Ketil Bjørnstad "Water Stories" (1993)

"Водные истории" - дебют норвежского композитора и пианиста Кетиля Бьорнстада (р. 1952) на известном лейбле ECM. К тому моменту в активе музыканта уже числились серии сольных выступлений и концерты с национальными оркестрами, эксперименты со свободной джазовой формой, концептуальные программы, отработанные в содружестве с рок-исполнителями и масса иных любопытных свершений. По признанию самого маэстро, он довольно рано почувствовал стремление быть в первую голову сочинителем, творцом, а уж затем - артистом.
12-частная звуковая поэма "Water Stories" изначально была представлена на музыкальном фестивале в Розендале, как бенефис культового гитарреро Терье Рюпдаля. Возвышенная природная мощь тамошних пейзажей не могла не повлиять на характер сценической транскрипции произведения. "Многогранность здешних ландшафтов, богатейший мир звуков и тембров гитары Терье явились отправной точкой при воплощении музыки", комментирует Бьорнстад. К студийной записи "Историй" Кетиль подключил старого друга Рюпдаля, а также басиста Бьорна Хьеллемюра, ударников Йона Кристенсена и Пера Хиллестада. Средства выражения на первый взгляд кажутся нарочито аскетичными: фортепиано, электрогитара + шелестящая перкуссией и гукающая басами ритм-секция. Однако для детального воспроизведения переменчивой морской панорамы собравшимся здесь зрелым мастерам достаточно и этого. Объемное полотно по сути является диптихом. Первая его половина - монументальное изображение могучего ледника, свидетеля первозданной стихии еще не заселенного людьми Севера. Мрачновато-глубокие отрывистые аккорды, будто бы исторгаемые тьмой времен, сменяются светлейшей небесной лазурью классических арпеджио. Импрессионистская в основе, созерцательная игровая манера Бьорнстада на почти что метафизическом уровне взаимодействует с заряженным энергией космосом Кристенсена, эмоциональными острыми выпадами гитарного гроссмейстера Терье и сочными басовыми нотами Бьорна. Тончайший срез меж просчитанной филармонической деликатностью и спонтанно сгенерированной пульсацией джаза обозначается до предела виртуозно.
Во второй половине, озаглавленной "Наступление моря", слушателю рисуют те же северные земли десять тысячелетий спустя. Голос электрических струн начинает захлебываться приблюзованными интонациями, холодная глыба разума потихоньку оттаивает, передавая эстафету нестареющим, вечно актуальным чувствам. Не в силах противиться ошеломительной бездне памяти, обнаруживают слабину и академически ориентированные клавиши. В них просыпаются страсть и трагизм, исповедальность и тяга к мечтательной лирике. Но вот утихают невероятнейшей мощи крещендо, и над миром вновь воцаряется долгожданный, напоенный солнцем штиль...
Резюмирую: абсолютно роскошная живописная фреска, открывшая путь целой серии, продолженной альбомами "The Sea" (I, II) и "The River".

Ketil Bjørnstad, David Darling, Terje Rypdal, Jon Christensen "The Sea" (1995)

Произнесите мысленно: Н о р в е г и я. Какие ассоциации приходят на ум? Снег? Фьорды?

Море?
В точку.
Бескрайнее северное море под угрюмыми небесами. Источник жизни, пропитания и вдохновения. Истинный норвежец никогда не устанет любоваться этим первозданным сокровищем. И нет ничего удивительного в том, что именно морю посвятил свою тональную поэму в 12 главах композитор и пианист Кетиль Бьорнстад. Воспеть национальное богатство страны во всей красе он позвал лучших из лучших - виолончелиста Дэвида Дарлинга, гитариста Терье Рюпдаля и перкуссиониста Йона Кристенсена. В итоге квартет ярчайших визионеров-импрессионистов от музыки произвел на свет подлинный шедевр, исполненный невероятной красоты, глубины и мощи. Четыре различных настроения в рамках единой стихии, четыре противоположных темперамента лежат в основании совершенной скандинавской рапсодии. Академические рубато и пианиссимо Кетиля олицетворяют лирическую созерцательность, предвечернее штилевое спокойствие. Его игра - тот необходимый цементирующий слой, что является залогом успешного сопряжения разноликих элементов, вносимых коллегами. Струнные пассажи Дарлинга сродни подводным течениям, всякий раз меняющим курс. Нарочито тягучие, обманчиво расслабленные они внезапно наливаются тревогой. Мнимая циклическая стройность оборачивается вспышками молний, скрипом переборок терпящего бедствие суденышка, рискнувшего поспорить с прожорливой темной пучиной. Однако настоящее буйство природы, его бесшабашный разгул воплощает на альбоме гениальный маэстро Рюпдаль. Каждое движение пальцев по грифу отвечает за определенный образ. Предельная точность фразировки, абсолютно ничего лишнего. Скользящее арпеджио - и вот уже устремились вперед пенные барашки волн. Неуловимый пасс - и в воздухе повисает тоскливый крик альбатроса. В финале, после серии хаотических штормовых атак Терье и вовсе выдает нечто щемяще-гилморовское, будто пытаясь обуздать собственную авангардную сущность, облагородить блюз-роковыми кружевами. Вечный джазмен Кристенсен, на первый взгляд, работает достаточно контрастно по отношению к прочим. Перкуссионные постукивания и перезвоны рассыпаны спорадически по палитре и, вроде бы, возникают сами по себе, произвольно. Но в оном вся соль. И спустя некоторое время начинаешь понимать: "импровизационные" изыски дядьки Йона на деле хорошо продуманы, семь раз отмерены и отрезаны там, где нужно. Не знаю, что еще добавить. Слов катастрофически мало. Да и проку в них...
Лучше сделайте звук погромче, закройте глаза и насладитесь величественной картиной, созданной Мастерами.