевшего увязать в нерасторжимое целое достижения высоких технологий с консервативным саундом классик-рока.
Итог: великолепный, динамичный релиз, однозначно рекомендуемый каждому меломану.

13 окт. 2008 г.

Lady Lake "Unearthed" (2006)

Творчество голландской инструментальной формации Lady Lake неоднозначно. Даже в стане поклонников группы порою наблюдается своеобразный раскол: упертые адепты симфо-прога почитают шедевром жанра мягкий лиричный “No Pictures” (1977) и негодуют по поводу закрученной фьюжн-стилистики диска “Supercleandreammachine” (2005). Что до “Unearthed”, то это собрание неизданных ранее записей периода 1979—80, конечно, не привьет ген всеядности бойцам за чистоту жанра, однако вполне способно примирить таковых с существующим внутри Lady Lake положеньем вещей.
Представленные здесь композиции иллюстрируют своеобразную передачу эстафеты: виртуозная изощренность 1970-х поглощается лаконичной прямолинейностью эпохи диско. Забудьте про меллотрон, заприте в сарае ваш старый добрый «Хаммонд». Настало время для новой музыки. Впрочем, мелодическое чутье мастермайнда Фреда Розенкампа со товарищи никуда не делось, а потому…
В волновые тембры врывается терпкий гитарный фьюжн, сдобренный толикой симфонизма (“Sunburst in Bognor”); незамысловатость хард-роковых риффов покрывается хитроумными аранжировками, реализованными с подлинно голландским вкусом (“The Hulk”); деликатные клавиши в сочетании с разлапистым басом и прогрессивным гитаризмом рождают фирменное звучание Lady Lake (“Tea Time”); отсутствие формального диктата позволяет свободно курсировать меж эпическим сплавом из джаза, арта и блюза (“22 cm ii”), цепкими зарисовками в духе ансамбля Зодиак (“Lady Like”) и легковесным музыкальным чудачеством с забавными партиями ритм-секции (“I Only Wanted a Girlfriend (But Got Married)”). Дабы окончательно разъяснить непонятливым, что прежнего «кина» не будет, ребята выдают на гора фактурный номер “Jimmy Wakes Up”, наглядно демонстрирующий, кто же такие на самом деле Lady Lake. Оценивать “Unearthed” можно по-разному, но главную свою задачу релиз, безусловно, выполнил, ликвидировав существенный пробел в дискографии банды. И это не может не радовать.

12 окт. 2008 г.

The Pineapple Thief "Tightly Unwound" (2008)

Команду вокалиста/гитариста Брюса Сурда (ex-Vulgar Unicorn) можно поздравить: теперь за дистрибьюцию творений The Pineapple Thief в Европе отвечают люди с KScope - подразделения уважаемого британского лейбла Snapper Music, сделавшего себе имя на издании альбомов No-Man, Porcupine Tree и Bjork. Так что назревает заслуженный выход группы на широкую аудиторию слушателей. Факт отрадный, ибо в России-матушке достать на нормальных носителях прежние релизы "Ананасового воришки" - задача, прямо скажем, непростая. Ладно, бог с ними, проблемами распространения компактов, перейдем к содержательной части.
Признаться честно, немного смутил сам факт столь скорой "выпечки" полнометражного CD. В среде продвинутых "меломаньяков" еще не утихли страсти по прошлогодней великолепной работе The Pineapple Thief "What We Have Sown", собравшей урожай восторженных отзывов в мировой рок-прессе. А тут, гляди-ка, новый магнум опус подоспел. И если изначально у вашего покорного слуги были опасения относительно качества свежей программы квинтета, по мере прослушивания они рассеялись восвояси. Альбом определенно получился. Быть может, он менее ярок в сравнении с предшественником, но нельзя же каждый раз выдавать шедевры. В музыке сохраняется ориентация на депрессивный драматизм Radiohead и мелодично-меланхоличные экскурсы ранних Porcupine Tree - лишнее свидетельство того, насколько актуальны и сегодня заповеди типично английского неопсиходелического прогрессива. Фирменное сочетание акустической балладности с тяжелым дисторшированным звучанием электрогитар, использование аналоговых клавишных наряду с модерновыми лупами, впечатляющая ритмика ударных, гармоничное оркестровое наполнение в ряде композиций - все это в совокупности образует интересную, привлекательную, не лишенную глубины картину. Пороха в пороховницах у Брюса, видать, предостаточно, чему можно лишь позавидовать. Высокий вокал нестареющего Питера Пена помимо напускной минорной усталости несет в себе изрядную долю вдохновения. Аранжировки выстроены детально-изобретательно. Говоря языком кинематографистов, крупные планы умело чередуются с общими, а напористый плотный саунд удачно оттеняется напевностью материала. Вереница ударных "боевиков" и лирико-экзистенциальных этюдов плавно подводит потенциального поклонника TPT к главному блюду - 15-минутному эпику "Too Much to Lose"; лучший финал для пластинки придумать сложно.
Итог: мощно, сильно, красиво. Советую приобщиться.

Ketil Bjørnstad & David Darling "The River" (1996)

Иногда слов не хватает. Просто сознаешь, насколько фальшива сама попытка описать то, что нацелено в вечность. И здесь имеем как раз такой случай. Норвежец Кетил Бьорнстад (фортепиано) и американец Дэвид Дарлинг (виолончель) сотворили работу, свободную от стилевых рамок. Это маленькое чудо уже сейчас тянет назвать классикой. Настроенческий шедевр, легкокрылая пейзажная звуковая поэма, где все подчинено эмоциональной гамме. И посему позвольте вместо стандартного аудио-обзора предложить Вам миниатюру.
…Река с мягким шелестом наращивала темп, вырываясь из тесной каймы берегов. Плотность воды исчезала. Шаг за шагом, размывая границы условного, река обретала новую ипостась – становилась ветром.
…Черствое сердце камня замерло в ожидании перемен. С тихим волнением наблюдая, как отслаиваются крепчайшие некогда ткани, распадаются на сборище неровных осколков, разрушаются до кристаллов. Вопреки законам природы камень нисходил в песок.
…Заскорузлые пальцы ветвей силились миновать обжигающих прикосновений. Обреченное на паралич дерево с ужасом внимало нестерпимо жаркому шепоту пламени, языки которого в исступлении ласкали кору. Огненные конвульсии достигали корней. Раскаленная стихия поглощала ствол, обращая немые волокна в тлеющие клетки.
…Душа устремилась на волю.
Продираясь меж клубками сухожилий, вспарывая невесомой дланью агонизирующую плоть, неудержимо продвигалась она к иному.
Мелко содрогнувшись на выходе, распрямилась.
Ничто не сдерживало.
Мир отринул пределы, разменяв их на вечность.
И подхваченная рекой-ветром, оставляя без сожаления хладеющие древесные угли в царстве камня-песка, растворилась за порогом отомкнутого горизонта.

11 окт. 2008 г.

