4 июл. 2009 г.

Tenhi "Kauan" (1999)

Основоположниками направления "дарк-фолк" принято считать англичан. И есть в том большая жизненная несправедливость, ибо истоки подобного рода музыки следует искать отнюдь не на Британских островах, но в темной глуши скандинавских лесов, в заповедных приозерных районах, где по-прежнему живы традиции Калевалы. Не случайно одними из наиболее ярких представителей стиля сегодня являются финны Tenhi. Словом «тэнхи» в старину называли мудрецов и прорицателей. И данное название как нельзя лучше иллюстрирует творчество по-настоящему неординарной команды.
"Тэнхи это путешествие. Наша музыка во многом являет собою вояж сквозь разнообразные пейзажи и настроения... Мы используем инструменты, чтобы донести песней чувства; иной путь тут попросту неприемлем". "Kauan" - первая полнометражная работа группы. Плоть от плоти исконной пространной грусти, трактуемой участниками Tenhi достаточно философски: печаль - синоним красоты. И начальная композиция альбома ("Nakin laulu") прекрасно отображает оную точку зрения. Звуковая палитра повисает незримой пеленой дождя, вкрадчивым туманом стелется шепот гитариста/клавишника Тико Саарикко, наводя морок вековечной вселенской меланхолии. Последующая вещь ("Huomen") веселья также не прибавляет, зато в неторопливых ритмах ее бьется живая красочная мелодия и проглядывают классические арт-роковые корни. Тонкие акустические изыски умело соединяются с электрической составляющей, порождая на свет удивительно одухотворенные образы. Задорные интонации языческой плясовой в номере "Revontulet" обрамляются благородными скрипичными пассажами Элеоноры Лунделл; эдакий элемент бодрости в общей сумрачной канве. "Hallavedet" можно вполне соотнести с прогрессив-фолком: шикарные переливы клавишных, мотивные струнные переборы, суровые нордические напевы... Впечатляет. Угрюмая атмосфера сгущающегося вечернего одиночества детально прорисована в бессловесной пьесе "Etaisyyksien taa", повергающей слушателя в состояние задумчивости о чем-то аморфно-беспредельном и вместе с тем несомненно важном. Трек "Lauluni sinulle" по своим внутренним кондициям напоминает сочинения других оригиналов из Суоми - славную формацию Kosmos. Особая прелесть музыкальных экскурсов Tenhi, как мне кажется, заключается в том, что их панорамно-рефлексивные полотна несут на себе печать безвременья. Странная, парящая в вечности загадочная реальность, полнота восприятия которой напрямую зависит от желания приблизиться к ней. В интригующем финальном эпизоде ("Souto") жанровые рамки вновь размываются: тут мы имеем натуральное камерное произведение, в основе - диалог рояля и скрипки, слегка разбавленный звуковыми эффектами. Пара эпических бонусов призвана усилить и без того гипнотическое воздействие творений Tenhi: практически doomовое тематическое развитие, еще больше сырой осенней тоски и безысходности. Но результат все равно хорош.
Итог: упертым прогрессорам рекомендовать поостерегусь, а вот тем, кто ловит в музыке поэтические флюиды, пожалуй, стоит ознакомиться с релизом. Поверьте, он этого заслуживает.

Tenhi - Niin auer hiljaa vie

2 июл. 2009 г.

Иван и Михаил Смирновы "Крымские каникулы" (2004)

Иван Смирнов в особом представлении не нуждается. Имя этого замечательного мастера акустической гитары хорошо известно как у нас, так и за рубежом. Стилистический спектр его работ отличается широтой охвата, но по сложившейся традиции творческие эксперименты артистов подобного толка на Западе фигурируют в категории world music/fusion. Впрочем, оно недалеко от истины.
В отличие от «живого» альбома «Земля, где ночует солнце», насыщенного виртуозными пьесами, покрывающими пространство от славяно-балканского фолка до зажигательных ритмов фламенко, данная студийная работа базируется на иных началах. По определению издателей – компании Sketis Music, здесь имеет место лирическая инструментальная музыка, в которой «нет сложных композиционных построений, нет идейной подоплеки, нет нарочитой виртуозности». Если же попытаться охарактеризовать общую направленность "Крымских каникул" в паре слов, то можно сказать, что перед нами неоромантический фьюжн. Непродолжительные инструментальные зарисовки, начиненные собственным колоритом и настроением, демонстрируют великолепные композиторские таланты отца и сына Смирновых, а равно и их друзей-коллег - Ахмада Бакаева (клавишные) и Михаила Соколова (перкуссия), чьи авторские сочинения также представлены в программе. Балом тут правят образы - выразительно-красивые, проникновенные, утверждающие главенствующее положение мелодии над технической стороной дела. Фантазия соседствует с лаконичностью, тонкий расчет - с рефлексивными порывами души. И все это крайне гармонично сосуществует в едином звуковом поле. За мнимой аскетической скупостью отдельных произведений укрываются зрелое мастерство и возвышенное благородство духа, каждая нота обладает индивидуальной ценностью. Названия треков довольно точно отражают их сущность: "В последний раз", "Сумерки", "Два слова в тишине", "Настигнут радостью"... Легкая прохлада вечернего бриза, восторг, мечтательность... Настоящий экспрессивный саунд-букет от подлинных художников и философов.
В числе аккомпаниаторов заявлены верный товарищ Ивана и Михаила духовик Сергей Клевенский, электрогитаристы Андрей Звонков и Александр Дулов, ударник Дмитрий Севастьянов, бас-гитарист Юрий Мамаев и саксофонист Павел Григорьев. Плюс струнный квартет под управлением А. Бакаева. Несмотря на столь обильное количество ансамблистов, большая часть вещей с диска тяготеет к камерной прозрачности, позволяющей как нельзя лучше раскрыться имагинативному наполнению невероятно привлекательных полотен. И если вы любите музыку, в которой сплетаются радость и светлая грусть, соленый морской воздух и бег по залитому солнцем побережью, этот альбом для вас.

1 июл. 2009 г.

Steve Cochrane "The Purest of Designs" (1998)

Пятнадцати лет от роду он увлекся творчеством земляков Rush. Алекс Лайфсон стал героем № 1 для юного Стива Кокрейна (р. 1961), а гитара - олицетворением духа музыки. В девятнадцать энтузиаст-самоучка уже являлся членом прогрессив-роковой команды Endpieces. Слушая грандов британского арта (Genesis, Yes, Camel, Mike Oldfield, Renaissance), Стиви набирался ума-разума, а заодно потихоньку работал над авторским материалом. На тот период времени его заочным гуру был знаменитый тезка Стив Хэккетт. Парень старательно копировал яркие соло английского маэстро, постигал методику фразировки, попутно обучаясь аранжировочным приемам. К началу девяностых Кокрейн ясно сознавал: ему есть, что сказать людям. Вооруженный непоколебимой верой в собственные силы, уроженец Виндзора пустился в одиночное плавание...
"The Purest of Designs" - третья сольная пластинка Стива Кокрейна. Вынашиваемая на протяжении десятков лет идейная концепция (становление личности, борьба с внутренними демонами и превращение вчерашнего ребенка в художника) наконец-то вошла в стадию зрелости, оформившись в центральную композицию альбома - семичастное эпическое полотно "Songs for Spring" (продолжительность - 27,5 минут). Передовые достижения в области цифровых технологий позволили одаренному музыканту совладать в одиночку практически со всеми инструментально-вокальными темами. В распоряжении Стива имелась целая обойма разнообразных гитар (акустическая, классическая, электрическая, бас и MIDI), приличная линейка всевозможных клавишных агрегатов. С перкуссионным наполнением и программированием ударных затейнику Кокрейну пособил старый друг Роланд Иварссон, а вспомогательные партии MIDI-ударных записали в актив Кевина Ричарда. Что до хоральных эпизодов, то они на совести приглашенного певческого трио. Итак, пара слов о релизе.
Нарастающие аккорды вступительного трека "To the Glory of Man" отсылают нас к еще одним вдохновителям с Британских островов - легендарным Yes. Однако воздушно-астральное интро, испарившись, оставляет слушателя наедине с хорошо структурированным мелодичным симфо-прогом, где ведущая роль принадлежит деликатным шестиструнным проходам. "When the Music Speaks" - лирическая зарисовка с отчетливым флером нео-арта и фокусировкой на песенных мотивах. Вышеозначенная титаническая конструкция "Songs for Spring" содержит несколько вычурных ритмических схем, легкие синтезаторные оркестровки, драматические дженезисовские интонации в отдельных вокальных фрагментах и носит общий интеллигентно-рафинированный оттенок. Баллада "Dreams of Reason" - приятственный этюд без особых претензий с едва уловимым псевдо-восточным флером. Замыкается пиршество 16-минутной бессловесной сюитой "The Promise of the Music" - наиболее ранним и в то же время, пожалуй, самым глубоким сочинением Стива в контексте данной программы.
Итог: весьма недурственный рок-акт, рекомендуемый в первую очередь поклонникам концептуальных творений Майка Олдфилда и любителям нео-прогрессива восьмидесятых.

28 июн. 2009 г.

