Wigwam "Being" (1974)

Лонгплей "Being" - довольно странная глава в биографии "индейцев"-суоми. Невзирая на явный идейный прогресс и гордый статус "альбом года" в национальных чартах, для Юкки Густавсона (вокал, клавишные) и Пекки Похьолы (бас, скрипка, фортепиано, синтезатор) четвертый по счету отпрыск родным не стал. Произведя его на свет, оба приняли решение покинуть Wigwam. Хозяином положения отныне сделался Джим Пемброук (вокал, фортепиано), задавший группе иные ориентиры. Однако то совсем другая история. Мы же не будем вылезать за ситуационные рамки и постараемся объективно оценить совместное детище финнов.

Изрядной степенью сумасшествия концепция "Being" обязана фантазии Густавсона. Именно Юкка умудрился нашпиговать роскошную фактуру прог-мюзикла абсолютно невообразимыми вещами типа Манифеста коммунистической партии. А дабы не показаться соотечественникам маргинальными бунтарями, верховные заводилы Wigwam расцветили действо космогоническими элементами, причудливыми лирико-фантастическими отступлениями и авангардным театром комического абсурда.

Вводный параграф "Proletarian" соткан из темной психоделической материи, помноженной на вполне традиционные для коллектива пиано-экскурсы. Без пауз перетекая в мини-трек "Inspired Machine", разухабистый спектакль Густавсона и К° обретает кабаре-черты + весомый полифонический синти-объем. На пространстве этюда "Petty-Bourgeois" авторское слово берет Пемброук. После чего превращает сюжет в тотальный водевиль с артистическими вокальными масками и щедрыми органными перекатами. Сочинение тандема Густавсон / Похьола "Pride of the Biosphere" характеризуется чтецкой декламацией на необарочном клавишном фоне (вспоминаются Focus с их эпизодическим обращением к мотивам фламандской старины). Акт умерщвления прогрессивной плоти занимает 9 минут 11 секунд. Ровно столько длится эпопея "Pedagogue" - джазовая псевдо-кентерберийская кривая, начертанная твердой рукой маэстро Юкки. На затейливо разлинованном поле фрески "Crisader" бригада уходит в отрыв: полнозвучное тепло "Хаммонда", гарцующее пиано, дружная ритм-секция... Композиция покоряет мастерским симбиозом раздолбайства и изощренной игровой техники. Пожалуй, на такое способны лишь скандинавы. Тонкая штучка "Planetist" демонстрирует креативный гений усатого добряка Пекки: тут и скрипка, и обильное духовое сопровождение (одних приглашенных кларнетистов/саксофонистов/флейтистов порядка семи душ), и вспомогательная партия мини-Муга непосредственно от Похьолы. Балладно-колыбельным ожерельем поблескивает мотивный опус "Maestro Mercy", принадлежащий перу Джима. Следом же возникает искусная фьюжн-амальгама "Prophet", во многом предвосхищающая рецептуру U.K. (манерный сплав арта и джаза, правда, без гитарного вмешательства). Завершением служит бравурный финал "Marvelry Skimmer", где, невзирая на "парадность", сквозят сентиментально-меланхолические нотки...

Резюмирую: чудесный сонический аттракцион от законодателей финского прогрессив-рока. Эстетствующим поклонникам 'ретро' пропускать не советую.

Wigwam "Fairyport" (1971)

