Pär Lindh Project "PLP •III• Veni, vidi, vici" (2001)

Творческий пик у Пера Линда совпал с началом Миллениума. К этому времени композиторские амбиции шведского прогрессора нешуточно разыгрались. Готические поползновения отошли на задний план. Строгому академисту внезапно приспичило броситься во все тяжкие и спутать жанровые карты в контексте новой программы. Что, собственно, и было проделано силами могучей кучки аккомпаниаторов. Однако же на фронтальную позицию выдвинулись трое: естественно, сам Линд (клавишные, перкуссия, 12-струнная гитара), верная подруга Магдалена Хёгберг (вокал, скрипка) и Ниссе Бильфельд (ударные, вокал), разделивший с закопёрщиком предприятия не только продюсерские, но и аранжировочные, авторские (лирика) и дирижёрские (сводный филармонический коллектив PLP Sinfonietta) функции. Отсюда, кстати, римская цифра III на обложке диска: мол, не только такой-то по счёту релиз, а ещё и втроём придуманный. Особо стоит упомянуть участников вспомогательного состава. На басу – властелин безладовых грифов Юнас Рейнгольд (The Flower Kings, Karmakanic, The Tangent, Steve Hackett tour band). Место гитариста доверили колоритному хардовику Джону Хермансену из стоунер-проекта The Awesome Machine (любопытно, что в 1995 году он на пару с барабанщиком Бильфельдом записал и издал кавер-версии шести песен из репертуара Kiss). Более прочего удивляет факт привлечения известного клавишного виртуоза Йенса Юханссона (Yngwie Malmsteen’s Rising Force, Stratovarius, Mastermind, Rainbow) в качестве... флейтиста! Чем при этом руководствовался Линд, Бог весть, однако сработались два гения неплохо. Теперь по содержанию.

Печальному симфоническому "Adagio" отводится меньше минуты. Далее вступает забойный титульный боевик, вытесняющий всё лишнее внушительной органной массой при бешеной поддержке ритм-секции. Хотя даже в яростно-скоростную структуру маэстро умудрился вплести эпизоды меланхолично-интровертивного свойства. Эпический номер "Gradus ad Parnassum" подобен коллажу, выстроенному из разнопородных деталей: пианистический пафос, буфонная пауэр-прог-кавалькада и много чего ещё. Хард-н-артовая штучка "Tower of Thoughts" чередуется с камерной балладой "River of Tales", близ которой расположена поп-металлическая зарисовка "Juxtapoint" с незатейливым женским вокалом (интересно, что партию бас-гитары тут персонально узурпирует Линд). Решённый в а капелла-манере этюд "Le Grand Chambardement" со стилизацией на тему барокко "Adagio con flauto et clavicembalo" знаменуют собой трёхминутную прелюдию к пьесе "Hymn", уравновешивающей в долях претенциозные кафедральные хоралы и арт-рок с опорой на синтезаторное звучание. Заключительный трек "The Premonition" отмечен ротацией кадров: гитара переходит к старому знакомому Юке Рамселлу, засветившемуся прежде на дебютной пластинке "Gothic Impressions" (1994), басистом же назначается Маркус Ёдергольм. И за компанию с остальными парни учиняют помпезный музыкальный забег на заповедную территорию вычурной эклектики оркестрово-прогрессивного типа.

Подытожим: шедевра у Линда не получилось, но капитально развлечь общественность старина Пер сумел. За что большое человеческое ему спасибо.

Veni, vidi, vici

Pär Lindh Project "Gothic Impressions" (1994)

1993 год, Швеция. Уже заявили о себе во весь голос будущие звёзды нордического прогрессив-рока Änglagård, Landberk и Anekdoten. Вот-вот выдвинутся на авансцену неуёмные гигантоманы The Flower Kings. Но прежде обойма пополнится другим славным именем – виртуозного клавишника, почитателя культурного наследия И.С. Баха и Кита Эмерсона, дипломированного органиста Пера Линда (р. 1959). Убеждённый академист и одновременно горячий поклонник арт-рока, он так и не сумел выбрать единственно верную дорогу. А потому в собственных музыкальных изысканиях решил избавиться от проклятой дихотомии и примирить крайности посредством вдумчивого гармонического синтеза. После фурора на Прогфесте в Лос-Анджелесе (1993), где маэстро гостевым игроком затесался в ряды вышеупомянутых Änglagård, Линд замыслил одарить мир своим оригинальным творчеством. На базе организованной им Crimsonic Studios в течение нескольких сессий 1993/1994 гг. был записан лонгплей "Gothic Impressions". Материал продемонстрировал здоровые амбиции шведского затейника. Однако же кто мы такие, чтобы пенять композитору/исполнителю? Тем более, пластинка получилась иным на зависть. 

