31 мая 2012 г.

Stevegane Project "When the Time is a Present" (2011)

До 2008 года французский композитор, мультиинструменталист и аранжировщик Паскаль Стевеган использовал собственные таланты во благо других артистов. Однако вечно так продолжаться не могло. И амбициозный музыкант принял решение основать one-man project имени себя. Сказано - сделано. Наступила крайне щепетильная для любого художника фаза поисков своего лица (а в случае Паскаля - оригинального звучания). Попутно месье Стевеган шаг за шагом выстраивал репертуар, с которым не стыдно было бы дебютировать в "большом роке". По прошествии трех лет ему наконец-то удалось добиться искомого...
"When the Time is a Present" - это четыре развернутых трека длиной от 12 до 22 минут + небольшая пьеса "Lady of the Lake". В подготовке и записи материала Паскаль сумел обойтись без посредников, самостоятельно отыграв партии гитар, баса, клавишных и запрограммировав должным образом ударные. В итоге получилось ровно то, к чему стремился маэстро: эпический астральный арт-рок инструментального плана, опирающийся на идейный базис как подвижников краут-электроники Tangerine Dream, так и на находки Pink Floyd классического периода вкупе с неопсиходелическими откровениями Porcupine Tree начала девяностых.
Открывается диск 18-минутной фреской "Through the Stones". Ее мозаичная структура зиждется на нескольких мелодических принципах. Если интродукция по формальным признакам уподобляется электрической космической раге, то основная часть - своеобразное признание в любви Дэйву Гилмору: характерные слайд-позывные, теплая пространная меланхолия и эпизодические прорывы в сферу позитивных эмоций, поданные сквозь призму струнно-синтезаторного прогрессорства. Тут стоит отметить любопытный факт: на страницах CD-вкладыша Паскаль в качестве главного источника вдохновения называет Ричи Блэкмора. Но вот уловить отголоски манеры лидера Blackmore's Night в творческой палитре французского многостаночника весьма затруднительно. Видно, не Блэкмором единым жив Стевеган. Ладно, вернемся к сути. Титульный мегакунштюк - подарок для тех, кто любит мотивные гитарные соло и риффы, вписанные в канву секвентивных клавишных оркестровок. Непрерывное ритмическое развертывание в духе репетитивной техники изначально протекает по руслу спейс-прога, дабы затем окраситься в колоритные хард-роковые оттенки. Довольно недурственная вещь, правда, кому-то покажется утомительной по причине гигантского хронометража. В пространстве композиции "The Green Eyes" флойдический космос наслаивается на симфонический нью-эйдж рисунок а ля Gandalf: в целом приятно и без претензий. "Lady of the Lake" - транс-минорная рок-элегия с выразительными рефлексивными пассажами лид-гитары. О сравнениях намеренно умолчу, хотя без них тут обойтись непросто; поймете сами, если дойдет очередь. Завершает картину полнометражное сочинение "Sly Return 11 March 2011", ни на йоту не отступающее от выбранной автором художественной эстетики; среднетемповый мечтательный трип за пределы галактики...
Резюмирую: добротная, со вкусом и настроением оформленная программа, вполне отвечающая кардинальному замыслу ее создателя - "способствовать погружению слушателя в глубины личных экзистенциальных переживаний". Советую ознакомиться.

29 мая 2012 г.

Forever Einstein "Artificial Horizon" (1990)

