Änglagård "Viljans Öga" (2012)

Культовая группа – феномен особого свойства. Артистам штучного калибра дозволяется молчать десятилетиями, не забывая при том, что любое их музыкальное высказывание поклонники воспримут как откровение. И в оном таится опасность, ибо формулу "noblesse oblige" никто не отменял. Другими словами, чем крупнее явление, тем меньше шансов на ошибку и тем выше с него спрос. Шведский коллектив Änglagård давно и прочно обосновался на прогрессивном рок-олимпе. Причём для обретения «божественного» статуса им хватило двух студийных пластинок, изданных в первой половине 1990-х. Потом, конечно, были редкие концерты, но ввиду разногласий и активной сессионно-продюсерской работы на стороне собственное детище стокгольмских затворников погрузилось в анабиоз. Думалось – насовсем; ан нет. В «нулевых» ансамбль внезапно пробудился ото сна, в воздухе запахло гастролями. Хотя и без участия сооснователя Торда Линдмана, плотно занятого кинематографическим ремеслом. Формально инициатором традиционного сбора выступил гитарист/композитор Юнас Энгдегорд. Однако «праздник послушания» свернулся раньше положенного. По ряду причин. Зато вторая попытка реанимации Änglagård оказалась гораздо успешнее.

«В Швеции есть много замечательных прог-команд, но я не знаю никого, кто звучал бы так же, как мы». А ведь истину глаголет маэстро Энгдегорд. Если тридцать лет назад квинтет ещё худо-бедно сравнивали с ранними King Crimson, впоследствии всем, имеющим уши, открылось главное: Änglagård уникальны и неповторимы. Просто примите за аксиому. И давайте, наконец, приступим к обзору диска  "Viljans Öga".  

Четыре эпических полотна, общий хронометраж – почти 60 минут. С пространно-печальным флейтовым вступлением Анны Хольмгрен к треку "Ur vilande" отчётливо понимаешь: да, мастера вернулись. Тема разветвляется, обогащается меллотроном (Томас Юнсон), гитарой, перкуссией...Светлым элегическим оттенкам вторит грозовая электрическая мощь, строгая величавость мелодики смыкается со рвано-пульсирующей материей авангардного кроя. Ближе к финалу параноидальный маршевый напор ожидаемо капитулирует пред акустической прозрачностью; лучшего и желать нельзя. Схожего канона придерживается конструкция "Sorgmantel", разве что игровые эпизоды в ней заметно ретивее, а камерные вставки чуть солиднее за счёт глубоких тембров виолончели (Тове Тёрнберг). 16-минутная пьеса "Snårdom" до середины действа бьётся в инструментальной истерике, после чего перетекает в фазу красивейшего академического «прояснения рассудка» и завершается комплексным полифонически-щедрым росчерком. Идущий последним номер "Längtans klocka" демонстрирует нам бэнд на пике формы. Доскональное воссоздание атмосферы времён альбома "Epilog" (1994) с его оригинальной эстетической парадигмой, авантюрными финтами, ощущением блуждания в позднеоктябрьском лесном полумраке и удивительно колоритной фактурой.

Подытожим: яркий, образный, расцвеченный нюансами художественный акт, в котором можно раз за разом открывать для себя новые смыслы. Настоятельно рекомендую. 

Viljans Öga

Änglagård "Hybris" (1992)

Девяностые годы прошлого века - период реанимации классического прог-саунда. Первыми от длительной спячки очнулись шведы. И запустили на звуковую орбиту несколько совершено изумительных коллективов - реставраторов наследия семидесятых. Богатейшие традиции британско-итальянского арта дали обильную пищу для ума молодым северным интеллектуалам. А флагманом возрожденного прогрессива заслуженно сделался секстет Änglagård - краса и гордость нордической сцены.
Возник ансамбль по воле старых школьных друзей - Торда Линдмана (гитара) и Юхана Хёгберга (бас). Осенью 1990 года ребята взялись по кирпичикам собирать материал. Соответствующих идей было не особенно много, зато энергии и желания хватило бы на десятерых. Чуть погодя по объявлению в газете нарисовались еще двое - Томас Юнсон (клавишные) и Юнас Энгдегорд (гитара). В конце 1980-х оба творили в команде Minstrel. Вот и решили попытать счастья на схожем поприще. Явились парни не с пустыми руками. Из принесенных ими отдельных сырых заготовок впоследствии выросла дебютная пластинка Änglagård. Позднее прочих к вышеуказанным лицам прибились флейтистка Анна Хольмгрен и драммер Маттиас Ольссон, чей вклад в формирование репертуара оказался не менее значителен.
Разнопородные стилевые влияния (от прото-металла а ля Black Sabbath до симфонического прогрессива и акустического фолка) образовали ту неповторимую амальгаму, что с течением времени возведет Änglagård на вершину успеха. Однако прежде скандинавам предстояло выдержать ряд трудностей и доказать всему миру, что игра затеяна ими не зря.
Точка отсчета - эпический инструментальный опус "Jordrök". Лейтмотив его был сочинен Юнсоном аж в 1989 г. Разумеется, от исходного варианта тут мало что сохранилось. Сюжетная линия тщательно прорабатывалась всеми участниками бэнда. Итог: полная нервного драматизма фреска с темной хтонической атмосферой, общим "винтажным" настроением и великолепно выстроенной полифонией. Минорное начало питает и остальные пункты релиза. В 12-минутной пьесе "Vandringar I Vilsenhet" калейдоскоп средств увеличивается: флейтовое интро, кримзонический душок электрических партий, удачно вживленные фольклорные сегменты, оркестровый меллотрон-бэкграунд и изобретательные ритмические эскапады. "Ifrån Klarhet Till Klarhet" - визитная карточка концертных выступлений Änglagård. Излюбленные шведами приемы имитации шарманочно-патефонного ретро трансформируются в логически осмысленные смены эмоциональных картин - от экспрессивного напора к меланхолии, кружевной элегической пасторали - и обратно, сквозь грозовой шквал, шум и ярость. В мрачноватых тенях "Kung Bore" явственно ощущаются отголоски благородного, культурно освоенного язычества, безболезненно переселившегося в заповедные леса сказочной литературы. Исконные почвеннические элементы здесь фактически на корню подавляют нечаянное англоманство Änglagård; панорама отражает тягостно молчащую древность с ее вековыми кронами, заснеженными холмами и ледяным дыханием приполярной ночи. На правах бонуса - развернутый номер "Gånglåt Från Knapptibble", скроенный по знакомым уже лекалам; разве что доза импульсивного буйства в нем преобладает над иными аспектами.
Резюмирую: один из признанных шедевров прогрессивного рока, солидная веха в истории жанра. Рекомендуется всем и каждому для расширения умственного кругозора, а равно - многократного эстетического наслаждения.   