KBB "Lost and Found" (2000)

Похоже, основным действующим принципом струнных дел мастера Акихисы Цубоя в рамках ансамбля KBB является правило "редко, но метко". Эти японские парни не так уж часто балуют своих поклонников новыми альбомами, зато в отменном качестве любой из пластинок группы можно не сомневаться. Вот и дебютная работа KBB "Lost and Found" демонстрирует нам блистательный игровой симфо-фьюжн, причем симфоническая составляющая здесь определенно доминирует над собственно джаз-роковой. Одухотворенная восторженность новичков, помноженная на высочайшую исполнительскую культуру, придает флер очарования достаточно непростым в композиционном отношении и весьма разноликим пьесам. 
Интроспективная вещь "Hatenaki Shoudou" с ее гитарно-ритмическими выкрутасами поначалу напоминает американские команды типа Dixie Dregs или Liquid Tension Experiment, однако KBB звучат гораздо мягче и добрее заокеанских коллег по цеху. За фундаментальной серьезностью темы нет-нет да и промелькнет загадочная улыбка чеширского кота. Но каким бы виртуозно-залихватским ни казалось произведение, мелодический аспект его практически никогда не теряется под толщей аранжировки. Пролонгированная пьеса "Catastrophe" структурно близка сочинениям Жан-Люка Понти: головоломная вступительная часть сменяется умиротворенно-плавным развитием с выразительными пассажами электроскрипки маэстро Цубоя. А в стадии кульминации темп вновь ускоряется, и тут уже мастер-класс показывает басист (по совместительству звукоинженер) Дани. По-настоящему прекрасен полноформатный 13-минутный опус "Antarctica": прозрачная фортепианная интерлюдия, превосходная атмосферная оркестровка, редкостной красоты партии струнных и возвышенно-мечтательное настроение; один из наиболее образных номеров релиза. В "The Desert of Desires" ставка сделана на драйв и напористость; гитарные запилы рассекают палитру в лоскуты, из которых затем складывается довольно причудливая мозаика. Крепкий и отчаянный прог-фьюжн, не лишенный артистизма. В "Another Episode" на передний план выходят пронзительные скрипичные соло - страстные и лиричные разом. Компанию им составляют чистые пианиссимо и синтезаторно-органные пробежки Грегори Судзуки + атакующие финты ритм-секции (Дани на пару с ударником Сиру Сугано). Пряный аромат восточного томления в первой половине интригующего сочинения "Nessa No Kioku" постепенно трансформируется в некие саундскейповые пульсации, а далее вступает в силу мощная полифоническая направляющая, продиктованная филармоническим прошлым главного человека в коллективе. Финальный эпик "Divine Design" подтверждает постулат: хорошая мотивность важна при всякой погоде; поразительный симбиоз классического арта и ядреного джаз-рока. 
Итог: отличная программа от одного из лучших современных прог-бэндов. Рекомендую.

27 июн. 2009 г.

Channel Light Vessel "Automatic" (1994)

Все началось с диска "The Familiar" (1993) - совместного творения сольного артиста Роджера Ино (клавишные, аккордеон, банджо) и участницы поп-трио The Dream Academy Кейт Сент-Джон (вокал, саксофон, гобой, английский рожок). Продюсировал пластинку отец-основатель культовой арт-формации Be Bop Deluxe Билл Нельсон. Работалось им настолько здорово, что расставаться по окончании студийных сессий совсем не хотелось. Так и родился проект Channel Light Vessel. К вышеозначенной троице присоединились американский перкуссионист Ларааджи и японская виолончелистка Маюми Тачибана. Столь пестрый конгломерат исполнителей с подачи одного британского журналиста тут же нарекли "эмбиент-супергруппой". Характеристика, впрочем, неточная, ибо композиции с дебютного релиза CLV "Automatic" являют слушателю музыкальный спектр заведомо более широкий, нежели тот, что лежит в основе стилистики эмбиент.
Открывается программа треком "Testify" - своеобразным поп-номером в экзотической обертке. Основную вокальную линию здесь ведет Билл (гитары, бас, пиано, перкуссия), хоральную бэк-поддержку ему обеспечивает Кейт. Инструментальная часть до предела насыщена звучанием калимбы, колокольчиков и разнообразных клавишных. Очень бодрящая вещь с азиатским привкусом. А дальше становится еще интереснее. Бессловесный этюд "Train Travelling North" сочетает в себе синтезаторную ритмику "новой волны" с элементами классической камерной акустики и арт-роковыми позывными электрогитары Нельсона. Короткая атмосферная зарисовка "Slow Afternoon" отличается крайней степенью изысканности и красотой солирующих партий сакса и виолончели. В озорной "Ballyboots" находится место и "техноидной" сумасшедшинке, и джазовым фортепианным обертонам, и образным саундтрековым эпизодам. Драматизмом и таинственностью веет от неторопливо-сумрачной пьесы "A Place We Pray For". Среднетемповая "Bubbling Blue" вполне подходит для утренних релаксационных упражнений - приятная, обманчиво-простая мелодическая картинка. Звуковая "изюминка", озаглавленная "Duende", несмотря на малый хронометраж, содержит внутри великое множество мастерски переплетенных субжанровых слоев. В "Flaming Creatures" нас ожидает задающее тон минималистичное виолончельное соло и гуттаперчевое электронное развитие темы. "Bill's Last Waltz" и впрямь оказывается очаровательным романтическим вальсом в симфонических традициях. "Thunderous Accordians" - любопытный микс из модерновых сэмплированных грувов, гипнотических речитативов и флойдоподобных гитарных пассажей. "Fish Owl Moon" вызывает ассоциации с расписным восточным узором, сделанным на тончайшей шелковой ткани; эфемерная и колоритная арабеска. Заключительная "Little Luminaries" - квинтэссенция лирических мотивов, роскошный мечтательный финал по-настоящему замечательного диска. Рекомендуется широко мыслящим меломанам всех мастей, да и просто любителям хорошей музыки.

26 июн. 2009 г.

Shadowfax "Watercourse Way" (1976)

Shadowfax - одна из наиболее интересных американских арт-команд 1970-х. Изначальные позывы участников коллектива поиграть блюз довольно быстро трансформировались в необузданную тягу к экспериментам. "Дурной" пример подал негласный лидер формации, саксофонист и флейтист Чак Гринберг (1950-1995), желавший поскорее опробовать в деле разработанный инженером Биллом Бернарди (при посильной помощи самого Чака) электронный духовой синтезатор "Лирикон". Не теряя времени, парни приступили к работе над репертуаром. Особое рвение тут выказал гитарист Грег Стинсон, сочинивший пять разнообразных композиций (две из них в соавторстве с Гринбергом); еще одну подбросил органист Даг Малучник. Последовала горячая пора репетиций. И наконец в сентябре 1975 года Shadowfax направились в студию "The House of Music" (Уэст Орандж, Нью-Джерси), дабы под чутким присмотром продюсеров Марти Скотта и Лэрри Фаста (прог-проект Synergy) записать свою первую пластинку.
Если не глядеть на указание даты, "Watercourse Way" можно смело принять за продукт начала-середины 1990-х. Настолько свежо и мощно звучит дебютный релиз квинтета. Здесь, конечно, немалая заслуга звукоинженера Рона Малучника, однако и в плане структуры материал лишен каких бы то ни было анахронизмов. Могучий полифонический прогрессив-фьюжн обрушивается на слушателя с начальными тактами пьесы "The Shape of a Word". Неуемный гитарный драйв перемежается мечтательными вкраплениями духовых, коих не разменивающийся по мелочам маэстро Гринберг использует в избытке: гобой, флейта, сопрано-саксофон, бас-кларнет, рекордеры и вышеупомянутый «Лирикон». Закрученная смесь из скоростного рока, виртуозного джазового пианизма, этнических и фольклорных эпизодов демонстрирует высочайший исполнительский уровень и отменную комплексную аранжировку темы. Жесткий боевик "Linear Dance" - единственный номер на диске, содержащий вокальные партии. Психоделически отстраненный голос Стинсона достаточно своеобразно вписан в канву этой напористой ритмической головоломки. Из общего ряда выделяется нежная акустическая "Petite Aubade" - камерная зарисовка, вобравшая в себя влияния европейского Ренессанса. Флейтовые пассажи оттеняются хрупкими аккордами клавесина и прекрасными арпеджио классической гитары. Замысловатая "Book of Hours" - плод воображения клавишника Дага Малучника. Изобилующее деталями произведение, в котором нью-эйджевая прозрачность пропущена сквозь металлическое сито хард-фьюжн-манеры с элементами индийской раги. Заглавная "Watercourse Way" - очередной удачный пример стилистического синтеза: на сей раз высокопарные проявления арт-рока хитроумно растворяются в экзотической палитре малоазиатского происхождения. Заключительная 10-минутная "A Song For My Brother" - шикарная по мелодике и воплощению звуковая фреска: слияние возвышенного пафоса "Лирикона" с рефлексивными гитарными фразами и замечательной оркестровкой во второй половине эпика (мистер Малучник комбинирует возможности цифрового секвенсора Oberheim c распространенной в Штатах модификацией меллотрона - чемберлином). Превосходное завершение изысканного банкета.
Итог: уникальный и самобытный образец жанра, настоятельно рекомендуется всем любителям приджазованного этнического прогрессива.
P.S. Запись произведена с LP.

25 июн. 2009 г.