Говорить о них, опираясь исключительно на факты, - дело занудное, да и не шибко нужное. Ведь движущей силой Forever Einstein служит юмор. Пусть и тщательно скрываемый за непроницаемо серьезными лицами. Начать, впрочем, придется с эпизодов биографического плана: коллектив оформился в Коннектикуте в 1989 году. Отец-основатель - композитор Чарльз О'Мира, творящий под псевдонимом Чак Вртасек. Себя маэстро характеризует так: "Единственный в мире девятипалый прог-роковый гитарист с членством в Менса" (Менса - авторитетная организация, объединяющая людей с высоким коэффициентом интеллекта). У Чарльза действительно отсутствует фаланга указательного пальца на левой руке. Что, впрочем, не мешает ему оставаться мастером игры на гитаре, а также владеть и другими струнными инструментами. Сообщниками нашего героя в отправной момент деятельности являлись ударник Джон Рулат, успевший поработать с Ником Дидковским и Хью Хоппером, а также басист Марк Сичел. Исполнительская формула Forever Einstein, по версии зачинщика мероприятия, выглядит следующим образом: "немного сёрф-рокового раздолбайства, щепотка прогрессива в духе Кримзон, парочка хэви-металлических соло, легкий налет гитарного кантри, фрагментарное использование балканских мотивов; кое-что из раздела капризов в размере 5/4, плюс нечто неистовое на 7/8. Звуковые отсылки к шпионским боевикам, научно-фантастическим лентам и джазовым стандартам. Однако святая святых для Forever Einstein - песенная форма (куплет/припев) с упором на мелодию, гармонию и полиритмию". Разумеется, принимать подобное утверждение на веру следует осторожно. Музыкальные структуры FE декорированы весьма оригинально. Но, невзирая на многогранность и обширные стилевые наслоения, им нельзя отказать в сбалансированности всех элементов. И дебютная пластинка "Artificial Horizon" тому пример.
Альбом содержит семнадцать треков, ни один из которых не превышает пятиминутной отметки. При этом решающее значение отводится событийной насыщенности произведений. За три с небольшим минуты чистого времени участники ансамбля умудряются сказать много и по существу. Допустим, в пьесе "A Long Time Ago People Decided to Live on the Earth" находится место и для камерного болеро (мистер Вртасек умело распоряжается клавишными), и для фриппообразных запилов с перескоками в джазовую область. Из прочего хочется выделить прог-фьюжн этюд "Pays de Sauvages", в коем угадывается влияние не только франко-бельгийской, но скандинавской арт-школы; мощнейший номер "Women on the Move", где дисторшированный авант-хард-забой сменяется неоклассическим умиротворением; "Electric Pants", чьи коллизии напоминают ретро-творения ветеранов сцены The Ventures пополам с весельчаками из Red Elvises. Интересна в отношении архитектоники фреска "A Moral Dilemma For Our Times", оставляющая по себе ощущение неразгаданной интриги. "Neurotica Kon Tiki" и вовсе открывается как сугубо импрессионистский пианистический эскиз, а затем преображается в остросюжетную авангардную головоломку...
Можно бесконечно долго живописать подробности каждой из глав программы. Но лучше все же послушать "Artificial Horizon" и оценить по достоинству мастерство и завидную изобретательность его создателей.

27 мая 2012 г.

Al Stewart "Past, Present and Future" (1974)

"Я повидал разных исполнителей, комбинирующих рок-музыку с видеопроекциями, световыми шоу и прочими штуками, но не многие додумывались сочетать этот вид творчества с историко-литературным подтекстом." Что ж, по-своему Эл Стюарт прав. Подавляющее количество лирики в рок-н-ролле действительно базируется на весьма примитивных мотивах. Однако к нашему герою это не относится. Он - из породы духовных аристократов, знающих цену слову и точно найденной интонации.
Пластинка "Past, Present and Future" - переломный этап в дискографии Стюарта. После четырех альбомов, составивших маэстро славу одного из ведущих британских рок-бардов, Эл внезапно ощутил настоятельную потребность в перемене курса. Его новый материал не имел ничего общего с привычными фолк-песнями любовного плана. Свежие идеи несли в себе мощный драматический заряд, содержали философский взгляд на актуальные проблемы двадцатого (и не только) столетия. По сути коммерческим успехом здесь и не пахло. А ведь именно об этом пекутся руководители фирм-мэйджоров. И Стюарту, невзирая на собственную известность, было отнюдь не просто вести диалог с представителями крупных лейблов. "Помню, на Ар-Си-Эй один из сотрудников, улыбнувшись, спросил: "Ты полагаешь, что 8-минутным треком о вторжении в Россию сумеешь развлечь публику?". В итоге изданием диска занялась американская контора Janus Records. Лонгплей, вопреки предварительным прогнозам, пользовался спросом, поднявшись к лету 1974 года до 133-го места в чартах Billboard. Итак, "Past, Present and Future".
Для записи программы Стюарту удалось сколотить по-настоящему шикарную команду аккомпаниаторов. Рик Уэйкман (клавишные), Тим Ренвик (электрогитара), Би-Джей Коул (стил-гитара), Фрэнсис Монкмен (синтезатор Муга), Брюс Томас (бас), Джон Уилсон (ударные) - вот лишь часть из заявленных здесь имен. Струнно-духовой аранжемент обеспечивал матерый человечище Ричард Хьюсон. И, разумеется, не обошлось без верного соратника Эла - мультиинструменталиста Питера Уайта, ответственного за партии клавишных и аккордеона. Впрочем, центральным ядром всех событийных схем выступает уникальный мелодический язык автора, узнаваемый с первых тактов. Яркая комплексная палитра, чей неотъемлемый элемент - вкрадчиво-мягкий вокал Стюарта, сопровождает слушателя на всем протяжении действа. Безусловно, каждый из восьми номеров заслуживает внимания. Если же попытаться вычленить из них самые-самые, то картина выйдет примерно следующей: 1) вступительная пьеса "Old Admirals", воздающая почести британскому лорд-адмиралу времен I мировой войны Джону Фишеру; 2) ностальгический ритмичный этюд "Soho (Needless to Say)", сосредоточенный на жизненных наблюдениях Эла второй половины шестидесятых; 3) трагичная фреска "Roads to Moscow", посвященная начальному этапу Великой Отечественной (по признанию Стюарта, он запоем читал книги по русской и советской истории, включая мемуары; так что данное его сочинение - вещь в высшей степени осмысленная); 4) эпическое фольклорное полотно "Nostradamus", отсылающее к биографии знаменитого французского прорицателя. Что касается стилевой направленности релиза, то его фактура зиждется на гармоническом соединении традиционной сингер-сонграйтеровской акустики с изящным электрическим арт-наполнением и предельно аккуратной симфонической оркестровкой.
Резюмирую: существенная веха в наследии артиста, послужившая трамплином к созданию платиновой трилогии "Modern Times" (1975), "Year of the Cat" (1976) и "Time Passages" (1978).