Tabula Rasa "Ekkedien Tanssi" (1976)

Парадоксально, но факт: количество хороших групп в территориально небольших государствах в разы превышает таковое на обширных пространствах бывших империй. Видимо, есть в оном некая тайная закономерность. Маленькая Финляндия в ряду богатых музыкальными талантами стран занимает отнюдь не последнюю позицию. И хотя герои данного обзора за свою короткую творческую жизнь шедевров не создали, зато оставили по себе память в виде двух отличных альбомов. А это, согласитесь, тоже дорогого стоит.
Если безымянная дебютная пластинка Tabula Rasa, вышедшая аккурат в середине 1970-х, во многом наследовала идеям корифеев финского прога Wigwam (только с уклоном в фолк), то второй своей работой лихие парни из Суоми, в пику названию коллектива, продемонстрировали способность отмежевываться от прошлых заслуг, становясь пресловутым "чистым листом". По звучанию "Ekkedien Tanssi" - реверанс в сторону традиционного симфонического арт-рока Британских островов. Правда, в отличие от классиков жанра, скандинавы уповают не на закрученные инструментальные проходы неимоверной длины и сложности, а на мягкие, мелодичные, превосходно аранжированные песни. Да оно и понятно, ведь фронтмен команды Юкка Леппилампи - мастер по части вокала. Уравновешенно-интеллигентные интонации его голоса оказывают крайне приятное воздействие на сознание слушателя. Основная нагрузка приходится на долю заведующего клавишным арсеналом Ярно Синисало. В распоряжении последнего - орган, фортепиано (как электрическое, так и стандартное), струнные синтезаторы и клавесин. Деликатные пассажи органиста вкупе с крупным басовым рисунком Тапио Суомяйнена местами порождают ассоциации с первым диском Camel. Не отстает от коллег и гитарист Хейкки Силвеннойнен, владеющий полным спектром способов игры на инструменте. Временами характер треков весьма хамелеонист: то, что начинается как мажорный поп-артовый номер, запросто может перерасти в хард-роковый забой. Образная красота питает композиции "Aamukasteen Laiva", "Omantunnon Rukous", "Rakastaa". Два первых сочетают воздушную напевность с тонкой оркестровкой и изяществом акустического фьюжн; что касается третьего, сравнительно короткого опуса, то он явно скроен по канонам эстрадной баллады, впрочем, сие нисколько не преуменьшает его достоинств. В идущих бонусами "Rakastatko Vielä Kun On Ilta" и "Yksin" вокалирует тезка г-на Леппилампи Юкка Сальмела, тембрально не противоречащий предыдущему "оратору".
Резюмирую: достойный альбом. Без претензий, но с душевной теплотой и вкусом. Рекомендуется всем любителям хорошей музыки.

10 окт. 2008 г.

In Nomine "Mythos" (2005)

В махровые советские времена одним из показателей культурного уровня семьи являлось наличие на книжной полке томика "Мифы и легенды Древней Греции" Н.А. Куна. Поэтому любой уважающий себя школьник с младых ногтей знал, кто такие Кронос, Арес, Сизиф и прочие боги с героями.
Подростковое воспитание в Испании, вероятно, базировалось на иных ценностях, но и там имена легендарных античных деятелей отнюдь не пустой звук для образованной молодежи. В частности, для братьев Фрагас - Эстебана (гитары, бэк-вокал) и Хулио Сезара (бас-гитара, саунд-эффекты), стоящих у руля квартета In Nomine. Предыдущий опус ансамбля, альбом "Mutatis Mutandis" (2000), судя по отзывам, был выстроен в симфо-проговом ключе и притом инспирирован весьма странным альянсом: с одной стороны – Police, с другой – Marillion и Arena. Ежели оно так, то за прошедшую пятилетку ребята совершили недурный скачок вперед. Основанный на древнегреческих сказаниях "Mythos" вовсе не пафосный симфо/нео- что-то там, каковым вполне мог бы оказаться. Перед нами солидный, зрелый прогрессив-фьюжн, выдержанный в стилистике, отдаленно напоминающей американцев Echolyn и Finneus Gauge. Клавишные оркестровки Андреса Гонзалеза обрамляют джаз-роковые проходы гитары, служа надежным основанием для пирамидального концептуального полотна, вершиной коего по логике, конечно же, должен быть Зевс-громовержец. Вокальный рисунок (в смысле голосовой мелодики) на первых порах схож с Gentle Giant (характерное слоистое многоголосие, сложные атональные "петли"), но при этом тембр певца/ударника Леонардо Переса во многом близок Энди Тиллисону (ex-Parallel or 90 Degrees, The Tangent). Любителей ретро хочу предупредить: обилия аналоговой полифонии ждать не стоит; звуковые текстуры зиждутся на сочетании синтезаторов и рояля. Однако, пусть сие обстоятельство не пугает консервативно настроенных меломанов, ибо палитра пропитана исключительно теплыми тонами. Выходцы из Иберии берут грамотным композиторским мышлением, профессиональным исполнением, отличной сыгранностью. Плюс немаловажная деталь: в повествовании кроется интрига, некий затаенный драматизм, придающий музыке необходимую изюмину.
В общем, дамы и господа, я сказал, что хотел. Далее ваш ход. Слушайте с удовольствием.

9 окт. 2008 г.

The Neil Campbell Collective "Particle Theory" (2007)

Многоообразие современной прог-сцены диктует определенную разборчивость, если не сказать привередливость при выборе серьезной музыки. Иначе рискуешь потеряться в бесконечном потоке подающих надежды "гениев", многие из которых ничего особенного собою не представляют. Тем приятнее, когда в руки попадает диск подлинно небанального артиста. Нил Кэмпбелл как раз из них.
Без оглядок на "героев" британского неопрогрессива, чьи имена давно навязли у всех в зубах, этот ливерпульский композитор и исполнитель при поддержке единомышленников торит собственный путь в арт-роке, исповедуя симбиоз различных элементов: от симфонической классики и джаза до космической электроники, ретро-попа и мелодики, присущей звуковым дорожкам из кинокартин шестидесятых. Будучи в первую очередь отменным гитаристом, Нил также весьма искусно управляется с клавишными, используя в арсенале электропиано марки Wurlitzer и линейку синтезаторов Korg, имитирующих саунд семидесятых.
"Particle Theory" - вторая работа Коллектива Нила Кэмпбелла, неизменными участниками коего, помимо маэстро, являются виолончелистка Николь Колларбон и ударник Марк Броклзби. И если дебютная пластинка ребят "3 O’Clock Sky" (2005) была выдержана в манере концептуально-атмосферного арта, а вышедший годом позже под фамилиями Нила и Николь релиз "Fall" содержал исключительно акустический материал, то новое творение The Neil Campbell Collective - натуральный прогрессив. К процессу записи мастермайнд ансамбля подключил басистов Дэна Оуэнса и Лайама Кэйри, бэк-вокалистов Викторию Мэлиа и Джеффа Джепсона, кельтского арфиста Стэна Эмброуза, духовика Алекса Уэлфорда и обладательницу оригинального сопрано Энн Тафт. Таким образом за богатую аранжировочную палитру альбома можно не беспокоиться. И в смысловом отношении, и чисто внешне "Теория частиц" выглядит внушительно. Делая ставку на инструментальную составляющую, Кэмпбелл укладывает композиции "восьмеркой", опираясь при том на идею мозаичной структуры полотна: от симфо-прога в духе Camel и Caravan до эмбиент-эпизодов, от камерной акустики до песенноориентированных полу-психоделических экскурсов а-ля The Doors (номер "The Line"). Парадоксально, но мнимая эклектика в реальности лишь подчеркивает целостность "Particle Theory". Во многих отношениях неординарная пластинка воспринимается на пару голов выше той "жвачки", что штампуют в гигантских количествах псевдо-интеллектуальные лейблы. Отличный подарок для меломана с задатками философа.

8 окт. 2008 г.