Horizont "Summer in Town" (1985) / "The Portrait of a Boy" (1989)

Камерный инструментальный ансамбль "Горизонт"... Магическое словосочетание для посвященных в их музыку. Подлинная элита интеллектуального рока (причем не только в пределах Советского Союза). Остается лишь гадать, куда бы завели духовные поиски участников этой "могучей кучки", доведись им жить не в эпоху политических перемен, но в более спокойные времена...
Оформились они в первой половине 1970-х. Начальный состав: трое учащихся старших классов музыкальной школы. Увлечения? С одной стороны, достаточно банальные в ту пору: западная эстрада (The Beatles, Deep Purple, и далее по знакомому многим "джентльменскому списку"). С другой, классика прошлого (Бах, Вивальди) и камерные сочинения композиторов-современников (например, эстонца Яана Ряэтса). Задача-максимум - добиться гармоничного сопряжения двух разнополярных течений. Амбициозно? Да, не без этого. Но идейный вдохновитель ансамбля, скрипач и клавишник Сергей Корнилов уже в юные годы отличался четким видением путей достижения цели. Его полистилистическое мышление, тяготеющее к синтезу, впоследствии позволило "Горизонту" развернуться "по-крупному".
На момент воплощения первой пластинки ("Летний город") Корнилов (клавишные) пребывал в статусе выпускника Горьковской консерватории (тема дипломной работы - "Художественная эволюция группы "Yes" и проблемы арт-рока"). Помимо него участниками коллектива значились: Владимир Лутошкин (гитара, флейта), Алексей Еременко (бас-гитара), Валентин Синицын (ударные), Андрей Кривилев (вокал, клавишные). Основой релиза, записанного в московской студии фирмы "Мелодия", стали три полноформатные композиции, создававшиеся в период 1983-84 годов. По меркам отечественного рок-формата - материал исключительный, с претензией на революционность. Открывается диск 8,5-минутной игровой пьесой "Снежки" - пожалуй, самым доступным из произведений корниловского триптиха. Моцартианская ажурная легкость сквозит в каждой ноте этого псевдо-барочного арт-номера. Органные созвучия элегантно вытанцовывают замысловатые па под задорный аккомпанемент электрогитары. Множество ритмических сбивок, лирических отступлений от темы и насыщенная палитра при общей камерной прозрачности саунда не оставляют никаких сомнений: перед нами прогрессив в наилучшем свом проявлении. Опус № 2 "Чакона" - закольцованная, замкнутая на себя удушливо-темная масса, возвышенная мелодика которой прорисовывается с крайней неспешностью; точно безвестный демиург осторожными движениями мощной десницы постепенно стирает вековую пыль с редкостной красоты холста. Апогей программы - трехчастная сюита "Летний город" с заявленным проклассическим каркасом (Марш-Менуэт-Токката). Авангардные синтезаторно-электронные кирпичики при поддержке ритм-секции заполняют пространство незримой сцены, вызывая ощущение тихого помешательства. Впрочем, оное буйство фантазии проистекает из рационального источника, а потому в композиционной структуре эпика немало условно-театральных элементов, сменяющих друг дружку в режиме нон-стоп. После череды якобы импровизационных (а на деле - хорошо продуманных) каскадов ерническое подтрунивание над слушателем сходит на нет, трансформируясь в кристальной чистоты пианиссимо...
Последняя студийная работа "Горизонта" писалась в конце 1988 г. Перестроечное половодье захлестнуло страну, тут уж было не до искусства. И пока одни рьяно выражали себя в парламентских дебатах, дабы затем бесследно исчезнуть в водовороте лет, другие с маниакальной настойчивостью гнули художественную линию, порождая культурный феномен удивительной силы и яркости. Незначительные перестановки в составе группы - вынужденная дань моде: в когорту ветеранов влился новичок Игорь Покровский (вокал, гитара), а место за ударными занял Анатолий Павленко. Итог затворнических сессий - завораживающий "Портрет мальчика". К прежней аналоговой теплоте звучания добавилась доля цифровой резкости. Диссонирующие интервалы и контрапункты заглавной 20-минутной тональной поэмы маскируют лежащий в основании мотив болеро. Сущность экзистенциального драматизма вскрывается маэстро Корниловым в пронзительно-печальной "Прелюдии Fis Moll". Сразу за ней следуют подряд два эпизода из балета "451 по Фаренгейту". Центростремительное "Соло Гая" практически целиком решено средствами электроники. Футуристические картины бездушного пламени, сжирающего страницы книжной мудрости, мастерски запечатлены Сергеем со товарищи. "Финал балета" словно высвобождает сдерживаемые доселе чувственные порывы: восторг и благородная ярость воплощаются в клавишных переливах, простреливаемых виртуозной дробью барабанов. Завершается пластинка экстатическим "Вокализом", купающимся в лучах нездешнего света, избавляющего от оков постылой реальности. Восхитительная кода, достойно венчающая непростой для восприятия прогрессив-акт.
Резюмирую: доподлинно уникальная команда, чье творчество, выдержав проверку временем, остается актуальным и поныне. Настоятельно рекомендую всем, независимо от пристрастий.

21 июн. 2009 г.

Mike Batt "Arabesque" (1995)

"Арабески" - альбом для Майка Бэтта особый. Создавался он при довольно непростых обстоятельствах. В начале 1990-х маэстро впал в тяжелую депрессию, вызванную шумным провалом постановки его мюзикла "Охота на Снарка", осуществленной на сцене лондонского театра Вест Энд. Длительное пребывание в клинике возымело действие: Майку удалось совладать с недугом и постепенно вернуться в музыку, сперва на правах продюсера. А тут как раз подвернулось предложение от германского отделения концерна Sony: записать для них сольный диск в характерной бэттовской симфо-роковой манере. Взвесив все "за" и "против", англичанин взялся за дело.
С точки зрения композиции "Arabesque" продолжает проклассическую концептуальную линию, начатую Майком в семидесятых пластинками "Schizophonia" (1977) и "Tarot Suite" (1979). Как и прежде, большую часть времени заняла работа с филармонистами. Решив не ограничивать себя в средствах выражения, Бэтт подключил к процессу Национальный Симфонический Оркестр Лондона под управлением Перри Монтагю-Мейсона. Партии струнных и духовых, запечатленные на мастер-ленте в знаменитой Abbey Road Studios, проходили оцифровку и сведение в домашней студии Майка Dining Room. Клавишные пассажи, гармонические подпевки и лид-вокалы мистер Бэтт по привычке оставил себе. В хоральных моментах ему активно помогали Филипп Квест, Мириам Стокли и Тереза Найлз. За рок-составляющую отвечали старые друзья зачинщика мероприятия: басист Тим Харрис (Steeleye Span, Iona, Dave Bainbridge), хорошо известный в Ирландии скрипач Питер Найт, гитарист Клем Клемпсон (Colosseum), сессионный ударник Грэм Брод, сотрудничавший с Майком Олдфилдом и Роджером Уотерсом. В интроспективном треке "Don't Trust the Angels" на гитаре солирует отец-основатель знаменитых Ultravox Мидж Юр, а в песне "The Flame Burns On" орудует медиатором Стив Доннелли. Короче, великолепная подобралась компания. И надо сказать, воплощенный ими материал также весьма недурен. Слияние легкого, окрашенного в лирические тона певческого поп-мэйнстрима с изобретательно выстроенными оркестровыми номерами - это очень в стиле Майка. Вышеуказанная "Don't Trust the Angels" открывается игрой на табла (Крис Каран), по мере движения наполняясь арт-роковым драматизмом, приправленным щепоткой восточного колорита. Балладным настроением дышит "Amy Floats Downstream". В ярком инструментальном этюде "Battlefield Theme" Бэтт рисует эпическую картину сражения при Каллодене (16 апреля 1746 г.) - последней битвы на территории острова Великобритания. Кельтская тематика оживает в не менее сильном опусе "Irish Peace", где центральное место отводится чарующему женскому вокализу. Небесной чистотой веет от таинственно-красивого "Chorale": поразительное сочетание хрупкости, интриги и напряженности. Заглавная "Arabesque" парадоксальным образом соединяет в саунд-пространстве отчетливые мотивы ирландской джиги с налетом фантастических элементов, почерпнутых из "Сказок тысячи и одной ночи". Закрывается этот незаурядный акт искусства душевным белым госпелом "Let It Be In Your Arms", внушающим надежду на лучшее завтра.
Итог: отличный релиз, мало в чем уступающий культовым творениям Майка Бэтта эпохи 1970-х. Рекомендую.

20 июн. 2009 г.

Gordon Giltrap "Drifter" (2004; 2 CD)

Наследник трубадуров прошлого, Гордон Гилтрэп продолжает свои музыкальные странствия с гитарой за спиной. Иногда к нему присоединяются близкие по духу люди, но большую часть пути менестрель торит в одиночку. На этапе сотворения программы "Drifter" в единомышленники к Гордону записался старый знакомый, скрипач Джон Брэдбери. Результатом такого сотрудничества явились несколько треков, включенные в содержание первого диска.
Фундаментальным основанием "Drifter" служит четкое акустическое звучание. Никаких эффектных излишеств, компьютерной мишуры и прочих атрибутов нового времени. Альбом выдержан в подчеркнуто старомодных тонах, и от этого только выигрывает. В композиционном отношении маэстро Гилтрэп не ограничивается условными жанровыми рамками, семнадцать сочинений релиза демонстрируют широкий спектральный калейдоскоп. 1) "Mrs Singer's Waltz" - невероятно изящная пьеса, в которой струнные партии Гордона и Джона образуют достаточно симпатичный альянс с пассажами духовых. 2) "Maddie Goes West" - колоритная зарисовка, посвященная ирландской исполнительнице на банджо Мэдилайн Мартин. 3) "Живой" номер "Lakeland Memories" - воплощение пейзажно-созерцательного настроения. Гитарные арпеджио на переднем плане удачно оттеняются воздушными наслоениями синтезатора и легким вкраплением вистла (кельтской дудочки). 4) Заглавная "Drifter" - блестящий образчик камерного музицирования: тончайшая оркестровка, деликатное ажурное воплощение... Великолепный этюд. 5) "James' Jig", невзирая на ее традиционные гаэльские мотивы, написана Гилтрэпом в память о Джиме Маршалле - создателе знаменитых ламповых усилителей, определивших лицо рок-н-ролла. 6) Прозрачные аккорды "Ravensbourn" иллюстрируют неспешное течение одноименной речушки, несущей свои воды сквозь жилые районы юго-восточной оконечности Лондона. 7) Оригинальность наброска "Three Legged Horse" продиктована в первую очередь необычным строем гитары (DADGBD). Складывается ощущение, что Гордон пропустил здесь родные фольклорные созвучия Британских островов через призму типично американской стилистики кантри. Симпатичный, но совсем не характерный для нашего героя опус. 8) "The Long Road Home" - мечтательное уединение с гитарой в руках, тихо струящийся призрачный свет надежды... 9) "Deco Echo" - вечерний цыганский джаз, инспированный искусством великого Джанго Рейнхардта. 10) "Circle of Friends" - теплая, идущая от сердца лирика, говорящая сама за себя. 11) "Triple Echo" и впрямь тройной инструментальный бенефис гитары, клавишных и духовых. 12) "On Reflection". Небольшой фактурный эскиз-размышление в пику названию. 13) "Those Who Bring Sunshine" сочинена Гордоном специально к свадебной церемонии лучшего друга. Мажорная тема с одухотворенными скрипичными соло. 14) Знаменитейшая "Greensleeves", принадлежащая перу короля Генриха VIII, давно уже стала своеобразным каноном. Гилтрэп (вот что значит Мастер!), ни на йоту не отступив от устоявшейся мелодической линии, сумел внести в архаичную поэтику Ренессанса едва уловимый элемент новизны. Эталонное прочтение "заезженного" в общем-то произведения. 15) "On Tiptoe" - пример переложения кельтского арфистского напева на гитарный лад. 16) Созерцание небесной лазури проступает в невесомо-спокойной "A Hint of Blue". И замыкает пиршество духа трек № 17 - "John's Deckchair", праздничный сюрприз к дню рождения одного из приятелей Гордона.
Идущий бонусом CD 2 содержит концертное выступление Гилтрэпа в рочестерском зале Хантингдон Холл (январь 2003 г.). Наиболее известные вещи с его прежних пластинок тут явлены в новой аранжировке.
Итог: превосходный подарок для всех почитателей творчества замечательного английского музыканта.