25 мая 2012 г.

Room "Pre-Flight" (1970)

До 1969 года английский городок Блэнфорд Форум в графстве Дорсет обладал двумя достопримечательностями: зданиями ратуши Corn Exchange и собора святых Петра и Павла. Затем к ним прибавилась третья - квинтет Room. В означенный временной период группа, основанная бывшими школьными друзьями, умудрилась занять второе место на конкурсе молодых талантов, учрежденном газетой Melody Maker. Окрыленная успехом пятерка наведалась в студию Orange, где записала двухпесенную демо-пленку. Необычный стилевой синтез блюза, джаза, рока и классического симфонизма привлек внимание сотрудников компании Decca. С новичками заключили контракт, и закипела работа по созданию дебютной пластинки. Сыгранность юных бойцов из Room была такова, что, по воспоминаниям лид-гитариста Стива Эджа, большинство треков фиксировались ими с первого дубля. В итоге на базовый материал ушло два дня. Дальше началась аранжировочная страда с ее непростыми нюансами. К слову, от коллег из прото-прогрессивного лагеря наши герои отличались полнейшим отсутствием клавишных. Фактурные особенности композиций изначально выстраивались авторами с прицелом на включение струнной и духовой секций. Посему решающая фаза мультитрекингового сведения ожидалась ансамблистами с трепетом.
К великому сожалению, "Pre-Flight" - единственная позиция в дискографии Room. Неверие руководителей лейбла в этот проект поставило жирный крест на будущем коллектива. И, думается мне, совершенно напрасно, ибо творческое мышление ребят питалось крайне оригинальными идеями. Свидетельством тому - содержимое лонгплея.
"Открывашка" - 9-минутный титульный номер, условно состоящий из двух частей. Мудреные полифонические структуры мощно завернутого опуса сделали бы честь и маститым профессионалам. Чашечки субжанровых весов тут колеблются от психоделического фьюжн-рока до вставных симфонических инсталляций (в рекординг-сессиях был задействован оркестр из четырнадцати человек). Голос фронтвумен Джейн Кэверн далек от женственной нежности; окраска его несколько грубовата. Но при том кондициям подобного рода музыки он соответствует оптимально. Впрочем, подлинная стихия мисс Кэверн - блюз. И подтверждают сей факт вещь под названием "Where Did I Go Wrong?", а также задорная зарисовка "Big John Blues", в которой нет места для текста, но для вокализа - достаточно. Сюжет драматической фрески "No Warmth In My Life", сочиненной гитаристом Крисом Уильямсом при посредничестве Джейн, кочует из плоскости хард-психоделии в сферу акустического джаза - и обратно, попутно обрастая брасс-аранжементом. Замечательный этюд "Andromeda" - характерный пример раннего арта, настоянного на эстрадно-оркестровом ритм-энд-блюзе. А в качестве противовеса выступает вещица "War", нашпигованная вязкими тяжелыми риффами и сдвоенными соло. Наконец, двухчастный эпический финал "Cemetery Junction" - натуральный гитарно-филармонический прогрессив, воплощенный с талантом, мастерством и изобретательностью.
Резюмирую: превосходная находка для коллекционеров и ценителей британского прото-арта. Рекомендую.

23 мая 2012 г.

Khatsaturjan "Disconcerto Grosso" (2010)