Мессианский инструментальный пролог "Dresden Lamentation" служит необходимой настройкой на сумрачно-торжественный лад. Оркестровка безукоризненна, градус пафоса выдержан грамотно, без ненужных перегибов. Сильно и стильно. В канве пьесы "The Iconolast" сходятся гарцующая ритмика, полифонический размах, возвышенные хоралы капеллы Camerata Vocalis и органно-клавишное чародейство мастермайнда Линда. Что-то близкое по духу воплотят позднее соотечественники Пера, эзотерические металлеры Therion, на культовом диске "Theli"; впрочем, аналогии вряд ли уместны. Возвращаемся к «Впечатлениям от готики». Меланхоличная пастораль "Green Meadow Lands" отмечена присутствием доброй половины ансамбля Änglagård: партию флейты ведёт Анна Хольмгрен, лид-гитары – Юнас Энгдегорд, а на акустике сам «цветочный король» Ройне Стольт, попутно наделённый полномочиями звукоинженера. Внушительный эпик "The Cathedral" поражает масштабом: тут вам и тембровая красота соборного органа, и бравурный комплексный симфо-прог винтажного пошиба, и барочные мотивы, и отчётливая баховская интонация под занавес. В контексте номера "Gunnlev's Round" Пер экспериментирует с фольклорной составляющей; чистота, прозрачность, медиевальное волшебство и мерцающий вокал Магдалены Хёгберг. Финальная позиция – откровенное соревнование с кумирами юности, британским трио Emerson, Lake & Palmer. Вновь обращение к Модесту Петровичу Мусоргскому, невесть какая по счёту вариация на тему «Ночь на Лысой горе» ("Night on Bare Mountain (incl. The Black Stone"). К чертям вальяжность и чопорность, даёшь драйв, угар и безбашенность! Аудиторию подвергают безжалостной массированной сонической бомбардировке. И здесь по-настоящему трудно сохранить равновесие, дабы не сделаться «жертвой борьбы роковой». Хотя «виктимность» – неотъемлемая черта подлинного искусства.   

Резюмирую: глубокая и умная программа, один из краеугольных камней скандинавского прог-ренессанса 1990-х. Пропускать не советую.

Gothic Impressions

Björn Johansson "Discus Ursi" (1998)

Все-таки жизнь подчас удивительно несправедлива! Взять, к примеру, Бьорна Юханссона. В эпоху шведского прог-ренессанса девяностых этот мультистаночник активно проявлял себя на различных уровнях. В 1994-м отметился партиями классической гитары, фагота и дудочки на альбоме Пера Линда "Gothic Impressions". Через пару лет с тем же Линдом реализовал концептуальное музыкальное творение "Bilbo" по мотивам произведений Толкиена. В 2004-м Бьорн и Пер вернулись к сюжетным перипетиям "Властелина колец", пополнив совместную дискографию альбомом "Dreamsongs from Middle Earth". И с тех пор о маэстро Юханссоне совсем ничего не слышно. Однако, если отмотать немного назад, мы увидим, что его единственный сольный диск "Discus Ursi" стал значительным событием на рубеже веков. Прогрессивные обозреватели, захлебываясь от восторга, величали пластинку шедевром симфо-рока. Да и публика во многом была солидарна с журналистами. Не берусь судить о степени грандиозности детища Бьорна. Но приглядеться к нему повнимательнее, пожалуй, стоит.

Работа над "Discus Ursi" длилась ровно год - с июня 1997-го по лето 1998-го. Юханссон с усердием перфекциониста оттачивал каждую ноту, самостоятельно расправляясь с большинством инструментальных решений. Собственно, если не принимать в расчет вокальный дуэт Юхана Форсмана и Моники Форс, то помогал мастермайнду лишь верный друг Линд. Последний ведал обширным клавишным арсеналом (рояль, органы всех мастей, меллотрон, синтезаторы) и ударными. Гитарами, духовыми, перкуссией и разными аналоговыми примочками распоряжался Бьорн. Итогом студийных бдений приятелей явилось внушительное 65-минутное действо о шести главах.