Atlas "Blå Vardag" (1979)

В конце семидесятых эти шведские парни запросто соперничали в популярности с соотечественниками Kaipa. Однако, если команда Ханса Лундина и Ройне Стольта в значительной степени ориентировалась на спокойный рафинированный арт-рок а-ля Genesis, их альтер-эго Atlas играли музыку более замысловатую и зажигательную, да к тому же целиком избавленную от вокала. За мощное полифоническое звучание дебютного альбома "Blå Vardag" стоит благодарить органистов Бьорна Экбома и Эрика Бьорна Нильсена (тут вам и меллотроновые подкладки, и "Хаммонд" с мугом, и синтезатор ARP вкупе с клавесином да джазовым фоно - короче, все в лучших традициях). Впрочем, и остальные участники ансамбля (гитарист Янне Персон, басист Ульф Хедлунд и ударник Микке Пинотти) не зря ели свой хлеб. Игровой симфонический прогрессив-фьюжн Atlas напоминает идеальный часовой механизм, в котором все узлы и шестеренки функционируют без сучка и задоринки. Если проводить аналогии, то ближайшими стилистическими сородичами шведов я бы назвал не английских законодателей прогрессива, а, скорее, представителей фламандской сцены - виртуозов типа Focus и Finch, тяготевших к полноформатным опусам с обязательными дуэлями гитары и клавишных. Чередование ритмов и настроений – от бодрого позитивизма до меланхолической погруженности в себя - также одна из фирменных черт голландских мастеров интеллектуального рока. К подобному в итоге пришли и скандинавские ребята. Пластинка, изданная на излете "золотого десятилетия", может считаться, без преувеличения, эталонным образцом симфо-арта. Отменно структурированная работа, впитавшая массу влияний из области джаза, фолка и классики. Послушайте хотя бы 14-минутный эпик "På gatan", где ритмический рисунок вьется шустрой змейкой, постоянно выделывающей коленца, а мелодическая канва при этом устойчива и исключительно приятна для уха. От «вкусной» исполнительской манеры членов квинтета испытываешь настоящий кайф. Оно, может, и не шедевр, но одно из наиболее интересных произведений поздних 1970-х, настоятельно рекомендуемое каждому меломану.
CD-переиздание включает два бонус-трека, уместно дополняющих основной материал. В 1982 г. расширенные до размеров октета (плюс певец) Atlas выпустили альбом "Mosaik", но успеха тот релиз не снискал, и музыканты поспешили разойтись полюбовно, оставшись в истории ярким стремительным метеором, чей след покуда не исчез из поля зрения потомков.

Willowglass "Book Of Hours" (2008)

Все-таки руководители прог-лейблов бывают удивительно недальновидны! Таланты разгуливают буквально у них под носом, а тем и дела нет. Ни Inside Out, ни Musea, ни даже бразильский Rock Symphony не озаботились заключить контракт с Эндрю Маршаллом, действующим под вывеской Willowglass. А пора бы! Свой второй альбом "Book Of Hours" одаренный композитор, по совместительству - мультиинструменталист, как и безымянную дебютную пластинку вынужден штамповать самиздатом. Ничего не попишешь, истинным творцам всегда нелегко. Ну да ладно. Нечего жаловаться, ведь диск получился и впрямь замечательный.
Стопроцентный англичанин, Маршалл в собственных пристрастиях по-хорошему консервативен. Его музыкальные идеалы - классический британский прогрессив семидесятых годов. Genesis и сольные работы Стива Хэккетта, Camel, Jethro Tull, ELP, Gryphon - иконы жанра, на которые равняется Эндрю. Никаких цифровых штучек-дрючек, дурацкого "пластмассового" саунда. Только теплые аналоговые тона с их интеллигентными глубинами. Если уж орган, то культовый Хаммонд, не меньше. Стена звука? Без проблем, коль под рукой меллотрон. То же относится к электро-/ акустическим гитарам, басовым педалям и усилителям. Помимо прочего маэстро использует флейту и деревянные духовые, играет на перкуссии, а с ударными ему как и прежде помогает старый друг Дэйв Брайтмен. Композиционно треки гиперкомплексны, динамичны и образны. Обладая явным мелодическим чутьем, Маршалл оформляет эпические конструкции с каким-то аристократическим изяществом и благородством; слушаются они в итоге легко и с интересом.
Отрадно, что усердия этого джентльмена не прошли втуне. Исполнительское мастерство Эндрю по достоинству оценили члены финского прогрессивного сообщества Colossus, предложившие артисту с Туманного Альбиона поучаствовать в паре проектов: первый - концептуальный бокс-сет "Inferno" (4 CD; 34 коллектива со всех концов планеты) на тему "Божественной комедии" Данте Алигьери, для которого мистер Маршалл специально написал мощный пролонгированный опус "Canto 12: The Crossing" (в проекции - эпизод "Чистилище" для второй части эпоса); другой масштабный замысел, к коему привлекли мастермайнда Willowglass, - "Tuonen Tytar 2" (Трибьют финскому прогрессив-року 1970-х). И здесь ему доверили исполнить кавер-версию "Fairyport" легендарных Wigwam. (На 2009 год также запланирован выход очередного трибьюта - на сей раз шведскому арт-року 1970-х, где на Эндрю Маршалла возложена почетная миссия: дать новую жизнь знаменитой вещи "Oceaner Foder Liv" скандинавских классиков Kaipa). В общем, любопытная картина маслом.
Ну, а собственно Willowglass я рекомендую всем поклонникам симфонического ретро-прога, да и остальным меломанам тоже.

7 окт. 2008 г.

Uzva "Niittoaika" (2002)

Второй программный альбом оригинального ансамбля из Страны Тысячи Озер можно охарактеризовать коротким эпитетом "зрелый". Юношеский романтизм диска "Tammikuinen Tammela" (2000) отошел в прошлое. На смену ему явились проблески здорового академизма. Многослойная структура "Niittoaika" - это прежде всего переплетение нюансов. Три эпика, деленные на восемь треков; вереница характеров, столь непохожих друг на дружку, и тем не менее, взращенных в единой колыбели.
Первое, что обращает на себя внимание, - эфемерность ряда композиций. Масса воздуха, света и - главное - превосходное в своей гармоничности сочетание электричества с акустикой. Даже в моменты звукового уплотнения радужная палитра релиза немыслимым образом сохраняет прозрачность и небольшой налет сказочности. Классицизм растворяется в игровой джаз-роковой непосредственности, мелодии обретают текучесть, воспринимаются свободно и чисто. Сочащиеся жизнью молоточки маримбы снуют на фоне тревожных струнных, саунд-ландшафты полнятся перкусионным разнообразием; уместное вплетение редких элементов из области авангарда, временное сумаcшествие, вносимое ритм-секцией в слиянии с виолончельно-скрипично-гитарными пассажами, апокалипсический проговый кураж... Состояние искрометного блаженства, питающее участников коллектива, их умение с видимой беззаботностью убедительно претворять в реальность замысловатые структуры, передается и слушателю, косвенно подключая того к сотворчеству. Виртуозное мастерство исполнителей лишено всяческого самолюбования, балом в большинстве случаев правят теплота и душевность; это особенно приятно. Мини-оркестр из семи человек (Олли Кари - ударные, перкуссия, вибрафон, маримба; Хейкки Пуска - гитара, фортепиано, перкуссия; Ласси Кари - бас, контрабас; Тууре Пааланен - виолончель; Лаури Кайандер - гитара; Ханне Иронен - флейта; Инка Иерола - скрипка + специально приглашенные аккордеонист Киммо Похьонен и кларнетист Хейкки Рита) продолжает творить чудеса экспериментального свойства, по-мичурински смело скрещивая рок-н-ролльный драйв с симфоническим размахом (финальная вещь "Drontti III" - просто убийственный сонический залп, по сравнению с которым выстрел "Авроры" - пшик из детского пугача). Таким образом, инструментальный камерный прогрессив-фьюжн финских добрых молодцов способен порадовать и эстетов, и любителей горячительного. Словом, браво!

18 сент. 2008 г.