18 июн. 2009 г.

Gordon Giltrap "Elegy" (1984)

По словам Гордона Гилтрэпа, "Elegy" - его первый сольный альбом. И хотя в качестве обособленной творческой единицы маэстро дебютировал еще в 1968 году, данное утверждение ничуть не противоречит фактам. Ведь при сотворении "Элегии" он рассчитывал лишь на себя, пользуясь при том многочисленными разновидностями одного инструмента. "Здесь все целиком сыграно на гитаре, и если вдруг вам почудится звучание скрипок, знайте, что на деле это тоже гитара". "Elegy" для Гордона - вторая по значимости работа после "Visionary" (1976). Автор не скрывает, что во многом оно продиктовано эмоциями, испытанными при создании пластинки, называя диск кульминационным для его персональной манеры, оттачиваемой на протяжении двадцати лет. Что ж, мистер Г знает, о чем говорит.
Двенадцать пьес релиза выдержаны в пасторально-романтическом ключе. Вступительная "In Unison" балансирует на стыке легковесной мажорности и самоуглубленной внутренней рефлексии. Гилтрэп задействует саунд-эффекты марки Korg, дабы придать чеканной струнной фактуре почти что синтезаторную образность. Однако и в обращении с модерновыми на тот момент времени техническими средствами Гордон умудряется остаться истинным менестрелем, проявляя типично английскую сдержанность и не впадая в восторженные излишества. "A Christmas Carol" - размеренные акустические пассажи, бесхитростные, напоенные по-детски чистым восприятием предстоящего праздника Рождества. "The Mariners Tale" - симбиоз характерных для нашего героя гитарных приемов, эдакий звуковой автограф артиста. "Blue Lady" преисполнена лирических мотивов, в которых проскальзывает тонкая закатная грусть. Беззаботным наигрышам отведено место в этюде "Lucky" - одном из наиболее доступных номеров в творчестве ГГ. Заглавная "Elegy" - чувственный пик программы. В барочной глади этой бесконечно деликатной композиции отражаются любовное томление и трогательная сердечность немолодого уже трубадура. Весьма интересна в мелодическом отношении "Sallie's Song", где Гордон удачно экспериментирует с электро-акустическими гармониями. Фольклорные интонации в "Storm Brewing" оттеняются ясной классической штриховкой, в конечном счете берущей верх над корневыми традиционными импульсами. "Downwind" - уложенный "восьмеркой" барокко-эскиз от яркого колориста Гилтрэпа.
"Белыми воронами" в орнаментальной ткани "Elegy" выглядят бонусы, приоткрывающие нам неизвестную до поры сторону противоречивой натуры Гордона. Так, трек "Gold" не что иное как восьмидесятнический синти-поп с женским вокалом. Оставшиеся "Solitaire" и "Gemini" ему подстать. Оживляют эти нововолновые экзерсисы наличие саксофонных партий, ну и, естественно, гитарные позывные мастермайнда. Эдакая режущая взор капелька глянца на благородном старинном портрете.
Итог: приятная непретенциозная музыка для людей, понимащих толк в искусстве.

14 июн. 2009 г.

KBB "Four Corner's Sky" (2003)

Скрипка в прогрессиве - явление не редкое. Но вот составы, где этот инструмент используется в качестве ведущего, можно пересчитать по пальцам. В 1992 году к "могучей кучке" струнных арт-индивидуалистов пристал японский виртуоз Акихиса Цубой со своей командой KBB. С программным дебютом у ребят затянулось, CD увидел свет лишь восемь лет спустя. Впрочем, что Бог ни делает, все к лучшему. Первенец KBB "Lost and Found" (2000) попал аккурат в яблочко. Критики и музыкальная общественность по достоинству оценили уровень новичков. Маэстро Цубоя тут же поставили в ряд с Жан-Люком Понти, Джерри Гудменом и другими маститыми властелинами смычка. Искупавшись в лучиках славы, квартет под руководством Акихисы вновь отправился в студию, дабы одарить растущую на глазах аудиторию свежей пластинкой.
"Four Corner's Sky" - солидный шаг вперед на избранном пути. По сути, Цубой-сан со товарищи демонстрируют нам разные грани стилистики прог-фьюжн. Лишенные словесной нагрузки сочинения KBB обладают достаточно несхожими характерами. Каждая из композиций имеет свое лицо. Если начальная "Discontinuous Spiral" - эдакий цепляющий мелодичными вензелями симпатяга-этюд, в меру прозрачный и беззаботно-озорной, то о последующем эпическом опусе "Kraken's Brain Is Blasting" подобного сказать не получится. Напряженный, темный и драйвовый боевик с удушливо-дерганной атмосферой. Агрессивные дисторшированные нотки гитары, ведомой басистом Дани, паучьими перебежками семенят по углам, тревожно щекочут внутри. Консерваторский воспитанник Акихиса сперва противится такой саунд-провокации, продолжая гнуть джазово-рефлективную линию, но гнусные чары мифического страшилища кракена завладевают и его мятущейся сутью, превращая на глазах в наэлектризованного, переполняемого неконтролируемой яростью монстра. Рассудочно-красивый номер "Horobi No Kawa" отличается восточной опрятностью и почти что декоративной отделкой: тут вам и чистейшие аккорды фоно Тосимицу Такахаси, и ажурные партии скрипки Цубоя, и четкая работа перкуссии Ширу Сугано на пару с гулким басом лукавого самурая Дани. "Backside Edge" - эталонная для современного прогрессива вещь: совершенное исполнительское искусство, потрясающая игровая эквилибристика. В "Slave Nature" мастермайнд Акихиса ясно дает понять, что и электрогитара не чуждый ему агрегат. Быстрые пальцы лидера высекают хэви-риффы, которые в одночасье подхватываются теплыми волнами псевдо-"Хаммонда"; затем доходит черед и до более привычных пассажей. "I Am Not Here" - заявка на суровый академический авангард с заметным влиянием R.I.O.; слабонервных просьба не беспокоиться. В заключительной "Shironiji" из мрачных покровов предгрозовой выси то и дело пробиваются светлые блики надежды на лучшее завтра. Поэтическая мечтательность подкрепляется фактурными полифоническими изысками, зрелой композиционной глубиной. Прекрасное завершение непростого путешествия по просторам "четырехугольного неба".
Итог: превосходный, далекий от банальности и избитых клише альбом. Искренне рекомендую поклонникам симфонического арт/джаз-рока да и просто меломанам со вкусом.

11 июн. 2009 г.

Instant Flight "Endless Journey" (2008)