Стратегия - великая вещь. А в том, что у финского квартета имени А.И. Хачатуряна она наличествует, сомневаться не приходится. За сравнительно недлинный отрезок времени эти парни сумели прочно застолбить собственную нишу в бескрайней галерее современного арт-рока, попутно выбившись в лидеры прогрессивной сцены Суоми. Наследуя идейным принципам золотых семидесятых, четверка под руководством Атте Курри (гитары, клавишные, вокал; единоличный автор лирики) проделала большой путь в поисках оригинального музыкального языка. И, кажется, не напрасно. Последней на сегодняшний день пластинкой ребята доказывают, что умеют не только остроумно играться словами (придумка с термином "дискончерто гроссо" - более чем удачный вариант), но и маневренно действовать на звуковом поле боя. В конечном счете, им действительно есть, что предложить слушателю.
Начало программы ("A Rhyme of a Dime") выполнено в смешанном англо-голландском прог-опереточном стиле. Ингредиенты: аналоговый инструментарий (баритональная хрипотца "Хаммонда", чистые классические тембры Rhodes Piano, солирующая в ретрообразном ключе гитара); дифферинцированные вокальные партии - от резковато-высоких в духе Макса Вернера (Kayak) и открытых пространных рефлексий а ля Энди Тиллисон (Po90, The Tangent) до замечательно выстроенных хоров (под Queen); плюс умеренный симфонизм, идеально сочетающийся с яркой эстетикой рок-театра. Трек "Reality Escapade Saga" переводит экспресс под логотипом Khatsaturjan на АОР-рельсы модернистского пошиба. Не самый приличный расклад для команды подобного калибра, впрочем, и пошлым его тоже не назовешь. Ну хочется северянам испытать себя в кросс-жанровом отношении, вот они и пробуют... И вновь лихой крен - на сей раз в сторону эпического арта. 18-минутное полотно "Herculean" дает нам примерное представление о том, что происходило в контексте заданного направления за минувшее двадцатилетие: тут и мечтательность ранних The Flower Kings, и неопроговые аттракционы Arena, и пиротехническое безумие Dream Theater, и многое другое. "Present Here and Now" напоминает вокальноориентированные опусы земляков Khatsaturjan из ансамбля Overhead: орган, синтезаторы, ритм-секция, хоралы и немного нервная атмосфера. Этюд "Dusk" - жуткая помесь драмы с откровенным водевилем; мелодические переходы оформлены интересно, а вот пение господина Курри оставляет желать лучшего. Комплексный артистический номер "Claims of 'No Can Do'" явно инспирирован Genesis, однако с истерическими речитативами мастермайнд Атте слегка перегибает палку и здесь (эх! найти бы им вокалиста адекватного...). Пролонгированная конструкция "The Tunnel" - эдакий strange mix из саунд-настроений 1990-х вкупе с оркестровыми "фишками" из арсенала дарк-прогеров (от декламаций под фоно и струнные веет манерным очарованием Devil Doll). На закуску - лирический набросок "Travels Led by Chance", уместно приправленный скрипкой и виолончелью.
Резюмирую: добротный релиз со своими достоинствами и недостатками, вполне заслуживающий ознакомления.

21 мая 2012 г.

Julverne "Coulonneux" (1979)

Если островной Британской империи выпала честь стать непосредственной прародительницей прогрессивного рока, то привить слушателю вкус к академическим проявлениям жанра взяла на себя труд старушка-Бельгия. Одним из проводников столь высокой миссии на территории этого небольшого государства являлся камерный ансамбль Julverne. Согласно хронологической справке, коллектив оформился в Брюсселе в 1973 г. На год раньше, чем их прославленные антиподы Univers Zéro. Последним, правда, быстрее удалось запуститься с дебютным альбомом (1977 г.). Но и тут все относительно, поскольку участники Julverne параллельно были задействованы в массе иных проектов. Ключевыми игроками группы с момента основания являлись четверо: Пьер Кулон (флейта), Жан-Поль Лоран (фортепиано, флейта), Жанно Жиль (скрипка, труба, туба) и Мишель Дайе (гитара). Справедливости ради стоит отметить, что изначально ребята творили под вывеской Les Coulonneux. Так, в 1975 г. они полным составом аккомпанировали бельгийскому поп-шансонье Жофруа (Jofroi) на записи его сольной программы "Changer De Pays". А парой лет позже троица инструменталистов (за исключением гитарреро Дайе) в альянсе с иными артистами реализовала под именем Nuit Câline à la Villa Mon Rêve диск "Juillet 1977". В процессе работы над ним Пьер, Жанно и Жан-Поль познакомились с виолончелистом Дени Ван Гекке, чьими услугами воспользовались при подготовке первого лонгплея Julverne. В числе вовлеченных в совместную деятельность профессионалов засветились также джазовый трубач Ришар Руссле из команды Placebo, скрипачка Анн Дени и мастер по части духовых Жан Кулон (тромбон, геликон).
В собственных звуковых опытах члены квартета выглядели абсолютной противоположностью соотечественникам из Univers Zéro. Там, где бойцы под управлением Даниэля Дени сеяли страх и наводили мрачные тени, бригада Пьера Кулона погружалась в светоносные пасторали или же принималась ткать изысканные саунд-гобелены импрессионистического типа. Другой немаловажный фактор: при воссоздании оригинальной саунд-реальности музыканты Julverne старались опираться на мелодию. Это заметно и по вступительной рефлексивной фреске "Le Fils du Roy est névrosé", и по структуре превосходной элегийной пьесы "Franklin Prend Son Thé Chaud". Конечно, авангардные детали в конструкциях бэнда присутствуют. Но и они, по воле авторской мысли, вынуждены подчиняться упорядоченным мотивам неоклассического симфонизма (в качестве примера приведу "Joyeux Noël, Cap'tain Nemo!", где хаотично-штурмовой натиск струнных по мере движения растворяется в меланхоличных декорациях; а уж пролонгированный опус "'t Kofship" с его постоянно меняющейся ритмикой и вовсе следует занести в эталонные модели бельгийского авант-прога). Богатство фактуры и ветвистые гармонические построения ("Savez-Vous Planter Du Chanvre?", "Communiqué Gouvernemental") красноречиво свидетельствуют о консерваторском прошлом исполнителей. Отличительной чертой Julverne можно назвать и своеобразную композиционную контрастность, выраженную в переходах от сложного тонального синтеза к кинематографически яркой, сдобренной лукавым юмором палитре ("Prout de Mammouth"). При этом ансамблисты не лишены мечтательности, тяготеющей к условно фольклорной тонике ("Trois trois deux"), хотя и опять же - с авангардным оттенком.
Резюмирую: крайне изобретательный и зрелый релиз, рассчитанный на поклонников серьезной музыки.