Uzva "Tammikuinen Tammela" (2000)

В час, когда недолгое северное солнце опускается над гладью дальних озер, можжевеловая глушь наполняется бесконечно удивительными созвучиями. Бархатистые тембры устремляются сквозь густые еловые ветви к окаймленному тонкой полоской заката горизонту. И смолкают болотные жабы, уязвленно затихают пернатые, ибо невозможно противостоять очарованию этих плавно кружащихся нот...
Дебютный выстрел финского инструментального ансамбля Uzva получился на редкость сильным. И никакого секрета тут нет. Все дело в грамотно выстроенной стратегии: оригинальность саунда (скандинавские фольклорные темы + роковый драйв + привлечение классических исполнителей), ностальгические отголоски семидесятых и равноправное взаимодействие акустического инструментария с электрическими агрегатами. Единоличный автор материала гитарист/аккордеонист Хейкки Пуска замахнулся на цельную сюиту в пяти частях с интродукцией. Тематически все завязано на выпуклой прорисовке пейзажной основы: показать миру красоту местности Таммела, погруженной в сказочную изморозь января. Затея удалась. Не в последнюю очередь благодаря крайне внушительному составу музыкантов. Ведь помимо собственно участников Uzva (не считая вышеозначенного господина Пуски это: Ларри Латвала - скрипка, Хейкки Рита - кларнет, Пекко Самс - бас-гитара, Олли Кари - ударные, Лаури Кайандер - гитара) к делу подключились коллеги из дружественных РИО-проектов Alamaailman Vasarat и Höyry-kone, привнесшие отнюдь не зубодробительный авангардный сумбур, но утонченное камерное благородство самой высокой пробы (тут вам и французский рожок, и виолончель с флейтой, тромбон и прочие духовые). Результат великолепный. Мелодические структуры как на подбор - красивы и тщательно сбалансированны. И хоть речь идет о зиме, места холоду в палитре не нашлось. Напротив, треки искрятся какой-то давно забытой радужностью, обдают ретрообразной теплотой и виртуозностью. Мягкая гитарная риффовка и джаз-роковая перкуссия вкупе с озорными переливами струнных и воркованием кларнета оживляют душу, даря ей по-детски непосредственное ощущение праздника, навевая воспоминания о дивной эпохе, когда люди открыто улыбались друг другу, и все у всех было хорошо.
Итог: изумительная работа и отличное прибавление в коллекцию настоящего меломана.

17 сент. 2008 г.

Hasse Bruniusson "Flying Food Circus" (2002)

- Время для настоящего шоу, дамы и господа! Встречайте: гвоздь программы, шведский человек-бурлеск Хассе Бруниуссон с новым аттракционом "Цирк порхающей жратвы"!
И вот он появляется в окружении коллег, сражающий наповал своей восхитительной, красной с золотом униформой. Шутовские тараканьи усики смешно топорщатся в стороны. Лукавые глазки обводят затаившуюся в полумраке публику. Ну что, готовы к представлению? Отлично. Хассе машет палочкой, дует в свисток, и забавные оркестранты оглушают присутствующих ударной полькой...
Итак, сольный альбом ветерана шведского прог-движения, участника культовых Samla Mammas Manna и не менее культовых The Flower Kings. Последние представлены также в лице своего лидера Ройне Стольта, насытившего данный опус как всегда разнообразной, но мгновенно узнаваемой гитарой. Соответственно, в альбоме сильны отголоски влияний обоих коллективов (а в композиции "Collect Relapses" содержатся прямые цитаты из Самлы времен пластинки "Klossa Knapitatet"). Вокал (если не считать манерного бормотания, дурашливых лозунгов, шумного зевания и прочей безобидной околесицы) отсутствует. Аналоговая оркестровка (ответственный Стольт) крайне деликатна и очень к месту. Общая юморная атмосфера съезжающего с катушек шапито насыщена вариативными перкуссионными шумами, довольно много маримбы, резвые пробежки которой воскрешают в памяти лучшие деньки Gentle Giant. Несмотря на мнимую несерьезность релиза, все инструментальные пассажи исполняются супер-профессионалами. Достойную партию вышеозначенным мастодонтам сцены составляет клавишник/аккордеонист Матс Эберг с его джаз-роковой техникой. Хокан Альмквист (Ensemble Nimbus, In the Labyrinth), давний приятель Хассе и Ройне, при помощи ситара убедительно доказывает, что у индийской раги и скандинавского фолкового наигрыша очень много общего. Продолжение банкета умело поддерживают кларнетист Юхан Лунд Андерссон + любители сообразить на троих Боссе Хюлперс, Ханс и Фритц (все с аккордеонами). Слушателю постоянно внушают, что кнут - лучший друг дрессировщика, а человек без принципов - тоже человек, имеющий право на отдых. И при всем при этом пластинке присущ налет созерцательности. Сознание меломана постоянно балансирует на грани, то присутствуя на затейливом «раздолбайстве» маэстро Хассе, то окунаясь в темное пространство закулисья, где в мрачной тиши пребывает размышляющий о жизни одинокий философ-клоун. На фоне монументальных прогрессивных работ последних лет оная выглядит достаточно скромно, но ведь подлинное золото как раз и не блестит...
Напоследок маленький совет: разовым посещением Цирка ограничиваться не стоит, ибо полностью его очарование раскрывается при повторном знакомстве. А посему: show must go on.

Ravana "Common Daze" (1996)

Воистину причудливое явление, рожденное под синим небом Норвегии и получившее имя царя демонов-ракшасов из индуистской мифологии. Чтобы «выстрелить» по-настоящему, ребятам не хватило самой малости. Музыканты этой необычной команды тяготели к полистилистике, стремлению уравнять в своем творчестве такие, несовместимые, на первый взгляд, течения как прогрессив-металл, арт-рок 1990-х а-ля Anekdoten, джаз-рок в духе Return to Forever, а также альтернативу и пост-рок, инспирированный ранними Radiohead (правда, после появления на мировой сцене британцев Muse подобным жанровым коктейлем навряд ли кого удивишь). Уникальное сочетание разнополярных элементов просто обязано было сделать данный альбом бестселлером, а самих Ravana - объектом нового культа, однако подкачал центр внимания – вокалист. Голос Сверра Олава Родсета удовлетворит разве что заядлых фэнов гранджа и поклонников убогого MTV-формата. Весьма средний диапазон, отсутствие выразительности и артистизма певца смазывают впечатление от непростой (местами довольно лихо закрученной) музыки. Если сосредоточиться на достоинствах диска (а их весьма и весьма немало!), то здесь особо хочется выделить работу органиста Андерса Хюнстада, грамотно распоряжающегося богатой клавишной палитрой (меллотрон, Rhodes-пиано и т. д.). Его великолепная, чисто джазовая манера импровизации на фоно, тонкие оркестровые аранжировки, полная нюансов игра на синтезаторах – все это облагораживает атмосферу альбома. Стоит также отметить ритм-секцию – бас-гитариста Руне Карлссона и драммера/перкуссиониста Кнута Финсруда – в равной степени владеющих как фьюжн-техникой, так и приемами из области металла. Гитарист Андерс Малт чересчур увлечен грязноватым дисторшированным звукоизвлечением, диссонирующим с точными партиями клавишных, но, видимо, так оно и задумывалось изначально. В записи приняли эпизодическое участие виолончелистка Вивиан Суннарвик (ее двухминутное меланхоличное интро "Good Grief" задает тон всей пластинке в целом) и флейтист Торун Торбо, внесший элемент одухотворенной утонченности в композицию "When They Cry".
Обобщая сказанное: представленный материал в высшей степени оригинален и явно заслуживает внимания любителей экспериментов на благодатной почве прогрессива.