Полку "ностальгистов" прибыло. Знакомьтесь: английский квартет Instant Flight. Об их дебютном CD "Colours & Lights" (2004) с восторгом трубили прогрессивные обозреватели по всему миру. Ведь мало кто из нынешних артистов способен воссоздать в должном объеме атмосферу "свингующего Лондона". Однако уникальной четверке, ведомой вокалистом/гитаристом Марко Маньяни, сие оказалось вполне по плечу. Тут, конечно, сыграло на руку и обстоятельство совместных сценических выступлений с легендарным Артуром Брауном, да и по возрасту музыканты Instant Flight отнюдь не юноши. В общем, что бы там ни было, а ребята заставили циничную журналистскую братию говорить о них, как о восходящих героях арта.
И вот новая работа IF - "Endless Journey". К безумному сожалению, доступная немногим, ибо тиражированием занимается маленький голландский лейбл Clear Spot. Впрочем, данный пункт - единственный минус релиза. Содержимое заслуживает исключительно похвал и радостных восклицаний.
...Едва зазвучат первые аккорды, станет понятно: на дворе шестьдесят восьмой. Где-то неподалеку в клубе UFO "зажигают" Pink Floyd, собирают концертные залы The Moody Blues и Procol Harum, насмешливо взирают на свежую поросль отягощенные бременем славы The Beatles... Саунд-стилизация выполнена на высочайшем уровне, вплоть до легкой аналоговой шероховатости и гитарно-клавишного солирования по канонам старого доброго прото-прога. Но в том-то и фокус, что речь не идет о пустом подражательстве: участники Instant Flight действительно живут в этом, лучшем из времен. Сквозь цепкие мелодические петли пропущены тонкие психоделические нити, обрамленные первоклассными аранжировками в традиционном ключе: слайдовые переливы бережно обвивают вздымающиеся над землей меллотроновые шпили; бархатисто воркует из темного угла электроорганчик клавишницы Люси Рейхртовой; усердно дуют в тромбоны братья Джо и Том Хаммонды на типично битловском, приправленном восточными пряностями треке "Celebrate", а также в этюде "Universe in a Verse", навевающем сладостные воспоминания о творчестве американцев The Mamas and The Papas; дружно пышет молодецким задором ритм-секция в лице басиста Джона О'Салливана и драммера Джеймса Оуэнса. И ведь так оно и должно быть: искренне, органично, с абсолютным осознанием происходящего... Чувствуется, в поисках вдохновения маэстро Маньяни, единоличный автор всех двенадцати композиций, не раз прибегал к испытанному средству - заповедному винилу с "Сержантом Пеппером" и "California Dreamin'". Результат поистине шикарный: мотивность и светлая "сумасшедшинка" шестидесятых, ритм-н-блюзовый драйв и архаичные оркестровки соединились в прочнейшее, нерасторжимое целое, реанимировав разом гигантский пласт музыкальной рок-культуры, служащей своеобразной иконой для старшего поколения меломанов.
Так что слушайте и наслаждайтесь, господа гурманы. Альбом, безусловно, того достоин.

7 июн. 2009 г.

Various Artists - Colossus Projects "Tuonen Tytär II - A Tribute to Finnish Progressive Rock of the 70's" (2009; 3 CD)

В 2000 г. сотрудники финской прог-ассоциации Colossus, до поры славившейся лишь выпуском одноименного рок-журнала, выступили с инициативой подготовки музыкального трибьюта тамошним арт-мастодонтам 1970-х. Творческую и финансовую поддержку северным энтузиастам оказало руководство итальянского лейбла Mellow. Итогом такой совместной деятельности стал выход двойного бокс-сета "Tuonen Tytär". Опыт получился удачным, и дело поставили на поток. Горячие скандинавские парни при помощи артистов из разных стран повадились выпекать тематические релизы, как домашние пирожки. Однако при этом никогда не забывали, с чего все начиналось.
Спустя девять лет ребята из Colossus на базе французской компании Musea затеяли очередное посвящение финскому прогрессиву семидесятых. По-хорошему одержимый продюсер Марко Бернард выложил нужную сумму, и завертелось...
"Tuonen Tytär II" - плод труда тридцати коллективов из Финляндии, Швеции, Италии, США, Великобритании, Аргентины, Венесуэлы, Венгрии и Нидерландов. Многим из них не в первой светиться в подобных мероприятиях. В основном оно касается профессиональных исполнителей (финны Overhead, Kosmos, Viima и Scarlet Thread; шведы Simon Says; английский мультиинструменталист Эндрю Маршалл, выступающий под вывеской Willowglass; голландцы Trion). Любителям современного арт-рока данные имена по большому счету знакомы, посему рассматривать представленные ими треки в контексте нашего обзора я не буду. А вот сказать пару фраз о заявленных здесь "темных лошадках", вероятно, стоит.
Аргентинцы Jinetes Negros, взявшие за основу композицию Nova "Atlantis", поступили весьма оригинально, переведя текст первоисточника и спев его на испанском. Учитывая неплохую сыгранность ритм-секции, отличные клавишные оркестровки и деликатную манеру гитариста, получилось симпатично. Вышеупомянутый "денежный мешок" синьор Бернард, захватив бас-гитару, вместе со своей итальянской сборной The Samurai of Prog покусился на "кавер" знакового произведения группы Wigwam "Colossus". К инструментальной части никаких претензий нет, но вокалист не шибко впечатлил. Чуточку больше порадовали другие представители Апеннинского полуострова Pax Romana, на чьей совести мелодичная перепевка милой вещицы "Nobody Never Knows Nothing", когда-то озвученной ансамблем Rockressio. Едва ли не лучшим номером компиляции в целом выглядит замечательная "Last Quarters" легендарных Tasavallan Presidentti по версии финского дуэта Kate. Воистину шикарное прочтение классического опуса - в меру ретрообразное, с прекрасным многоголосием и фразировкой а ля Gentle Giant. Лиричные Genesisовские интонации улавливаются в песне Scarab "Praying Stone", записанной еще одними уроженцами Суоми - квартетом Ageness. Классно проявили себя и финны Jeavestone, одарившие нас заводным прог-фолковым опусом "Delightful", принадлежащим перу их предшественников Kaamos. Интересно и виртуозно воплощена в реальность драйвовая пьеса Finnforest "Paikalliset Tuulet" в варианте американского трио Pinnacle. Венгры Yesterdays, взявшись интерпретировать этюд Wigwam "Lost Without a Trace", сконцентрировались на романтике, за что большое им спасибо. Добрых слов заслуживает и вариация на тему Юкки Толонена "Impressions of India", содеянная венесуэльскими амигос из Equlibrio Vital: живой и теплый фьюжн с солирующей флейтой и экзотическим настроением. Однако же наиболее мудрым шагом со стороны организаторов мне видится включение в качестве бонуса-трека композиции "Yksi Maa-Yksi Kansa" c дебютной пластинки Haikara, самими же ветеранами и осовремененной. Подходящее завершение трехчасового банкета.
Итог: достаточно недурственный акт, выгодно отличающийся от ряда других серийных проектов Colossus. Есть, конечно, пара-тройка рядовых позиций, но в массе своей баланс соблюден грамотно. Рекомендую к ознакомлению.

6 июн. 2009 г.

Kaseke "Põletus-Sõnum" (2000)

Эстонская инструментальная команда Kaseke образовалась осенью 1980 года на осколках панк-ансамбля Propeller. На тот момент участниками ее являлись басист Прийт Куулберг, гитарист Айн Вартс, ударник Иво Вартс (все трое - выходцы из группы Ruja) и флейтист Пеэтер Малков. Однако в таком виде состав протянул недолго. Драммера Вартса рекрутировали в ряды доблестной Советской Армии, а ему на смену пришел не менее опытный Андрус Вахт (экс-Ruja, Mess). Лидером Kaseke стал виртуозный пианист Тыну Найсо, начавший концертную деятельность в пятнадцатилетнем возрасте и успевший изрядно поколесить по Союзу со своим джазовым трио. Ну, а вторым гитаристом был принят достаточно известный музыкант Рихо Сибул, основатель вышеупомянутого Пропеллера, работавший также в культовой арт-формации In Spe. Вот эта мощная компания и записала в 1981 году дебютный EP "Sõnum". Четыре композиции, выдержанные в прогрессивном фьюжн-ключе, были с восторгом встречены искушенной слушательской аудиторией. Настроенческий спектр релиза, несмотря на малую продолжительность, оказался весьма широк. Двухминутная "Introduktsioon" - соло-этюд для электропиано, тонко иллюстрирующий видение морского побережья в мгновения штилевого покоя. Заглавный опус демонстрирует слаженность звучания и высочайший профессионализм ансамблистов. Сдвоенные гитары риффуют в унисон с флейтой, синтезаторная палитра дышит прозрачностью, изощренная ворожба ритм-секции полнится нюансами. Великолепный трек, продолженный не менее выразительным лирическим бенефисом Рихо Сибула "Kala Jälg Vees". Замыкающий "Laupäeval Koos Isaga" решен в игровых джаз-роковых тонах, явно воспринятых из славного прошлого кентерберийской сцены.
К концу 1981 г. структура Kaseke видоизменилась. Покинул коллег Тыну Найсо, бразды синтезаторного правления принял на себя кудесник Март Метсала (In Spe). Под его чутким руководством и был сотворен полноценный лонгплей "Põletus" (1983), расцвеченный гостевым участием еще четырех мастеров клавишных дел, внесших в творческую копилку по одной вещи собственного сочинения: в интродукции "Elevant" солирует Маргус Каппель (Ruja), "Elevantsi Hirmulaul" отдана на откуп Олаву Эхале (Ruja), вернувшийся на минуточку в студию маэстро Найсо согласился озвучить пьесу "Pikk Päevatee", а финальная кода "Põlemud Maa" - результат сотрудничества с будущим классиком балтийского симфонического авангарда Эркки-Свеном Тюйром (In Spe). Стилистическая картина также претерпела существенные изменения: некогда четкие джазовые обертоны укутались атмосферной артовой пеленой, мелодический строй заблистал оригинальностью и непредсказуемостью. Вместе с тем прорезались и свойственные эпохе восьмидесятых нотки (в данном отношении показательна ритмичная зарисовка "Tantsija"). Короче говоря, яркая индивидуальность Kaseke здесь явлена во всей красе и силе.
Итог: могучий прогрессивный акт, рассчитанный на эстетствующих меломанов, тоскующих по старому доброму эстонскому року. Им-то и посвящается.

5 июн. 2009 г.