Мерцающий отблеском тайны фортепианный пассаж "Discus Ursi's prelude" вводит нас в звучащий мир скандинавского сказочника Юханссона. Первая эпическая тема в контексте программы - 12-минутное полотно "King of Gold". Его внешние параметры определяются тремя ключевыми линиями: голосом Форсмана (певцу здесь приходится несладко, ибо темповая раскладка колеблется в пределах от andante maestoso до vivace), гитарной манерой лидера (контр-рамки: напористая электрическая - барочная акустическая) и клавишной оркестровкой (саунд "живого" соборного органа чередуется с позывными "Ямахи" и "Акаи"). Бессловесная конструкция "Time Fracture" - оригинальный микс из боевого нахрапистого фьюжн-прога, "слизанных" у King Crimson жестких атональных ходов и пышного неоклассицизма. В развернутой пьесе "Pegasus" волшебные элегии и мадригалы уверенно нанизываются на острый рок-стержень, и посему золотоносная артовая ткань подвергается механическому воздействию порожденных хард-стилистикой "гитаризмов". Стройные мелодические кондиции трека "The Last Minstrel of Marble" - хороший повод предаться несбыточным мечтам. Заключением же выступает претенциозная 20-минутная сюита "Discus Ursi's Rhapsody", где фольклорные нордические нюансы мешаются с цитатами из Моцарта, благородные медиевальные схемы оттеняются аллюзиями на творчество Бо Ханссона, а всякий намек на современность мгновенно драпируется винтажными гобеленами...

Резюмирую: солидный художественный акт, сопоставимый по масштабу с отдельными достижениями The Pär Lindh Project. Поклонникам добротного симфо-прога - на заметку. 

Pär Lindh Project "Mundus Incompertus" (1997)

Если немного углубиться в тему шведского прог-ренессанса 1990-х, фигура Пера Линда уж точно не останется без внимания. Именно ему принадлежала идея создания арт-рокового сообщества Crimson Society (1991 г.; Линд - первый председатель означенной организации). И тамошний фестиваль прогрессивной рок-музыки, случившийся вскоре после этого, был инициирован тем же энергичным человеком. Так кто же такой Пер Линд? Изначально - академический музыкант, выпускник Парижской консерватории по классам органа и клавесина. Плюс большой поклонник прог-рока. И данная ипостась со временем завладела Линдом всецело...
В 1993 году наш герой познакомился в Лос-Анджелесе с легендарным Ли Джексоном. А чуть позже, прилетев по приглашению последнего в Англию, узнал, что ветеранистый басист на пару с ударником Брайаном Дэвисоном жаждет сколотить бригаду в духе The Nice или Refugee. Словом, им нужен был органист. К тому моменту у Пера уже имелся собственный проект, с которым он готовил программу "Gothic Impressions". Однако и упускать возможность поработать с родоначальниками симфо-арта было бы непростительной глупостью. Тем более на носу маячил летний арт-фест в Гётеборге, и выступление обновленных The Nice обещало вызвать фурор. Начались репетиции. Все складывалось просто удачно, Джексон с Дэвисоном рыдали от радости. По злой иронии судьбы хозяева фестиваля не сумели наскрести денег на достойную оплату концерта культовых прогеров. Дело накрылось. Линд отбыл на родину, где учредил компанию Crimsonic Label для выпуска релизов группы имени себя. По счастью, тут он ни от кого не зависел...
"Mundus Incompertus" продолжил линию на слияние классики с роком, начатую пластинкой "Gothic Impressions" (1994). Помимо постоянного аккомпанирующего состава, маэстро активно задействовал гостей - скрипачку Инге Торссон, духовое трио и вокальный ансамбль Singillatim Choir. Комплексные авторские измышления Линда, его приверженность к "олдскульному" аналоговому инструментарию легли в основу трех пролонгированных пьес, осененных могучими тенями ELP, King Crimson и, конечно же, крестного отца большинства симфонистов И.С. Баха. Название открывающей вещи "Baroque Impression No.1" красноречиво указывает на источник вдохновения. Сочетание мощнейших хаммондно-гитарных атак с элегическими клавесинными отступлениями в откровенно баховской манере не выглядит чем-то надуманным. Напротив, спаянность всех элементов конструкции выдерживается безукоризненно, а уж воплощение и вовсе достойно исключительно лестных эпитетов. Хороша камерная вокально-хоральная интерлюдия "The Crimson Shield" c ее мерцающим готическим колоритом и чувственным голосом Магдалены Хагберг. Главное блюдо предусмотрительный северянин приберег на финал. Хотя титанический 27-минутный опус "Mundus Incompertus" отчасти унаследовал общее настроение дебютного диска проекта, с композиционной точки зрения магнум-кунштюк отличается крайней изобретательностью и разгулом фантазии. Слушателя потчуют оркестровым роком, сдобренным яркими броскими соло, крупной картечью из клавишных и трогательными лирическими эпизодами, мирно сосуществующими с подобающим случаю пафосом.
Впечатления? Если вкратце: шик, блеск, красота. И долгие аплодисменты умельцу Линду, владеющему секретом претворения в жизнь роскошных прогрессивных феерий. Рекомендую.