16 сент. 2008 г.

Oregon "In Moscow" (2001; 2 CD)

Торжество классики или триумф музыки фьюжн? Вопрос. Одно ясно наверняка: у этих направлений общего куда как больше, нежели различий. Что убедительно демонстрируют американские ветераны сцены Oregon в содружестве с Московским симфоническим оркестром им. П.И. Чайковского. Исторический концерт состоялся в июне 1999 года и был запечатлен на пленку в 5-й студии Государственного дома радиозаписи (Москва). Отрадно, что профессионализм отечественных звукоинженеров впоследствии оценили и за рубежом (номинация на премию "Грэмми" в категории "Лучшая звукорежиссура", 2001 г.). Но, ближе к теме, как говаривал Мопассан.
Лидер коллектива – виртуозный гитарист/пианист Ральф Таунер на данном альбоме раскрывается в качестве композитора с довольно серьезными амбициями (большинство вещей с обоих дисков принадлежат его перу), мастерски синтезирующего тенденции джазовой акустики с традиционными оркестровыми формами.
CD № 1 являет собою девять этюдов в минорных тонах. Нельзя не отметить одухотворенную тонкость, местами – хрупкость гармоний. Из запоминающегося: "Beneath the Evening Sky" – возвышенно-красивая фантазия с чудесными партиями английского рожка от Пола МакКэндлесса; напоенная печалью величественная фреска "Acis and Galatea"; "All the Mornings Bring" напоминает поздние опыты Пэта Метени в схожем ключе симфо-фьюжн; двухминутный экзерсис "Arianna" – бенефис Глена Мура, терзающего смычком струны акустического баса; завершающая "Icarus" воистину окрыляет светлой прозрачной мелодикой. Впрочем, жемчужиной первой части программы знатоки жанра признали "Round Robin" (в 2001 г. вместе с еще одной орегоновской вещицей "The Templars" она номинировалась на "Грэмми" в категории "Лучшая инструментальная композиция", а также - "Лучшая инструментальная аранжировка").
Вторая половина альбома воплощает собою рефлективные черты заокеанского квартета. Каждому из треков здесь присущ легкий привкус эксперимента: "Waterwheel" с ее расслабленной псевдо-этнической фокусировкой в духе современных Shadowfax; строгая по рисунку "Spanish Stairs", возможно, и сошедшая за академический опус, кабы не наличие джазовой перкуссии; в 11-минутной "Firebat" ударник Марк Уокер отрывается по полной, устраивая перекрестную дуэль с рафинированными консерваторскими деятелями; а венчает пиршество "Zephyr" – звуковая иллюстрация на тему сугубо человеческой привилегии сомневаться во всем.
Особо хочу подчеркнуть удивительную спаянность оркестра и группы. Исполнители обоих миров действуют точно единый, ровно дышащий организм, предельно естественный в любом своем проявлении. И это по-настоящему восхитительно.
Что ж, господа, за новую классику! Виват, Орегон!

Tom Newman "Ozymandias" (1988) / "The Hound of Ulster" (1997)

Музыкальной общественности Том Ньюман (р. 1943) в большей степени известен как продюсер, открывший миру многоликого Майка Олдфилда ("Tubular Bells", "Islands", "Amarok" и другие альбомы артиста записаны под чутким руководством дяди Тома). Однако профессиональную карьеру мистер Ньюмен начинал в качестве певца и ритм-гитариста поп-психоделической банды July, где, среди прочих, играли два будущих корифея британского прога - Тони Дьюиг и Джон Филд, отцы-основатели культовых Jade Warrior. Выпустив пару пластинок в 1968 г., команда распалась, но бывший вокалист "Июля" уже вращался на нужной орбите, активно раскручивая творческие маховики. Семидесятые ознаменовались для него совместной работой с Олдфилдом и Hatfield & the North; выходом первого сольного диска, без обиняков озаглавленного "Старый добрый Том" (1975). В 1976 г. воплотилась в жизнь мечта о собственной студии, каковой стала Argonaut. И здесь же была запечатлена на мастер-ленту воздушная артовая сюита "Faerie Symphony", над которой неуемный Ньюман трудился с давним приятелем Джоном Филдом и массой приглашенных музыкантов. За это время маэстро вырос в настоящего мультиинструменталиста, чем и пользовался на протяжении 1980-х - крайне гибельного периода для представителей интеллектуальных жанров...
"Ozymandias" (1988) - любопытная глава в биографии старины Тома. Это самобытное, совершенно некоммерческое по характеру полотно, издано в CD-формате только в 1996 г. 35-минутное, почти всецело бессловесное произведение инспирировано юношеским сонетом "Озимандия" знаменитого английского поэта Перси Биши Шелли. Упертый ретроград Ньюман не стал уповать на возможности новомодных синтезаторов. Окружившись стеной из аналоговых клавишных, он заперся в студии, где и сварганил в одиночку короткометражный по нынешним меркам опус без определенной стилевой принадлежности. Неоклассические мотивы, насыщающие альбом, пропущены сквозь сито этнического эмбиент-плана. Клейкая электрогитара служит балансиром для устремленной в небеса конструкции (трек "Dying Civilization"). Монотематический эпик "Cycle for Moving Dunes" - явная дань уважения Морису Равелю, ибо перед нами ни что иное, как изобретательный парафраз болеро. Заглавная "Ozymandias - The Song" - уникальная и гармоничная смесь из Вангелиса, Брайна Ино и Фреда Фрита. Весьма хороша воздушно-элегическая симфониетта "The Song Abstracted". Жарким колоритом Ближнего Востока обдает "The Missing Peace" - единственный песенный номер релиза. Замыкает действо астральная "Реприза", так и не дающая раскусить загадку "Озимандии". В общем, шедевр, да и только.
При создании 29-минутной сюиты "The Hound of Ulster" Том руководствовался уже несколько иными принципами. По-прежнему никого не привлекая к проекту (если не считать эпизодического женского вокализа Клэр Хэммилл), доверившись голосу крови, он решил обратиться к своим полу-ирландским (по материнской линии) корням (отец Ньюмана - еврей-эмигрант из России). Получилось странно и занимательно. Ярко выраженные фольклорные темы то мелькают резвыми плясовыми на живописных валлийских лугах, то вязнут в смурном гитарно-клавишном психоделическом болоте, растворенном в мрачнейших непролазных чащобах. Добиваясь воцарения необходимой атмосферы, композитор-исполнитель прибегает к использованию традиционных деревянных духовых наряду с полноценным рок-инструментарием (включая барабаны и перкуссию). Несомненно интересная, невзирая на малый хронометраж, программа в чем-то созвучна новаторскому дебюту шведского многостаночника Бо Ханссона "Sagan om ringen (Lord of the Rings)" (1970). Кажется, будто и здесь тебя не оставляет в покое пристальный взгляд прозорливого Гэндальфа Серого. Определенные взаимосвязи прослеживаются и с ранним творчеством самого Ньюмана (той же "Faerie Symphony"), но в целом это лишенное ненужных аналогий авторское сочинение оригинального типа.
Заключение: всем, кто жаждет расширить умственный кругозор, мои настоятельные рекомендации.

15 сент. 2008 г.