Björn J:son Lindh & Torbjörn Carlsson "Inner Beauty" (2001)

За тридцать с гаком лет своей музыкальной карьеры Бьорн Джейсон Линд варягом переиграл со многими знаменитостями – от Abba и Merit Hemmingson до Майка Олдфилда и Isildurs Bane, перепробовал массу стилей и жанров, в том числе и в контексте персонального творчества. Преодолев чересполосицу экспериментальных метаний 1970—80-х, маэстро наконец выбрал Путь, которым и следует вот уже без малого двадцать лет...
"Музыка для гитары и флейты с поэтическим настроением". Такой подзаголовок украшает лицевую сторону CD-буклета, и это абсолютная правда. Исполнительский тандем в составе Б.Дж. Линд (флейта, клавишные)—Торбьорн Карлссон (гитара) на протяжении 48 минут демонстрирует слушателю звуковые пейзажи, полные тихой, но вместе с тем пронзительной элегичности, редкого пасторального очарования. Одиннадцать воздушно-романтических инструментальных этюдов погружают нас в созерцание волшебной скандинавской природы, где среди живописных лугов и тенистых дубрав еще живут старинные предания о троллях и эльфах, волшебниках и героях. Ритм всех композиций неспешен, что так характерно для направления new age. Однако справедливости ради замечу: жанровые рамки альбома несколько шире нью-эйджевых стандартов, да и удельный вес обоих артистов не позволяет им выпускать фоновые пластинки. Умение точно расставить акценты, тонко подчеркнуть драматизм повествования, не отступая при этом от заданной линии постепенного раскрытия образа, - на такое способны лишь настоящие мастера. Авторство поделено примерно поровну (6 вещей Линда, 5 – Карлссона). В паре треков задействованы гобой и сдвоенный бас. Каждая из пьес со своим особым колоритом, но есть и подлинные жемчужины. Вступительная "Elk River Morning" при всей плавности гармоний несет в себе ощущение трагической хрупкости бытия. Карлссоновская "Колыбельная" хороша прежде всего необычным звучанием духовых, эффектными "всполохами" флейты (один из коронных приемов старины Бьорна). Мотивами классического арт-рока напоен псевдо-барочный этюд "Ophelia", близкий по духу Focusовскому номеру "Elspeth of Nottingham". Еще одна «изюминка» пластинки – тревожно-лирическая "Rue Couchy 22", где Линд в свойственной ему манере скрещивает выразительные фольклорные интонации с широкими симфоническими мазками. Удивительной атмосферой полнится красочная зарисовка "Autumn Tale", где в едва уловимых оттенках внутренней напряженности сквозит ожидание скорых сезонных дождей и тотального ненастья. Ее мелодический ряд подхватывается в последующей "Annie's Theme", выступающей своеобразным ремиксом по отношению к "Осенней истории".
Итог: прекрасный, сдержанно-уравновешенный релиз для людей, не утративших способности наслаждаться красотой, по-прежнему спасающей этот безумный-безумный мир.

4 июн. 2009 г.

Jukka Tolonen "A Passenger to Paramaribo" (1977)

Национальный герой Финляндии, один из лучших гитаристов мира Юкка Толонен заслужил признание в 16-летнем возрасте, став участником популярной фьюжн-банды Tasavallan Presidentti. Затем была гостевая деятельность в набирающем обороты арт-ансамбле Wigwam. А после - весьма удачная сольная карьера, позволившая амбициозному парню раскрыться в качестве многогранного композитора и исполнителя. Коллег по цеху Юкка подбирал крайне тщательно. Сперва попутчиками в его музыкальных странствиях являлись исключительно финские инструменталисты. Однако к марту 1977 года ситуация изменилась: бэнд маэстро Толонена приобрел интернациональный окрас. За ударной установкой воцарился темнокожий афроамериканец Билл Карсон, альт-, тенор- и сопрано-саксофонами завладел швед Кристер Эклунд. Шести- и двенадцатиструнные электроакустические агрегаты поделил на пару с мастермайндом румын Костэ Апетреа, уже успевший наделать шуму в составе культовых скандинавских прог-балагуров Samla Mammas Manna. И лишь клавишник Эса Котиляйнен да басист Илкка Хански, будучи одного роду-племени с командором, не позволили окончательно превратить их маленькое предприятие в нечто под соусом "multi-national". Но довольно пустопорожних фраз, поговорим непосредственно о пластинке.
1) Заглавный номер - натуральный образец коллективного творчества. Вещь, к сочинению которой приложили руку все члены группы, вышла полифонически-драйвовой, с цепкими грувами ритм-секции, разливистыми партиями органа и синтезатора Муга, бесподобными гитарными "хуками" и зигзагообразными соло, цементированными слоями духовых... В общем, чистый смак, да и только. 2) "Punks!", несмотря на название, представляет собой прекрасный образчик теплого озорного фанк-рока. Звуковое поле подвергается риффовым струнным наскокам и энергичной напористой атаке со стороны саксофона, бьющего точно в цель. 3) Лирическая пастораль "Tanja" соединяет в себе проклассическую и фольклорную линии, сходящиеся в ажурных акустических переборах. 4) "Phantastes" - прекрасный мелодический арт-фьюжн, своеобразный привет во времени для Дана Ар Браза, который придет к подобным мотивам через четверть века. 5) В "Air Rock" намешано всего понемногу, охарактеризовать коротко не получится. Целостность же соблюдается за счет элегического настроения, заложенного в фундаменте трека. 6) "Dimitri" - бенефис молчаливо-улыбчивого Костэ, плетущего замысловатые кружева в центральной части (естественно, при внушительной поддержке Юкки). 7) Замыкающая 8,5-минутная конструкция "What Went Wrong" - единственный вокалосодержащий опус на альбоме. Спокойно-рассудительные интонации голоса Билла Карсона, сопровождаемые прозрачным и вместе с тем насыщенным аккомпанементом реанимируют в памяти творения ранних Wigwam. Отличная кода поистине замечательного релиза, неустаревшего по сию пору. Советую приобщиться.

1 июн. 2009 г.

Urban Turban "Overtime" (1996)

Состояние эксперимента для Петера Брюнгельссона - дело привычное. Этим он успешно занимался в рядах Ragnarök, параллельно чудачил в банде Kung Tung, а позднее создал проект Triangulus, в котором продолжил творческие опыты с музыкальной формой. Urban Turban - новая веха в карьере Петера, не имеющая практически ничего общего с канонами классического арт-рока. Своеобразный культурный срез на стыке жанров: этнического мелоса Малой Азии, ортодоксального блюза и прогрессива. Об этнике Брюнгельссон всерьез задумался после встречи с турецким исполнителем на зурне по имени Зия Айтекин. Жаркие ближневосточные мотивы покорили сердце сурового шведского дядьки. Что касается блюзов, то ими маэстро увлекался с детства, ну, а прог-рок - его любимая среда обитания. Заручившись согласием Айтекина, Петер озадачился поиском соратников, и довольно скоро сводный мини-оркестр Urban Turban, включающий арфиста, перкуссионистов, кларнетиста, скрипачку, аккордеониста, стикиста и вокалиста, приступил к действию. Затейнику мероприятия, помимо обычных гитары, клавишных и мандолины, пришлось освоить столь необычные для северян инструменты, как кумбуз и бузуки. И, судя по записи, с этим он вполне справился.
Идейное сочетание разнополярных элементов породило в итоге уникальный и гармоничный сплав. Конечно, многое тут зависело от индивидуальных талантов собравшихся; каждый из музыкантов привнес в общую саунд-копилку что-то свое. Но главный козырь "Overtime" - композиторский дар Петера Брюнгельссона. Архаичные микрохроматические интервалы и лады, берущие начало в знойных песчаных пустынях, естественным манером состыковались с пентатоникой, попутно принарядившись в проговые кружевные аранжировки. Помимо свежеиспеченных авторских вещей мастермайнд ансамбля решил использовать несколько песен почтенного патриарха британского блюза Джона Мейолла. Однако после произведенной над ними по-мичурински изощренной селекции сочинения эти обрели совершенно особенный вид, свойственный лишь диковинным сортам, идущим с наклейкой Urban Turban.
Выход диска сопровождался шумихой в скандинавской прессе. Обозреватели шведских таблоидов типа "Göteborg Tidningen" и "Arbeterblader" не скупились на похвалы, называя "Overtime" одним из лучших альбомов года, "гигантским культурным взрывом" да и "просто отличной штуковиной". Что ж, каждый из них по-своему прав. Не верите? Тогда послушайте и убедитесь сами.

27 мая 2009 г.

Kosmos "Polku" (2007)

В переводе на русский короткое финское слово "polku" означает "путь". И это довольно точно отражает суть второго альбома ребят из города Турку. Музыкальное странствие "космонавтов" по-своему весьма занимательно. Начав его в составе команды Viima, секстет из Суоми с каждым шагом все более отдалялся от прог-рока классического европейского образца в сторону народных мотивов озерного северного края, не отказываясь при этом от электрического аналогового инструментария. Живительная сила нестареющих лапландских напевов - вот источник вдохновения для скромных скандинавских арт-рокеров. Данная программа служит естественным продолжением предыдущего диска "Tarinoita Voimasta" (2005). За два года в рядах Kosmos свершились отдельные изменения, но основные действующие лица уцелели. Как и прежде, голосом ансамбля является фолк-дива Пяйви Килмянен. Ее очаровательный вокал под акустический аккомпанемент в инстроспективном треке "Polku I" задает тон всей пластинке. Эстафету подхватывают сопровождающие леди Пяйви мужчины: Киммо Ляхтинмяки - ударные, орган, пиано, меллотрон, синтезатор; Яапо Хилениус - гитара, конги; Исмо Вирта - гитара, орган, меллотрон, синтезатор; Кари Вайнионпяа - гитара, бас; Олли Валтонен - терменвокс, перкуссия. Помогают им приглашенные скрипач Юкка Аалтонен и мастерица игры на духовых Паулиина Исомяки. Что же выдает нам в итоге столь дивное содружество исполнителей? Чарующее полотно концептуального толка, хронометраж которого до обидного невелик: всего-то тридцать восемь минут. Впрочем, оно - мелочь, ибо музыка превыше всяческих похвал. Пресловутый нордический минор тотально царит в каждой из композиций. Но - парадокс - нет в нем депрессивного мрака и смурной осенней тяжести. Прозрачный "серебристый" тембр певицы придает содержимому треков легкий сказочный флер. Неторопливая ритмика подчеркивает балладно-былинную сущность творчества Kosmos, близость к корням. Роковых красок здесь поменьше, нежели в дебюте, но в плане драматургии, умелого развертывания интриги "Polku", пожалуй, даст фору многим. Послушайте, к примеру, пьесу "Eksyin" с ее темнеющими на горизонте меллотроновыми кущами, напряженными гитарными переборами, вкрадчивой флейтой и печальным хоралом Пяйви Килмянен: чистой воды звуковой триллер. Любителям пощекотать нервы стоит также обратить пристальное внимание на вполне невинный с виду номер "Ouija": по интонационному строю вроде бы колыбельная, однако же призрачные саунд-эффекты, нагнетаемые маэстро Вялтоненом, заставляют держать ухо востро; не иначе, перед написанием опуса участники коллектива в массовом порядке приобщались к наследию дядюшки Хичкока. Впрочем, мечтательно-лирическая вещица "Nuoruus" сглаживает остроту впечатления, уводя нас в абсолютно иную плоскость, к чертогам гармонии и света...
Резюмирую: замечательный, оригинальный, по-настоящему колоритный релиз. Очень рекомендую.