19 мая 2012 г.

Stackridge "Extravaganza" (1975)

Кризис - штука коварная. Он подкрадывается в самый неподходящий момент. И уж совсем невыносимо, когда подобное состояние застает тебя на гребне творческой волны, в момент законного ожидания успеха... Как это ни прискорбно, но замечательный альбом "The Man in the Bowler Hat" (1974), на который Stackridge делали ставку, прогорел в коммерческом плане. Продюсер Джордж Мартин, скрепя сердце, был вынужден распрощаться с подопечными. Вдобавок ко всему, наметился разлад внутри группы. Поначалу взбрыкнул и укатил в родной Сомерсет флейтист/вокалист Майкл 'Муттер' Слейтер. Потом, правда, одумался и вернулся. Однако наметившуюся тенденцию уже было не остановить. Удалились восвояси сооснователи команды Джеймс Уоррен (гитара, клавишные, вокал) и Джим 'Крюн' Уолтер (бас). Причем, оба "ушельца" задумывали реинкарнацию Stackridge на качественно ином уровне - в духе проекта Фрэнка Заппы. Бог ведает, что могло бы из этого получиться, но ведь и факт существования их прежней альма-матер никто не отменял. Да, бригада продолжала жить и функционировать. Роль мастермайнда примерил на себя верный соавтор Уоррена Энди Дэвис (гитара, вокал, меллотрон). Скрипач Майк Эванс до того, как последовать примеру вышеозначенных товарищей, успел записать партии струнных для новой пьесы "The Volunteer". Активно поддерживаемый Слейтером, Дэвис занялся подбором кадров. В итоге на место басиста удалось заполучить Пола Караса, отработавшего сезон в Rare Bird. Последний привел с собой за компанию ударника Роя Моргана (дуэт Adrian Baker/Roy Morgan). Органистом стал профессиональный сессионщик Род Баукетт, а в духовики позвали Кита Геммелла из арт-фолковой формации Audience. Результат их совместных исканий вылился в пластинку "Extravaganza", изданную в январе 1975 года собственным лейблом Элтона Джона Rocket Records. Продюсировал материал легендарный клавишник Тони Эштон (Ashton & Lord, Ashton, Gardner & Dyke).
Новое лицо Stackridge на поверку оказалось вполне симпатичным. Ироничное, припудренное битловскими интонациями ретро-звучание вступительной вещи "Spin Round the Room" пропитано неувядающим оптимизмом. "Grease Paint Smiles" - добротно аранжированный поп-рок, максимально пригодный для концертных выступлений. В упомянутой ранее "The Volunteer", наряду с обильной оркестровкой, фрагментарно используются вокальные хоровые гармонии а ля Queen. "Highbury Incident" - что тут скажешь... Так, возможно, играли бы и пели The Beatles, доживи они до середины семидесятых. Типично английскими чертами отмечены абсурдистский этюд "Benjamin's Giant Onion" и саркастическая зарисовка "Happy in the Lord". В инструментальном сочинении "Rufus T. Firefly" Stackridge демонстрируют недюжинное мастерство, легко расправляясь с прогрессивными рок-пируэтами. Драматичный блюз-арт "No Ones More Important Than The Earthworm" подарил коллективу Гордон Хаскелл (ex-King Crimson). И, надо заметить, невзирая на инородную стилевую природу, полотно без проблем пришвартовалось к остальным трекам. Финальная часть программы отдана на откуп полифоническим бессловесным произведениям "Pocket Billiards" и "Who's That Up There With Bill Stokes?", преисполненным полета фантазии и мощной животворящей энергии.
Резюмирую: прекрасный релиз, воплощенный с остроумием, блеском и отменным чувством мелодии. Пропускать не советую.

17 мая 2012 г.