Gwendal "Les Mouettes s’Battent (Gwendal 4)" (1979)

Музыка эти французских парней при желании взбодрит любого. Каскад задорных мелодий, густо замешанных на элементах кельтского фольклора, арт-джаз-рока с вкраплениями хард-блюза и отголосками рэгги, способен напрочь снять хандру, побороть апатию и развеять сонливость осенних сумерек.
На протяжении семи лет с момента основания (1972 г.) команда под управлением гитариста и менеджера Жана-Мари Ренара делала ставку на обработки народных мотивов. Так что четвертый альбом Gwendal можно считать в каком-то смысле переходным, ибо здесь уже доминируют собственные вещи участников ансамбля (из семи представленных на диске композиций лишь три являются переложениями старинных бретонских и ирландских песен). Относительно недлинные треки сочатся искрометными аранжировками, сменами ритмического рисунка, и в основе своей несут мощнейший полифонический заряд. Клавишные оркестровки Поля Форе крайне удачно и деликатно оттеняют виртуозные солирующие партии электроскрипки Робера Лё Галля, дают развернуться во всю ширь разнообразным духовым (рожки, флейты, волынка, саксофон), за которые отвечает Юэн Лё Бер. Гитарист Франсуа Овид привносит в общий стихийный разгул джазовую изящность, тем самым давая повод классифицировать творчество замечательного секстета как "фолк-фьюжн". Помимо зажигательных игровых моментов имеются тонкие, прекрасно аранжированные средневековые баллады. Вокал отсутствует. Местами прослеживается отдаленное сходство с первым альбомом англичан Gryphon, однако по сравнению с ними Gwendal не столь академичны и более склонны к замысловатым мегастилистическим экспериментам. Мастерство музыкантов выше всяких похвал, а сама пластинка – эдакий звуковой фейерверк, содержащий в себе гигантский заряд позитива. Очень рекомендую.

13 сент. 2008 г.

Craft "Craft" (1984)

Craft - своего рода внебрачное дитя The Enid. Рулевые этого английского инструментального проекта Уильям Гилмор (клавишные) и Мартин Расселл (бас-гитара, клавишные), отмежевавшись от вышеозначенных столпов жанра в начале 1980-х, недолго сидели без дела. В конце концов, призвание художника - творить. Посему, взяв в сообщники Гранта МакКея Гилмора (ударные, перкуссия), новоявленное трио занялось сочинением репертуара.
В музыкальном отношении Craft последовали по стопам первопроходцев – Роберта Джона Годфри со товарищи, то есть выбрали ориентиром оркестровый, преимущественно клавишный прогрессив-рок. Дабы придать материалу солидный концептуальный вид, треки поименовали латинскими названиями знаков Зодиака. Правда, из двенадцати созвездий классической линейки гороскопа удалось охватить лишь шесть. Остальные предполагалось воплотить позднее, но - увы - не сложилось. Итак, единственное произведение Craft, памятник канувшему в Лету ансамблю, представил на суд слушателя помпезный симфонический арт-рок с претензией на серьезность и глубину. Основной композитор Уилл Гилмор по-хорошему амбициозен. В бытность свою участником The Enid, он всегда выступал своеобразным альтер-эго Р.Дж. Годфри, исповедуя более напористый, энергичный авторский стиль в противовес романтичным пассажам наставника. В рамках собственного коллектива маэстро Гилмор наконец-то обрел возможность реализоваться сполна. Мощные оркестровки, чистое фоно, астральные синтезаторные проекции, масштабность и драйв - таков общий фундамент музыки Craft. За рок-составляющую отвечают ударник Грант Гилмор и Мартин Расселл, выжимающий из баса марки Aria S.B. 900 посредством педального процессора мясистые сугубо гитарные риффы. Идущие бонусами мечтательные опусы "Branislana" и "And So To Sleep" с характерным преобладанием фортепианных партий - явная дань уважения учителю Годфри; особенности сочинительской манеры мастера (несмотря на то, что обе вещи принадлежат перу Расселла) здесь весьма узнаваемы.
Словом, отменная пластинка. Одна из последних жемчужин прогрессивной эпохи, утонувшей в легковесности восьмидесятых.

12 сент. 2008 г.

Nick May "Whimwise" (2005)

"Все, что я завещаю миру, по сути – причуда". Такими словами предваряет знакомство слушателя со своим сольным творением английский мультиинструменталист Ник Мэй. Его долгий путь в роке начался на заре восьмидесятых. Ник играл в командах Tamarisk, Dagaband, Captain Sensible, Gemini. Как басист участвовал в турне по Франции и Германии возрожденных неопрогеров Jadis. А в 1993 году получил предложение из разряда безотказных и занял вакантное место гитариста в новой инкарнации воскресшей из пепла легенды британского симфо-арта The Enid. При его содействии были записаны альбом "Tripping the Light Fantastic" (1994) и несколько свежих версий старых треков команды. Тесное сотрудничество с Робертом Дж. Годфри, лидером The Enid, кардинально повлияло на пересмотр музыкальных ориентиров Мэя. И первый самостоятельный диск артиста вполне закономерно выдержан в ключе инструментального оркестрового прогрессива. Сообщником при этом стал давний знакомый – ударник Стив Хьюз.
До высот The Enid "Whimwise" очевидно не дотягивает. Зато прослеживаются аналогии с другими отщепенцами из того же лагеря – трио Craft и их одноименной пластинкой 1984-го года. В первых двух номерах трудяга Мэй несколько переборщил с бравурным «фанфаронским» звуком, да и композиционно здесь царит небольшой сумбур. К началу эпической “Scurry Flurries” положение выравнивается, в структурах появляются упорядоченность и цельность. Многослойный саунд программы обеспечивается богатым клавишным арсеналом, явно продублированным с инструментария наставника Годфри. Живописуемые сонические ландшафты по мере движения выглядят все более убедительно. Местами маэстро пускается в откровенные эксперименты, добиваясь сочетания электронных "фишек" с синтезированными хоральными подкладками, объемными симфоническими картинами и продвинутым рок-гитаризмом (финальная вещь "Innocence"). Бравый парень Ник демонстрирует собственную самодостаточность, и, в общем-то, ему веришь. За плечами хорошая школа, а впереди, бог даст, великие свершения. Пока же весьма и весьма недурственно.

10 сент. 2008 г.

Mirror "Daybreak" (1976)

Голландия. Вторая половина 1970-х.
Вчерашние школьники Филип де Хой (гобой, саксофон, флейта), Пола Мемен (фортепиано, орган, струнные, синтезатор, вокал), Йохан Саарен (бас-гитара, вокал), Кеес Волрафенс (гитара) и Петер Франсон (ударные) объединяются в ансамбль Mirror с вполне конкретной целью: поиграть эпический симфонический прогрессив. Уже отшумели первопроходцы фламандского арт-рока Focus, популяризаторы классики Exception и Trace, представители тамошней "кентерберийской" сцены Supersister, на самом пике творческой формы пребывают мастера симфо-фьюжн Finch. И в этой разреженной музыкальной атмосфере пятеро молодых ребят силятся занять свою нишу. Стремление похвальное, но композиторского опыта для создания развернутых звуковых полотен пока явно недостает. В полнометражных (два по десять минут, один - на пятнадцать), преимущественно инструментальных опусах, из которых состоит "Daybreak" (исключение – песенка "Dear Boy" на три с половиной минуты), участники коллектива "плавают". Это отнюдь не значит, что материал плох. Просто нырок в высшую математику, минуя начала алгебраического анализа, должен быть максимально оправдан. Тут же на первом месте имеется горячее желание быть "как большие", и лишь потом - набирающие обороты профессиональные навыки. Тем не менее, звучит пластинка симпатично. Радуют ухо изысканные пассажи духовика де Хоя, скоростные слэповые проходы басиста Саарена. Фоновый женский вокализ Полы Мемен приятен своей ненавязчивостью и почему-то навевает воспоминания о саундтреках из французских кинолент шестидесятых. Гитарная манера Кееса Волрафенса еще не сложилась. Фразировка четкая, но реакции для быстрой ритмичной игры не хватает. Однако, к моменту создания великолепной прог-группы Lethe, ядро которой составит конгломерат де Хой—Саарен—Волрафенс, он достигнет крепкого зрелого уровня. Что касается дебютной (и единственной) работы Mirror, то ее можно рекомендовать в ознакомительных целях любителям симфо-артовых команд типа England и, разумеется, поклонникам Lethe. Дабы иметь представление, с чего начиналась легенда, а заодно почувствовать разницу.
N.B. Запись произведена с винила.