В дискографии Wigwam пластинка "Fairyport" стоит на особом счету: наивысшее творческое достижение, пик коллективных возможностей. Для скандинавского прогрессива в целом этот альбом сделался немеркнущей путеводной звездой. Такой же, как "Close to the Edge" или "Dark Side of the Moon" применительно к мировому арт-року. По воспоминаниям фронтмена группы Джима Пемброука (вокал, гармоника, фортепиано), основная часть работы протекала в Швеции. В начале 1971 года финский квартет оккупировал студию Music Networks (г. Ваксхольм), где провел две достаточно насыщенные недели. Именно там были записаны основные вокально-инструментальные партии. По возвращении в Хельсинки Wigwam пригласили друзей (гитариста Юкку Толонена + шестерку духовиков) на студийную базу Finnvox и довели процесс до логического завершения. Следует заметить, что ведущий композитор бэнда Юкка Густавсон (вокал, орган, фортепиано, электропиано) отнюдь не планировал сочинять ряд концептуально связанных произведений. Однако же музыкальные находки "Убежища эльфов" словно по волшебству сложились в картину, на которой, невзирая на обилие деталей, нет ничего лишнего.
Вояж на берега сказки открывается напряженно-драйвовым этюдом "Losing Hold". Орган и фоно отвечают за массивную стену звука. Хитроумные басовые ходы Пекки Похьолы вносят собственную лепту в клавишное пиршество, а предельно точные перкуссионно-ударные приемы Ронни Остерберга выразительно подчеркивают риффовые завихрения коллег. Рефлексивная драма "Lost Without a Trace" выдержана в чистейших камерных тонах: певческие откровения Пемброука под его же фортепианный аккомпанемент и акустическая гитара Толонена соединяются в поэтическую графику - вечно юную, ибо затронутая тема любовного переживания будет актуальной всегда. Эпический стиль титульной вещи составляют близкий к фольклору мелодический контрапункт и виртуозные джазовые коллажи органно-пианистического свойства. Вязкая пульсация номера "Gray Traitors" благодаря скрипичному вмешательству Похьолы обретает претензию на академизм. В фьюжн-зарисовке "Cafffkaff, the Country Psychologist" находится место весьма своеобразному, в чем-то абсурдному юмору северных затейников. Да и последующая изощренная пьеса "May Your Will Be Done, Dear Lord" наверняка произведет впечатление на интеллектуалов: джазовый колорит, оркестровая духовая подача и темповые сдвиги в неожиданных моментах вполне способны удовлетворить эстетические запросы страждущих. Резкий (с оттягом) прямолинейный рок-посыл сегмента "How to Make it Big in Hospital" - типично пемброуковская антитеза изобретательным выкладкам его приятеля Густавсона; эдакое проявление здорового бунтарского духа в контексте "высоколобости". Отличительными чертами нордического игрового прогрессива полнится симпатичный инструментал "Hot Mice", за которым идет не менее увлекательный регтайм-вальс "P.K.'s Super Market" (оба - авторства Пекки). "One More Try" - меланхолическая история с легким налетом креативного хулиганства (есть и струнные, и "примоченный" саунд "Хаммонда"). "Rockin' Ol' Galway" представляется довольно странным коктейлем из вокальной "театральщины" а ля Питер Хэммилл, коммерческих мотивов и флюидов американского кантри с губной гармошкой в придачу. "Every Fold" несет на себе отпечаток британской поп-психоделии 1960-х. Замыкает программу 17-минутный совместный безумный джем ("Rave-Up for the Roadies") Wigwam и Юкки Толонена, запечатленный "живьем" летом 1971-го года в хельсинском клубе Hamis.                                                           
Резюмирую: крепкий и разноплановый релиз по-настоящему культовой команды, солидная веха в истории жанра. Пропускать не рекомендуется.

Wigwam "Tombstone Valentine" (1970)

Вторая пластинка Wigwam, очевидно, создавалась под девизом "коротко и ясно". Эпических опытов им хватило на стадии дебютного диска "Hard N' Horny" (1969). Тогда вокалист-англичанин Джим Пемброук умудрился сочинить 8-частную сюиту "Henry's...". Тем самым финны удовлетворили гигантоманские амбиции, после чего сменили басиста (на место Фитца Дженкинса пришел консерваторски подкованный Пекка Похьола) и сосредоточились на лаконичных сюжетах. По заведенной традиции львиную долю материала написали Пемброук и органист Юкка Густавсон. Причем порознь, ибо тяга к соревнованию - мощнейшая движущая сила для ранних Wigwam. Каким-то чудом северянам удалось заарканить маститого американского певца, музыканта, поэта, радиоведущего Кима Фоули. В результате тот согласился продюсировать новое творение скандинавов. Квартет укрепили гостевыми гитаристами (Хейкки Лаурила, Юкка Толонен), аккордеонистом Калеви Нюквистом, а также электронщиком Эркки Куренниеми, притащившим с собой допотопный полифонический синтезатор Andromatic. Затем всех загнали в студию Finnvox (Хельсинки), и понеслось...
Не особо заботясь о "прогрессивности" собственных произведений, Джим с Юккой сделали ставку на мелодизм. В принципе, вариант беспроигрышный; это понимал каждый. Другим важным фактором явилась полностью англоязычная лирика. Ранее Wigwam еще цеплялись за родного слушателя, но теперь отпустили вожжи и взяли курс на покорение Запада.
Тон процессу задает элегантный титульный номер с битловским настроением и замечательной струнной аранжировкой от маэстро Похьолы (не зря последний осваивал скрипку и фортепиано в Академии им. Сибелиуса). Вкратце: получилось "вкусно". Претензия одна: маловато. Не успеешь раззадориться, а уж оно закончилось... Эстафету от Пемброука принимает Густавсон. Оформленный им кунштюк "In Gratitude" балансирует на стыке блюз-/джаз-рока. Недурно, хотя совершенно иного поля ягода. "Dance of the Anthropods" - сугубо инструментальный вариант лоботомии по методу доктора Куренниеми; авант-электроника длиной в 68 секунд из серии "ни о чем". Зато нашпигованная острыми гитарными специями "Frederick and Bill" наверняка порадует любителей харда. Есть тут и баллада ("Wishful Thinker"), скроенная по сан-францисским лекалам; и лирический "паб-фолк" ("Autograph"), где Пекка лихо вводит в палитру фиддл. Если же говорить о прото-арте, таковым можно считать chamber-рок миниатюру "1936 Lost in the Snow", единолично придуманную Похьолой: никаких вокалов, только ритм-секция, фоно, акустическая гитара и струнные. Симпатичная "Let the World Ramble on" - очередная песенная "коронка" с ярким соло виртуоза Толонена. Чистопородный свинг-джаз "For America" повышает градус эклектики, однако в случае с Wigwam подобные "перегибы" не раздражают. За театрализованную сторону релиза отвечает опус "Captain Supernatural" - то ли драма, то ли трагифарс; понять сложно. Финалом служит трикстер-фреска "End": симбиоз органной психоделии с экстатическим певческим откровением. На десерт - парочка синглов межстилевого свойства и разной степени тяжести.
Резюмирую: достойный художественный акт, положивший начало международной популярности коллектива, и одна из этапных работ финского прото-прога. Рекомендую. 