Univers Zero "Ceux du Dehors" (1981)

В ряду классических работ уникального бельгийского бэнда пластинка "Ceux du Dehors" держится особняком. Предшествующие альбомы, при всей своей камерности, давили на психику избыточной мрачной атмосферой, искусно стимулировали внутреннее напряжение и невольно будили у слушателя ощущение первобытного животного страха. Здесь же дело обстоит иначе. Не то чтобы мастера персонифицированного ужаса напрочь избавились от подспудного желания пощекотать нервишки аудитории. Однако с уходом гитариста Роже Триго и появлением в команде органиста/аранжировщика Энди Кирка музыка Univers Zero сделала шаг навстречу мелодизму. Маэстро Кирк мгновенно включился в композиционный процесс, единолично изваяв монументальный эпик "Combat". И этим заслужил расположение лидера UZ Даниэля Дени.
Материал "Ceux du Dehors" записывался в интервале с марта 1980 г. по январь 1981 г. на студиях Швейцарии и Бельгии. Действующий состав ансамбля на тот период выглядел так: Мишель Беркман - гобой, фагот, английский рожок; Даниэль Дени - ударные, перкуссия, фисгармония, голос; Патрик Анаппье - альт, скрипка; Энди Кирк - клавишные; Ги Сегер - бас, кларнет, голос. Внешнее преобладание классического инструментария - отвлекающий маневр, призванный усыпить бдительность меломана. Ибо, невзирая на отсутствие электрогитары, густо перченые творческие опыты UZ способны встряхнуть кого угодно. Доказательством тому - вступительный номер "Dense". 12-минутная конструкция, оформленная Даниэлем, стартует с места в карьер. Головоломные ритмические прогрессии, черпающие свое начало в фьюжн-роке, теснейшим образом сопрягаются с массированной полифонической атакой струнных и духовых (сказалось увлечение мастермайнда наследием Стравинского, Вареза и Пендерецкого), поддерживаются мощными фортепианными аккордами и перемежаются рассудочными моментами затишья перед бурей, когда чистая рефлексия берет верх над необоснованной яростью, а к скрипично-гобойным тембрам примешиваются настойчивые позывные фисгармонии, орган и меллотрон. Своеобразие трека "La Corne Du Bois Des Pendus" непосредственно вытекает из его архитектоники: вещь, по формальным признакам представляющая собой болеро, по сути производит эффект мессы. Тут, конечно, стоит поблагодарить звукоинженеров Этьена Коно и Робеля Вожеля, добавивших в миксе заранее фиксированные на пленку голоса детского хора, а также Эрика Фа, запечатлевшего саунд соборного органа в брюссельской церкви Святого Иакова. "Bonjour Chez Vous" - эталонный пример игрового авант-прога с ведущей партией скрипки от Жан-Люка Эма. Почти 13-минутный опус "Combat", принадлежащий перу новобранца Кирка, демонстрирует блистательное оркестровое мышление сочинителя, сумевшего столь ярко раскрыть тему противоборства сил света и тьмы. Основанная на мотивах рассказа Г.Ф. Лавкрафта массовая импровизация "La Musique D'Erich Zann" движется по несколько хаотичному, но все же просчитанному заранее РИО-маршруту, постепенно сгущая флер легкого сумасбродства до состояния тотальной шизоидности. Величественный дарк-авангардный эскиз "La Tête Du Corbeau" отмечен присутствием виолончелиста Тьерри Забойцеффа (Art Zoyd), идеально вписавшегося в общую схему. Замыкает программу совместный этюд Дени и Кирка под названием "Triomphe Des Mouches", который, при наличии фантазии, можно охарактеризовать термином "industrial chamber rock".
Резюмирую: весьма неординарный релиз, предназначенный эстетствующим любителям оригинальных художественных актов. Рекомендую.

16 мая 2012 г.

Greenslade "Greenslade" (1973)

Квартет Greenslade появился на британской рок-сцене в самую горячую для прогрессива пору. Шел 1972 год. Незадолго до этого прекратил существование замечательный блюз-артовый состав Colosseum. И оставшийся не у дел органист Дэйв Гринслейд задумал сколотить собственный ансамбль. Позвал старого приятеля Тони Ривза (бас), игравшего с Майком Тейлором, Джоном Мейоллом и теми же Colosseum. Пригласил опытного клавишника Дэйва Лоусона, известного многим по участию в оригинальных джаз-проговых коллективах Samurai и The Web. Плюс рекрутировал маститого ударника Эндрю МакКаллоха, чей послужной список украшали имена вроде Crazy World of Arthur Brown, Fields и King Crimson. И, как говаривал идеолог советской перестройки, "процесс пошел". С репертуаром проблем не возникло. Все четверо являлись людьми в высшей степени креативными, так что материал создавался споро. Профессиональными дебютантами заинтересовались представители крупнейшей корпорации Warner Bros. Records. Был заключен взаимовыгодный контракт с лейблом, и уже в декабре 1972 года вся студийная работа над первым лонгплеем группы завершилась полностью. Через несколько месяцев винил, оформленный легендарным ныне художником Роджером Дином, поступил в продажу...
Фактическое отсутствие соло-гитары в арсенале команды обусловило мягкость и "округлость" звучания Greenslade. При этом скорости и драйва на пластинке предостаточно. К примеру, вступительная пьеса "Feathered Friends" открывается яркими органными пассажами мастермайнда, идущими в связке с техничной ритм-секцией и зажигательными фортепианными аккордами а ля буги-вуги. Настроение вещи меняется неоднократно - от мелодичного лиризма до эмоционального надрыва; кстати, в этой своей ипостаси ребята напоминают других талантливых англичан - Rare Bird (пользуясь случаем, отмечу своеобразие вокальных данных Лоусона: голос его хорош в мечтательно-рефлексивных эпизодах, а вот в верхнем регистре воспринимается проблемно из-за резковато-истеричных ноток). Стилевой спектр отличается широтой охвата - от боевых и задорных рок-тенденций до внушительного симфонизма (активно задействован меллотрон). Исключительные игровые навыки собравшихся раскрываются в сугубо инструментальных треках; таковых на диске три ("An English Western", "Melange", "Sundance"). Здесь-то и проявляется в должной мере неуемная фантазия Гринслейда, его редкостное умение выстраивать по-настоящему увлекательные, событийно богатые и щедрые по фактурной окраске номера. Впрочем, и текстосодержащие полотна ничуть не хуже. Достаточно прослушать ту же "Drowning Man" с ее неуловимыми перебросами из области соул-арта в фьюжн и обратно, минималистично светоносную fantasy-конструкцию "Temple Song" или же забойно-контрастную, приправленную гипнотической вязью меллотрона "What Are You Doin' to Me?", чтобы лишний раз убедиться: композиционно-исполнительский уровень музыкантов заслуживает искреннего восхищения и всяческой похвалы.
Резюмирую: нетленная классика прога, достойно выдержавшая испытание временем. Рекомендую.