9 сент. 2008 г.

Elfenbein "Made in Rock" (1977)

Тевтонское трио в лице Джека Б. Менцеля (бас-гитара, вокал), Михаэля Дертшени (гитара, вокал) и Клеменса Мюллера (ударные, перкуссия) - нетипичные представители немецкой рок-сцены 1970-х. Выпущенный самиздатом единственный альбом Elfenbein мощным вступительным треком ("Tired Anyway") обозначил ориентацию на хард-блюз англо-американского образца. Однако, все здесь не столь однопланово, как мнится на первый взгляд. Что доказывает идущая вторым номером композиция "Witch is Burning". Акустическое фолковое интро и открывающие вокальные структуры отчасти напоминают прославленный дуэт Simon and Garfunkel, хард-н-артовые гармонии местами вызывают ассоциации с Rushевской "Xanadu", так что намеки на прогрессивность имеются. И дабы утвердить слушателя в этой мысли, бравая троица выдает интересную вещицу "Stranger to Myself", начало которой оформленно в балладном ключе. Однако сама тема развивается уже по иным канонам, с уклоном в энергичную тяжесть и некоторую инструментальную гипнотичность содержимого. Далее вполне традиционный 12-тактовый "Паучий блюз" с весьма характерным для жанра затянутым гитарным соло. "Lazy Daisy" строится по рок-н-ролльным стандартам ранних шестидесятых и в контексте звучит довольно забавно. Вообще, вторая половина пластинки по сути отмечена эдаким креном в консервативность. При желании можно уловить нотки Yardbirds, усмотреть отсылки к ранним денькам Led Zeppelin, да и, собственно, узрить определенную преемственность от множества британских ансамблей, достигших расцвета на рубеже шестидесятых-семидесятых. Из наиболее интересных песен этой части релиза отмечу мягкую мелодичную "Can't Find My Way Home" и прекрасный замыкающий этюд в пасторальных тонах "One More...Little Song", акустическая атмосфера и шикарные хоровые распевки которого явно заимствованы у The Moody Blues. Очень душевный мотив, наполненный светлой мечтательной грустью.
Итог: не прогрессив, конечно, но в целом интересная, продуманная работа, рекомендуемая в первую очередь поклонникам старого доброго хард-рока.

7 сент. 2008 г.

Terje Rypdal "Lux Aeterna" (2002)

Гениальность, по определению, штука тонкая. Рассуждать об этом - прерогатива потомков, ибо один из немаловажных ее аспектов - проверка временем. Но случаются исключения, когда современники, демонстрируя редкостное единодушие, сходятся во мнении: вот он, гений. В отношении Терье Рюпдаля подобное заключение уместно. Его формирование как творческой единицы началось в 1960-е. Мастер фьюжн, виртуозный джазист, экспериментатор-авангардист, электронщик и, наконец, создатель симфонической неоклассики.
По признанию маэстро, идея "Вечного Света" - некоего сакрального символа, неотъемлемой части любой религиозной системы, волновала его давно. Попытки приблизиться к музыкальному выражению оного Терье предпринимал и ранее. Хотя здесь он не оригинален: достаточно вспомнить одноименное сочинение для хора венгерского классика Дьердя Лигети (1923-2006); кстати, Рюпдаль упоминает и его в числе вдохновителей. Первые шаги в нужном направлении сверхталантливый норвежец сделал аккурат на пороге Миллениума, записав на пару с лидером хард-роковой формации T.N.T. Ронни ЛеТекро "Double Concerto" для двух электрогитар и оркестра. Тогда в общем "нойзовом" характере произведения белой вороной промелькнула лирико-трагическая тема, озаглавленная "Movement II". Вот она-то и послужила фундаментом будущего магнум-опуса, раздвигающего пределы формальных рамок.
Исполнение "Lux Aeterna" на джазовом фестивале в норвежском городке Молде приурочили к завершению установки органа в местном церковном соборе. По мысли композитора Терье, его величественное творение должно было стать настоящим "Triple Concerto", то есть бенефисом для трех солистов. Так и вышло. Три стихии - авант-джазовая (трубач Палле Миккельборг), симфоническая (органист Ивер Клейве) и роковая в лице самого маэстро (электрогитара) - слились в едином мощном порыве, чтобы породить нечто, не имеющее аналогов. Скандинавскому гению в этом грандиозном полотне удалось продемонстрировать извечное стремление человека к сияющим вершинам духа сквозь кровавую пелену истории. И внушительная поддержка Бергенского камерного оркестра под управлением Кьелля Сейма, и удивительное оперное сопрано в финале от специально приглашенной дивы Ашильд Стубё Гундерсен - всего лишь фон для выступающих друг за другом героев. Нервические метания духовых сменяются громоподобно-мелодичными органными раскатами, и вслед за этим максимально накаленная гитара Терье – точно одинокий глас истерзанной души. Слушая, невольно таишь дыхание, боясь шевельнуться. Все внутри напряженно замирает, дабы оборваться с финальным аккордом. Бесконечную драму бытия земного проживаешь почти физически. Абсолютная обнаженность нейронов, безграничная искренность - такова невероятная сила свершаемой музыки. Древнее откровение на новый лад.
"Вечный Свет", растворенный в нотах.

Иван Смирнов "Страна, где ночует Солнце" (2003; 2 CD)

Когда сжигают золотые листья, а черная бабочка ночи, покинув Долину эха, простирает крылья над спящими городами, когда смолкают пустопорожние голоса, наступает время для Музыки. Неповторимой вереницы звуков, способных разбудить любое воображение. В завораживающих мелодиях распахиваются обширные этнические пространства. И вот уже истаял за спиной загадочный край монастырей и пустынников Скетис, теряющийся в промежутке меж Каиром и Александрией. Зоркое око фантазии устремляется дальше, к болгарской базарной площади, на которой спорят "Два дурака"; к ярмарочным гуляньям старой Руси, где под неуемные трели балалайки созывает люд на веселье балагуристый "Карусельный дед". Но не все душе развлечения, стоит порою задуматься о прекрасном. И тогда мелькнет впереди сквозь буйную поросль дубрав чистотой своею "Долгое озеро", оживут вековечные певучие мотивы обширного "Дикого поля", и наполнится воздух переливами, что присущи издревле цепко-могучему славянскому "Наигрышу"...
Запечатленный на двух дисках концерт состоялся в московском Ле-Клубе 30 января 2002 года. С полным правом его можно назвать эталонным, как по качеству записи, так и в отношении бесподобного мастерства музыкантов. Помимо самого Ивана Смирнова, это второй гитарист Дмитрий Сафонов, клавишник/аккордеонист/перкуссионист Михаил Смирнов и исполнитель на деревянных духовых (по совместительству - волынщик) Сергей Клевенский. Сила живого звучания, помноженная на уютную камерность клубных стен, - в итоге необходимая атмосфера, дарящая эффект присутствия и возможность насладиться мельчайшими нюансами изумительной инструментальной палитры. Этнографические изыски музыки маэстро охватывают широкий спектр традиций - от душевного томления, столь характерного для обитателя бескрайних среднерусских равнин, до пленительных образов старинных ирландских замков и знойной испанской страсти, навеянной поэзией Габриэля Гарсии Лорки.
В результате имеем абсолютно волшебный релиз - настоящий подарок поклонникам замечательного исполнителя-виртуоза Ивана Смирнова, а также всем ценителям "осязаемых" композиций фольклорного свойства.