25 мая 2009 г.

David Lanz "The Symphonic Sessions" (2003)

Вздумай он писать мемуары, ручаюсь, чтиво вышло бы увлекательное. И название у них наверняка было бы благопристойно-пафосное, что-нибудь вроде "Моя жизнь в искусстве" (незримый реверанс великому Станиславскому). Однако в свои пятьдесят восемь маэстро далек от подобной мысли. Да и не мудрено, ведь призвание его - музыка.
Дэвид Ланц - один из наиболее почитаемых американских композиторов/исполнителей в стиле "нью эйдж". Но сводить творчество артиста лишь к приятственным сладким мелодиям в корне неверно. Вехи биографии этого уроженца Сиэттла куда интереснее и шире, чем может показаться непосвященному. В середине шестидесятых Дэвида неудержимо влекло к рок-н-роллам и блюзам. Именно такой игровой манеры придерживалась его первая команда The Towne Cryers. Затем настал черед прото-прогрессива, которым Ланц занялся в составе канадского ансамбля Brahman (любопытно, что доверили ему не клавишные, а бас-гитару). Ну, а дальше наш герой увлекся музыкальными экспериментами, призванными способствовать открытию у слушателя естественных энергетических каналов, записал серию фортепианных альбомов, снискавших успех у определенной части аудитории. Имя его сделалось известным публике, волной пошли выступления по городам и весям. Но и в текучей череде нью-эйджевых будней находилось время для весьма любопытных затей: (например, сотрудничества с гитаристом Полом Спиром, результатом коего явились три пластинки своеобразного пейзажного софт-арта). Словом, не все так просто в карьере этого достопочтенного джентльмена. И "Symphonic Sessions" - еще один занимательный штрих к портрету Мастера.
Этот концерт для фортепиано и группы с оркестром по сути свел воедино три стихии, пленяющие Ланца и ранее: всеобъемлющий симфонизм, тонкую пианистическую элегийность и ритмические рок-отголоски. Программа содержит преимущественно авторские вещи самого Дэвида, аранжированные по законам означенных жанров. Впрочем, открываются сессии посвящением первопроходцам - культовым англичанам The Moody Blues, подарившим миру бессмертную "Nights in White Satin". Последующими опусами (очаровательным красочным "Sitting in an English Garden" и особенно разнокалиберно-мощным "Vesuvius") мистер Ланц демонстрирует сверкающие грани композиторского таланта (черт подери, а ведь мог бы запросто работать в симфо-проговом ключе!). Лирико-драматический этюд "Prelude - The Approaching Night" - серьезная заявка на классику, в то время, как его логическое продолжение - "Nocturne" - невероятно образное полотно саундтрекового толка. Центральная часть диска - два камерно-нью-эйджевых номера ("Cristofori's Dream", "Water from the Moon"), зафиксированных в момент живого перформанса Дэвида. Бетховеновскими интонациями веет от нестандартной интерпретации знаменитой битловской "Girl". В пьесе "Where the Tall Tree Grows" преобладает сильное натурфилософское начало. Замыкает действо трехчастная инструментальная поэма "The Skyline Firedance Suite" - апофеоз творческих амбиций мессира Ланца. Впечатляюще красивая, виртуозная, не лишенная глубины фреска.
Итог: изысканно-утонченный релиз, отличный повод немного отдохнуть от неуемных проговых сложностей. Наслаждайтесь.

19 мая 2009 г.

Narrow Pass "In This World and Beyond" (2009)

Представители итальянского арт-рока снова в деле. Факт отрадный, поскольку дебютное творение Narrow Pass "A Room of Fairy Queen's" (2006) - чистый образец редкостной элегантности. Пресытившись чертогами королевы эльфов, доблестный синьор Марко Монтоббио (гитары, гитарный синтезатор, клавишные, перкуссия) решил абстрагироваться от душных рамок этого мира и отправился за кромку горизонта, туда, где простирается могучая бездна вневременья. Компанию ему составили верные соратники: вокалисты Валерия Каучино и Алессандро Корвалья, басист Роберто Коста и легендарный ветеран-духовик Эдмондо Романо. Помимо проверенных бойцов Марко привлек к делу новобранцев - ударников Андре Беккаро и Андре Орландо, флейтиста/саксофониста Сандро Маринони, пианистку Элизу Монтальдо и скрипача Вито Дентамаро. В общем, солидные собрались люди. И надо признаться, не зря собрались.
С первого же трека "In This World And Beyond / Just For You " слушателя погружают в романтическую атмосферу: шум прибоя, акустическая гитара, прекрасные женские хоралы... Чувствуется, что маэстро Монтоббио весьма по душе подобные элегические этюды. Не соблазняясь закрученной "прогрессивностью", Марко творит музыку, которая у него получается лучше всего - мелодичную, воздушную, по-хэккеттовски изящную, приправленную оттенком пасторальности. Тонкие переходы от чувственной земной красоты к таинственной грусти далеких небес подчеркивают фэнтезийность происходящего. В инструментале "Beyond" нас поджидают плавные гармонии клавишных и электрогитары, элементы фолка и не утруждающая излишней смысловой нагрузкой звуковая безбрежность. Эпическая поэма "Silver Lady" - это прежде всего чарующая магия старинных ирландских напевов, растворенных в светлой арт-роковой палитре, тогда как двойная связка "Somewhere By The Sea / Timeless" по своим игровым характеристикам напоминает славных предшественников Narrow Pass - ансамбль Eris Pluvia: гитарно-саксофонные дуэли, ударные пассажи маскирующегося под орган синтезатора, искрящиеся электронные переливы... В "Heaven's Crying" имеют место флойдоподобные астральные соло и космический флер, свойственный ранним Ayreon + прочувствованные певческие партии (невесомое сопрано Валерии и коллинзовские интонации Алессандро); шикарная спейс-симфоническая пьеса. "In Your Eyes" - прозрачный лирический вояж на крыльях теплого бриза, отголоски которого проникают в самое сердце. Ну, и наконец финальный 9-минутный опус "Flying From Ireland" - квинтэссенция мечты, ожившее сновидение, пропитанное колдовским ароматом древности.
Итог: великолепная работа, предназначенная в первую голову тем, кто не утратил веру в чудеса. Рекомендую.

16 мая 2009 г.

Fantasmagoria "Day and Night" (2009)

"Скрипичный прогрессив" - оттиснуто мелким шрифтом под шапкой Fantasmagoria. И это как нельзя лучше характеризует музыкальную направленность коллектива. У руля инструментального квинтета из Страны Восходящего Солнца стоит хрупкая девушка Мики Фуджимото. Выпускница консерватории г. Сан-Франциско (США) и престижной испанской Escuela Superior de Musica Reina Sofia, она и по возвращении на родину продолжала неустанно совершенствоваться, постигая искусство композиции и премудрости джазовой гармонии в школе Пан. Здесь же произошла судьбоносная встреча с будущими коллегами по ансамблю. Помимо Мики (скрипка), в состав Fantasmagoria вошли гитарист Юнпей Озаки, клавишник Рюичи Одани, басист Наоки Китао и ударник Масатака Сува. Благодаря активной концертной деятельности и участию в международных прог-фестивалях арт-роковая артель во главе с Фуджимото-сан приобрела известность за пределами Японии. Впору было задуматься об альбоме...
Дебютное собрание демо-записей Fantasmagoria под названием "Energetic Live" было выпущено еще в сентябре 2004 года. Но полноценный релиз "Day and Night" увидел свет лишь в марте 2009: сказалась сильная гастрольная занятость ребят. Основа программы - проверенные временем композиции, неоднократно исполнявшиеся музыкантами со сцены. Центральный образ миниатюрной азиатки со скрипкой в руках, конечно, не нов: достаточно вспомнить всемирно популярную артистку Ванессу Мэй. Однако мелодические структуры Фантасмагории лежат в абсолютно иной плоскости. Несмотря на разницу во вкусах ведущих композиторов команды (если у Мики в фаворитах числятся Asturias и Dream Theater, то маэстро Озаки обожает Red Hot Chili Peppers, Aerosmith и Элвиса Костелло), сотканные ими звуковые полотна выдержаны в предельно целостной гамме. Классические интро, построенные на мотивах барокко (скрипичные соло в обрамлении имитирующих клавесинный саунд синтезаторных партий), сменяются насыщенным и напористым симфоническим прогрессив-роком. Блестящее комплексное образование Фуджимото позволяет ей без особого труда сочетать в собственных произведениях фольклорные традиции народностей Северной Европы, замысловатые джазовые экзерсисы, крепчайший фьюжн в духе The Mahavishnu Orchestra и многое другое. Варьирование темпа в сочинениях осуществляется с поистине восточной скрупулезной изощренностью, и не последнюю роль здесь играет невероятная ритм-секция: мощнейшие басовые линии подчеркиваются отточенным пунктиром ударных (наиболее показателен в техническом отношении головоломный номер "MNK"). Порою японцы обращаются к лирическим темам ("The Sparrow"), одновременно несущим в себе нечто умозрительно-таинственное. Но мечтательным рефлексиям в канве их сочинений отводится самое скромное место...
Словом, наикрутейший, многоступенчатый, профессионально воплощенный материал, рассчитанный на серьезного слушателя. Рекомендую подкованным меломанам со стажем.