Wigwam "The Lucky Golden Stripes and Starpose" (1976)

1976 год открыл новую главу в истории финской прог-банды № 1. Выпущенный ранее релиз "Nuclear Nightclub" (1975) обрел "золотой" статус на родине и позволил обитателям северного Вигвама прорваться к западному слушателю. Топовые позиции в британских рок-чартах с полной определенностью свидетельствовали о солидном международном успехе. И это несмотря на уход двух ключевых персонажей - органиста/вокалиста Юкки Густавсона и басиста Пекки Похьолы, ковавших музыкальную политику ансамбля чуть ли не с момента его основания. Таким образом, третий старожил Wigwam, пианист/вокалист Джим Пемброук продемонстрировал свою композиторскую самодостаточность и вполне логично принял на себя обязанности лидера коллектива. Творческие достижения скандинавов сильно впечатлили руководство лейбла Virgin. В итоге ребятам предоставили карт-бланш + студию The Manor в окрестностях Оксфордшира. Там-то и был записан шестой по счету альбом "The Lucky Golden Stripes and Starpose".
Интроспекция лонгплея, озаглавленная "Sane Again", хорошо иллюстрирует отличие авторского метода Пемброука от сочинительских экзерсисов экс-фронтмена Густавсона. Если последний нередко сдабривал произведения щепоткой доброго юмора, то в палитре маэстро Джима почетное место отводится серьезным, а где-то и мрачноватым (в духе Питера Хэммилла) ноткам. В приблюзованном фьюжн-номере "Internatonal Disaster" правит бал разговорная интонация, преподанная в американизированном варианте. "Colossus" - эпохальный для финского прогрессивного движения трек, впоследствии давший название одноименному арт-сообществу. В монументальных аккордах почти эпической вещи ощущается угрюмость холодных воздушных масс, ледяной колорит приполярных областей Европы; отменное полотно, чье строение тяготеет к цикличности. После такого опус "Eddie and the Boys" воспринимается достаточно облегченно, хотя и тут вы не уловите ни единого намека на веселость повествования (скажу больше: в структурно-ритмическом отношении вышеозначенный этюд предвосхищает фигурные фишки пост-панка и зарождающейся "новой волны"). Экспериментальный характер присущ и заводному кунштюку "June May Be Too Late": налицо явный выпендреж, искупаемый интересной проработкой композиционной схемы и живыми фанковыми хуками гитариста Пекки Ренхардта. Любопытен иронично-философский финал "In a Nutshell", опять же косвенно отсылающий к незабвенному патриарху Хэммиллу; впрочем, специфика черт у зарисовки абсолютно уникальная, отчетливо вигвамовской закваски. Весьма приятственно ложатся на слух бонусы - "Tramdriver" и "Wardance", зафиксированные на пленку аккурат после издания "Nuclear Nightclub". Первый из них содержит теплые отголоски старых Wigwam, тогда как "Боевой танец" отделан по примеру заштатных эстрадных формаций: манерный лайт-фанк без претензий на новизну.
Резюмирую: вполне добротная, профессионально скроенная программа. Не шедевр, но и не "проходняк". Оригинальный подарок меломанам, увлекающимся "раскопками" на ниве нордического прогрессивного джаз-рока.