4 сент. 2008 г.

King Eider "Somateria Spectabilis" (2005)

История арктической уточки – довольно нестандартная тема для концептуального арт-рокового альбома. Хотя... Ведь прошелестел же некогда крыльями снежный гусь. Так почему бы не пуститься в полет еще одному представителю пернатых?
King Eider – конгломерат органиста/ударника Дерка-Эверта Валкенса и гитариста/басиста Ханса Герритса, временно оставившего ради этой затеи небезынтересный ансамбль Nice Beaver. Симфонический прогрессив ребят из Нидерландов сочинен и сыгран в лучших традициях Camel (причем, как образца 1970-х, так и 1990-х). Однако, в отличие от французских эпигонов – команды Mirage, музыка голландцев отнюдь не клонирует грандов, а потому и воспринимается на ура. Впрочем, реминисценций тут при всем желании избежать не удастся. Гитарреро Герритс, по сути, брат-близнец Энди Лэтимера, – и в отношении техники, и в плане композиционных гармоний. Его разнообразная, но одинаково «вкусная» звуковая подача сочится эмоциями, непроизвольно воскрешая в памяти мелодические красивости альбомов "Nude", "Stationary Traveller" и "Dust and Dreams". Клавишник наряду с синтезаторами изредка использует Hammond-орган, создавая живописные сонические ландшафты. Самый показательный номер на диске - заглавный 10-минутный эпик "Somateria Spectabilis". Здесь источники влияния как на ладони: знакомые мотивационные ходы, напрямую отсылающие к "верблюжьей" лирике "Long Goodbyes", величественная монументальность меллотрона, характерная для Genesisовского шедевра "Foxtrot". Несколько опрометчивым решением, на мой взгляд, было привлечение двух вокалистов – Рини Хёйгена (Cliffhanger, Novox, Knight Area) и Эрика Хольдтмана. Голос последнего удивительно схож с все тем же Лэтимером, однако засветился г-н Хольдтман лишь на одном из 9-ти треков. Что касается другого певуна – по тембру полной противоположности своему коллеге – ему на растерзание отдали три вещи. В итоге песенные экскурсы с участием Хёйгена напоминают о где-то подзабытых уже Kayak - еще одной легенде семидесятых. Остальное, слава Богу, инструменталы, льющиеся теплым бальзамом на уставшую от фальшивых современных поп-ритмов душу.
В общем, молодцы, парни, не подкачали. Теперь дело за продолжением.

2 сент. 2008 г.

Сезон Дождей "Ностальгия" (1997)

Один из самых загадочно-неординарных коллективов на нашей рок-сцене. Диск, изданный компанией SoLYD records в 1997 г., запечатлел пять продолжительных инструментальных номеров (наименьший длится порядка 9 мин.), записанных в 1988 г. на концерте во Владивостоке и в 1989 г. на выступлениях в Таллинне и Питере. Обо всем по порядку.
"Черное крыло Ангела" - импровизационный минималистский психоделик-рок, центральная роль в котором отводится гитаре Максима Пшеничного – лидера команды (ныне гражданин Швеции). Временами возникают отсылки к Pink Floyd периода "Meddle", однако в целом перед нами совершенно уникальное произведение с довольно самобытным композиционным строем.
В сумрачной заглавной вещи туманно-атмосферные структуры сменяются яростным натиском в духе R.I.O.-составов. На фоне упорядоченной ритм-секции бесчинствуют гитара и клавишные. Ведавший последними Борис Бардаш вместе с бас-гитаристом группы Андреем Лавриненко позже составили костяк фолк-транс-артового ансамбля Оле Луккойе.
"Царь Песка" - причудливое смешение этнических и джазовых мотивов. Вкрадчивая флейта, мастерски сыгранные гитарные фьюжн-партии, буйное неистовство в центральной и заключительной частях, характерные ритмические сбивки. Эдакая фантазия на тему гипотетического джема Jade Warrior и NeBeLNeSt.
"Четвертая Империя" поначалу смахивает на авангардный блюз, где уравновешенный гитарный рисунок взаимодействует с апокалиптически звучащей связкой ударные-бас, а после все перерастает в виртуозное музицирование – помесь скоростных запилов с элементами холодного рассудочного авант-рока. Идеальный саундтрек к "Последнему дню Помпеи".
Замыкающая композиция "Пепел" на первых порах воскрешает в памяти скандинавских меланхоликов Anekdoten. Гитара Макса Пшеничного настроена лирично и мягко. Никаких тебе диссонансов. Спокойное парение в клубящемся над землей осеннем тумане. Лишь к завершению инструментала пробуждается струнный крик боли, тщетно взывающий к небесам. И снова тишь, подернутая тонким слоем льда...
В сравнении с последующими студийными пластинками Сезона Дождей «Возвращение» (1992) и «Альбом трав» (1993) "Ностальгия" выглядит самой "заковыристой" как в формальном, так и в содержательном аспекте. Непростая музыка, требующая от слушателя включения фантазии, дабы почувствовать себя сопричастным к акту творения. Рекомендуется тонким эстетам, знатокам и ценителям необычного.

1 сент. 2008 г.

Сезон Дождей "Возвращение" (1992)

"Возвращение" – альбом-загадка. Начиная от концепции (неспешно развертываемая натурфилософия, умозрительно неявные ассоциации с "Улиткой на склоне" братьев Стругацких) и заканчивая характером самой музыки, жанровую принадлежность которой выявить крайне непросто. Три полномасштабных трека экологической, если так можно выразиться, направленности. Открывающая 7-минутая "Запахи Леса" воскрешает в душе почти забытое детское ощущение прикосновения к тайне грандиозного мира природы. Инструментально сие выражается в сочетании звуков флейты Алексея Зубарева с отрывисто-резковатой гитарой Макса Пшеничного и аморфными электронными подкладками. Однако в мнимой расслабленности отчетливо сквозят тревожные нотки сонливой кафкианской трагедийности бытия. Эдакий прогрессивный этно-эмбиент а-ля Jade Warrior, или транс-фолк в наилучшем своем проявлении. «К чистой воде» продолжает психоделическую линию, усугубляя действо воздушными слайд-гитарными наслоениями, что впоследствии позволило многим зарубежным рецензентам усмотреть аналогии с Pink Floyd (интонации и впрямь близки гилморовским). Отстраненный мистический вокализ укрывается за толщей почти симфонических клавишных (Макс использует синтезаторы Yamaha DX 100 и Korg M1) и стройными рядами перкуссии (барабаны, треугольник, колокольчики; ответственный – Алексей Петров), подчеркивая ирреальность происходящего. Завершается диск величественным эпосом "Красная ночь", где к процессу нагнетания атмосферы подключаются Ринальда (голос) и Максим Кузнецов из группы Присутствие, отвечающий за свободную гитару. Воздух обретает тугую душную плотность, краски мрачнеют, нарастает необъяснимо беспокойное чувство. Диссонирующие струнные пиццикато во второй части трека елозят по нервам слушателя, без особого труда достигая нужного воздействия. Размытость зрелой психоделии и авангардная детальная конкретика Rock In Opposition в слиянии дают любопытный эффект. Невероятно образная композиция, вполне бы сгодившаяся для какого-нибудь психологического триллера.
Заключение: крайне интересная пластинка с оригинальным колоритом и весьма индивидуальным настроением.