Änglagård "Epilog" (1994)

Сегодня имя Änglagård произносится меломанами с уважительным придыханием. Есть от чего. Шведам выпала честь примерить на себя роль реинкарнаторов классического прогрессива. А также положить начало новому культу. Дебютным альбомом "Hybris" (1992) cтокгольмский квинтет убедительно доказал: "винтажный" саунд семидесятых по-прежнему актуален. По сути, программа явилась квинтэссенцией наиболее удачных идейных схем, апробированных двадцатью годами ранее. Но едва ли стоило бы петь дифирамбы группе, будь ее единственной заслугой оживление музыкальных ретро-тенденций. Творческий облик скандинавского ансамбля богат оригинальными чертами. И одна из них - уникальное гармоническое мышление участников проекта. Ведь не только англоманская арт-рецептура сделалась эффективным оружием в руках северян, но и базовые элементы корневого нордического фольклора впитались в плоть и кровь их авторских композиций. И если в "Hybris" действие во многом подчиняется мощному напористому саунду, то для полностью инструментального диска "Epilog" характерны несколько иные звуковые аспекты. О них и поговорим.
Двухминутный "Prolog" задает минорную тональность процессу. Плачущий меллотрон Томаса Юнсона, тонкие акустические арпеджио гитариста Торда Линдмана, траурные партии от специально приглашенного струнного трио - все это максимально работает на атмосферу тотальной скорби. Тут следует отметить, что в CD-буклете имеются стихотворные тексты, отражающие смысл каждого из треков. Данная прелюдия сопровождается такими словами: "Есть солнце, что больше моей улыбки / Есть солнце, что больше моей ненависти / Есть солнце, что больше моей жизни / Но не солнце, что больше, чем я, погасит меня..." В структуре центральной эпической пьесы "Höstsejd" иллюстрируется природное противостояние живого летнего тепла ураганным ветрам наступающей осени. Отсюда обилие ветвящихся ритмических линий, пружинистых гитарных атак Линдмана и Юнаса Энгдегорда. Для общего развития темы своего рода контрапунктом служит клавишный пассаж Юнсона, последовательно воскрешаемый на разных уровнях в органном и фортепианном исполнении. Сама же картина состоит из целого ряда секций, в которых слушателя то щедро одаривают безумным шквалом страстей, то, напротив, ублажают изящными элегийными сюжетами электроакустического толка. Натурфилософская зарисовка "Skogsranden" открывается меланхоличным камерным дуэтом для флейты (Анна Хольмгрен) и рояля. По истечении двух с лишним минут неоклассическая красота в мгновение ока рассыпается под градом диссонансных кримзоидных риффов и мастерских сбивок ударника Маттиаса Ольссона. Но и тяжелое прогрессивное буйство длится недолго, уступая эстафету дивной пасторали с меллотроновыми хоралами, хрустальными переборами гитары, фоновым бэк-вокализом Ёсы Эклунд и совершенно очаровательной флейтой. Финал, впрочем, вновь скатывается в заряженный отрицательными ионами хаос; однако подобная деструкция вполне оправдана художественно. Схожего рисунка придерживается и вещь "Sista somrar", где наряду с отчаянной рок-энергетикой наличествуют приемы из области академического авангарда. Замыкает программу клавишная реприза "Saknadens fullhet", знаменующая собой постижение героем великой экзистенциальной мудрости, чьим сопутствующим фактором всегда выступает печаль...
Резюмирую: подлинный арт-шедевр и один из лучших прог-релизов девяностых годов прошлого века. Настоятельно рекомендую.