12 мая 2009 г.

Jade Warrior "NOW" (2008)

Этого часа фэны Jade Warrior ждали долгих десять лет. Именно столько времени прошло с момента издания альбома "Fifth Element" (хотя в хронологическом отношении оно вряд ли правильно, ведь сам материал был записан еще в 1973 году). Конечно, все кругом понимали: после кончины гитариста Тони Дьюига прежних JW больше не будет. Однако надежда на чудо теплилась. И вот заветный миг наступил, легенда ожила в новом качестве. Во главе с неизменным Джоном Филдом (флейты, перкуссия, клавиши), с Глином Ховардом (гитара) на вокале (и это спустя тридцать пять (!) лет после его последнего выступления в составе Нефритового Воина), с удивительным Дэйвом Стюртом в роли басиста и клавишника. Довольно странно, что маэстро Филд не привлек к делу другого ветерана - Дэвида Дьюига. Но, видимо, творческие разногласия удержали его от альянса с лидером Dogstar Poets - своеобразной вариации на тему JW образца 2002 г. Как бы то ни было, а в процессе сотворения "NOW" дефицита в помощниках Джон не испытывал. Аккомпанировать вышеозначенной троице вызвались известный сессионный саксофонист Тео Трэвис, гитарист Тим Стоунз, пианист Крис Ингэм и ударник Джефф Дэвенпорт. Плюс еще пятерка гостей, имена которых в целях экономии места оглашать не станем. Итак, что же предложили Jade Warrior на сей раз? Ни много, ни мало - заглянуть в прошлое сквозь ультрамодные окуляры Миллениума. Эти убеленные сединами, разменявшие седьмой десяток корифеи точно найденной интонацией и поразительными по свежести инструментальными средствами сводят на нет притязания нынешних нео-психоделистов. Филд, дай ему Боже долгих лет жизни, оказался прозорливее и на пару порядков прогрессивнее многих и многих, действующих сегодня артистов интеллектуальных жанров. Его флейта, то мечтательно-нежная, то пронзительно-тревожная плавно реет в поистине колдовской атмосфере звуковых полей (Дэйв Стюрт, серьезно взявшись за саундскейповую часть, проявил себя натуральным кудесником). Обманчиво тихие сказки-размышления на протяжении первой половины программы убаюкивают, уносят в далекие заоблачные выси. Голос Ховарда, нарочито монотонный, бесстрастно ворожит в наушниках. Впрочем, внешняя невозмутимось - не более чем иллюзия; мастерская гипнотерапия от знатока смысловых нюансов, умело цепляющего слушателя на крючок. Стилистическая картина богата неожиданностями: в пространной транс-артовой пелене скользят строгие джазовые силуэты, клубятся на горизонте загадочные миражи извечно притягательного Востока. И в этой невесомой благодати мелькает призрак старорежимного блюза, пропущенный сквозь толщу цифровых примочек и кримзоидную хаотическую шизоидность. Переходы от возбужденно-маниакальных стенаний, пружиной закрученного драйва к тотальной расслабленности исполнены в высшей степени виртуозно. Ну а буйной фантазии сочинителей остается лишь позавидовать.
Итог: обожателям JW начала 1970-х - a must have. Тем, кто знаком преимущественно с безвокально-нью-эйджевым наследием команды, также советую приобщиться. Хотя бы для расширения кругозора.

10 мая 2009 г.

Asturias "Circle in the Forest" (1988)

Восьмидесятые, как известно, были не лучшим временем для художников звука. Тем более - эстетов со склонностью к импрессионизму. Расцвет и умирание диско, буйная поросль пригламуренных помп-металлических идолов, дикое нашествие сурового скандинавского тру-блэка... Если кому-то в этой кутерьме и оставалось дело до истинного искусства, то лишь немногочисленным артистам из разных уголков планеты. Одним из них являлся японский музыкант Йо Охаяма. В 1987 году этот двадцатипятилетний композитор, вдохновляемый ранним творчеством англичанина Майка Олдфилда, задумал воплотить в жизнь собственную арт-роковую сказку. Человек по натуре молчаливый, Йо изначально взял курс на сугубо инструментальный материал, справедливо рассудив, что музыке без слов легче будет пробиться сквозь международные языковые барьеры. В довольно короткие сроки маэстро Охаяма сочинил пять номеров, главный из которых - грандиозный эпик "Circle in the Forest" подарил название всему альбому.
Несмотря на тот факт, что Asturias - это по большому счету сам Йо (компьютерное программирование, синтезаторы, электрическая и акустическая гитары, бас, перкуссия), в записи ему помогали экс-участники симфо-прогового коллектива Shingetsu - гитарист Харухико Цуда и клавишник Акиро Ханамота. Драммером на пластинке стал Кацуми Сакураи, а в качестве специально приглашенных гостей отметились бэк-вокалистка Йоко Уено, гитарреро Хироши Очиаи и мастер "художественного стука" Хаджиме Такеуши, играющий на африканских барабанах. В столь теплой компании и был претворен в реальность "Circle in the Forest" - многослойный релиз, полный лирического пейзажного очарования и приправленный едва уловимым фэнтези-ароматом. В открывающей композиции "Ryu-Hyo" по воле мастермайнда проекта сталкиваются лбами камерный классицизм и светлый волшебный нью-эйдж. Надо сказать, что данная вещь стала знаковой для последующей реинкарнации Asturias (по прошествии лет Йо возродил ансамбль в акустическом формате и на миньоне 2005 г. "Birds Eye View" увековечил "Ryu-Hyo" в новой аранжировке). "Clairvoyance" - бодренький синти-прог, заряжающий оптимизмом и жаждой действия, по-хорошему контрастирующий с последующей, безумно красивой элегией в симфонических тонах "Angel Tree". "Tightrope" звучит как и положено мелодическому арт-року 1980-х - в пластмассово-поверхностном электронном ключе, но с живой и вполне адекватной ритм-секцией, мечтательно-рефлексивными вставками и весьма недурственной электрогитарой. Венец фантазии скромного японца, трек "Circle in the Forest" - прекрасная сюита, выражающая тонкую душевную организацию господина Охаямы, его типично восточную склонность к вдумчивой созерцательности и в то же время - стремление уравнять на чаше весов это тихое умозрительное состояние с игровым драйвом, присущим прогрессиву европейской школы.
Итог: замечательный экскурс в мир магического реализма Asturias. Рекомендуется поэтам, художникам, мыслителям и людям творческих профессий.

6 мая 2009 г.

Bonfire "Bonfire Goes Bananas" (1975)

Продюсерский проект Джона Д'Андреа, инструментальный квартет Bonfire организовался с целью занять почётное место ветеранов фламандского прога Focus.  По крайней мере, такую стратегию обозначило руководство голландского филиала концерна EMI.
Дошло до смешного: новоиспеченным "наследникам престола" передали часть оборудования старших товарищей вкупе с туровым автобусом команды Тийса ван Лира. Словом, ставки были сделаны, и теперь ребятам оставалось главное: оправдать доверие боссов. Мастермайндом ансамбля стал органист/духовик Франк Витте: именно ему Bonfire обязаны львиной долей материала со своей единственной пластинки. Шесть безвокальных треков (включая 19-минутный эпик) – вот итог коллективного напряжения сил. В плане композиционно-гармонического построения четверка исполнителей революции не произвела. Парни выдали тот продукт, который от них и ждали. И надо сказать, сработано оно на совесть. Конечно, до уровня грандов возвыситься им не удалось, но творческий замес из кентерберийского арта и симфонического прогрессива получился весьма недурен. Характерный (почти канонический) голландский саунд 1970-х заставляет вспомнить разом как уже упомянутых Focus, так и других монстров нидерландской школы – Supersister и Finch. В центре внимания – виртуозные клавишно-гитарные дуэли, оттеняемые ритмическими эскападами. Обильное использование Франком Fender Rhodes пиано и классического рояля Steinway придает драйвовым инструменталам группы обтекаемую мягкость звучания. Партии гитариста-флейтиста Эжена Ден Худа также исполнены плавности линий и без причины не режут слух. Даже в трехминутные этюды участники Bonfire умудряются впихнуть максимальное количество аранжировочных приемов, от чего любой короткий номер воспринимается здесь абсолютно законченной историей. Тематическое настроение варьируется от задорно-юморного до меланхолического. Есть и откровенные приколы в духе шведских абсурдистов Samla Mammas Manna (в этом отношении наиболее показательной является пьеса "Chinese in Europe (Part I)"). Включение в палитру духовых добавляет результату изысканной тонкости и своеобразного шарма. Любопытно, что мотивационные ходы замыкающего магнум-опуса "The Sage of the Running Nose" фрагментарно совпадают с пассажами из сюиты "Welcome to My Rock and Roll" немцев Inquire, записанной тридцать лет спустя.
В целом же изобретательные и комплексные игровые полотна Bonfire могут служить отличной иллюстрацией богатых возможностей прогрессивного рока для человека неискушенного и наверняка придутся по вкусу поклонникам искрящейся фантазией музыки а ля Greenslade, Camel и Happy The Man.