14 мая 2012 г.

Oaksenham "Conquest of the Pacific" (2007)

"Камерный инструментальный рок-ансамбль". Такой характеристикой награждают Oaksenham в пресс-релизе лейбла Musea. Однако сами исполнители определяют каноны собственного творчества не в пример полнее и емче. "Креативные принципы группы базируются на традициях как академической, так и рок-музыки. Комплексная ритмика, полифонический мелодизм и околоджазовые гармонии сопрягаются в нерасторжимое целое с классическим рок-саундом".
Oaksenham отпочковались от другого армянского прог-бэнда - Dumbarton Oaks. Произошло это в 2001 году. Именно тогда басист/фаготист Ваган Папаян и ударник Ашот Корганян "затеяли сыграть..." нет, не квартет, но нечто покрупнее. Поддержал их флейтист Валерий Толстов и еще несколько хороших людей - "консерваторцев" и рокеров. После неизбежного процесса ротации кадров сформировался постоянный состав. Наряду с Папяном, Корганяном и Толстовым в обойму вошли гитарист Вардан Гаспарян, органистка Анна Адамян и скрипач Корюн Бобикян. Они-то и претворили в жизнь масштабное студийное полотно "Conquest of the Pacific".
Межстилевой спектр произведений команды весьма разнообразен. Так, пышная интродукция "Anthem - The Unseen Land" несет в себе фундаментальное начало отдельных оркестровых экзерсисов из копилки XIX века, помноженных на электрические кондиции симфо-рока. Следом за ней открывается дивный вид на широкое поле экспериментов. К примеру, пьеса "Water Spark" изрядно напоминает характерную манеру игры земляков Oaksenham - мощного коллектива Artsruni: тот же виртуозный хард-н-арт, сплавленный с акустическим фолковым драйвом. Чистотой, пасторальностью и полным умиротворением веет от роскошной зарисовки "Elfy": никакой избыточной энергетики, дисторшированных партий, чумовых ударных... Только свежесть, покой и предельная стройность мелодического ряда. Помимо флейты, скрипки, гитары и легких органных виньеток, здесь встречаются хрустальные переливы арфы Сони Енгибарян и колоритный тембр гобоя Арутюна Шахиняна. Сама же атмосфера воскрешает в памяти узорные chamber-картины финнов Uzva. Панорамная проекция "The Way Back Home" - хитроумный клубок из звучания в духе старой арт-школы, прог-металлических риффов и вкраплений менестрельских духовых мотивов а ля Gryphon; изобретательно и эффектно. Для поклонников уникальных англичан Gentle Giant приготовлено сразу два приятных сюрприза - ренессансные кавер-версии известных треков "Talybont" и "On Reflection", воплощенных в почти что аутентичном ключе и осовремененных посредством эпизодического включения рок-инструментария. А уж абсолютно "фирменным блюдом", раскрывающим сложность и красоту музыкального языка Oaksenham, можно считать вещь "Time-Out": лихой и напористый, сдобренный "академизмами" прогрессив вполне способен тягаться с жемчужинами из наследия Марко Антонио Араужо. Вторую половину программы занимает титульный эпик, разбитый на пять частей. Множество необарочных красок, отсылки к творчеству Йена Андерсона, вариации на темы Генри Пёрселла и Эдуарда Элгара, плюс общее "грифоноподобное" настроение - такова условная суть происходящего. Впрочем, сухими фразами тут не отделаешься. А потому слушать, слушать и еще раз слушать. Оно того стоит.

12 мая 2012 г.

Bo Hansson "Music Inspired by Watership Down" (1977)

Последний из классических релизов шведского мультиинструменталиста. Концепция диска выстроена на сюжетных схемах героико-фантастического романа британца Ричарда Адамса "Watership Down". Увлечение этой темой эпизодически отразилось и в предшествующей работе Бо Ханссона - альбоме "Attic Thoughts" (1975). Но лишь спустя пару лет замечательный музыкант созрел для ее целостного раскрытия в виде отдельной пластинки. Из старой гвардии аккомпаниаторов Бо приобщил к процессу лишь гитариста Кенни Хоканссона (Kebnekaise). Остальными участниками проекта стали ударники Фредрик Норен и Бо Скоглунд, басисты Горан Лагерберг и Томас Нецлер, флейтисты Стин Бергман и Торбьорн Экман. Клавишные, а также вспомогательные партии гитары, баса и тамбурина маэстро приберег для себя. Продюсером и звукоинженером выступил Понтус Ольссон.
Любопытно, что в скандинавских странах лонгплей был издан под названием "El-Ahrairah" (такое имя в книге носит центральный персонаж - фольклорное божество в облике кролика). Однако шефы английского лейбла Charisma и американской фирмы Sire сочли его не слишком удачным, а потому для привлечения публики выбрали нейтральное, но ясное наименование.
Не изменяя всецело инструментальному формату, Бо при оформлении конверта снабдил каждое из заглавий треков подобающими цитатами из Китса, Поупа, Шекспира и других поэтов. И хотя сути происходящего они не касались, на атмосферу действа в той или иной степени все же влияли. Впрочем, нас в первую очередь интересует звуковое содержимое программы. О нем и побеседуем.
Своеобразным введением служит 16-минутный магнум-опус "Born in the Gentle South", написанный Ханссоном в содружестве с Хоканссоном. Калейдоскопические изменения ритма и собственно мелодики - традиционный способ сочинения для нашего героя. Удельный вес гитары здесь велик как никогда (сказывается совместное авторство). Нордик-фолк, игровой блюз-арт, рефлексивный псевдо-оркестровый аранжемент + солидная добавка психоделии - вот примерная рецептура данного блюда. Эклектично, не спорю. Но именно эта межстилевая чересполосица - неотъемлемый элемент творений Ханссона периода семидесятых. Та же мнимая безалаберность сопровождает короткий этюд "Allegro for a Rescue"; ансамблисты мгновенно ориентируются в замысловатом соническом лабиринте, безостановочно пробуя на вкус болеро, плясовую и лихой терпкий фьюжн. "Legend and Light" и вовсе напоминает замороченный психоделик-марш, украшенный мотивными пассажами флейты. "Смурную" линию продолжают пьесы "Trial and Adversity" и "The Twice - Victory", в фундаменте которых - типичные для хипповой эры "кислотные" настроения (преобладающая роль тут отводится клавишным). Замыкает картину камерный фортепианный эскиз "The Kingdom Brightly Smiles" неоклассического свойства. Ну а в качестве бонуса заявлен шикарный 12-минутный симфо-фьюжн "Migration Suite", исполненный музыкантами "живьем" в студии.
Резюмирую: интригующая и крайне занимательная саунд-мозаика, истинный подарок для всех поклонников уникального шведского артиста.

10 мая 2012 г.

Wobbler "Rites at Dawn" (2011)

На современной прог-сцене Норвегии ретро-квинтет Wobbler пользуется непререкаемым авторитетом. Деятельность его особенно плодотворной не назовешь: участники коллектива заняты в массе других проектов. Да и альбомы выпускают с редкостной периодичностью. Однако же каждое новое творение северян превращается в персональный праздник для любого почитателя "винтажного" прогрессив-рока.
"Rites At Dawn" - третья по счету полнометражная работа ансамбля. Трудился над ней бессменный инструментальный состав: клавишник Ларс Фредрик Фрёйзли, гитарист Мортен Андреас Эриксен, басист Кристиан Карл Хальтгрен, ударник Мартин 'Нордрум' Кнеппен и флейтист Кетиль Веструм Эйнарсен. Музыка для свежего материала в основном сочинялась лидером Wobbler - органистом Фрёйзли. За лирическую же часть программы единолично отвечал новобранец - певец Андреас Веттергрин Стрёман Престмо.
Кардинальным отличием "Rites at Dawn" от предшествующих дисков скандинавов являются четко расставленные акценты. Прежние пластинки формации представляли собою своеобразный "hail to old school" - эдакий квинтэссенциальный опыт воплощения эпических прог-номеров, проистекающий из безмерной любви к жанру вообще. Однако в данном случае можно говорить о вполне ясном эстетическом ориентире. Подавляющее большинство треков отмечено влиянием ранних Yes...
Опустив носящие саундскейп-характер интро ("Lucid") и коду ("Lucid Dreams"), перейдем к ключевым пунктам релиза. Восьминутная конструкция "Lá Bealtaine" - истинное пиршество для неоконсерваторов от арт-рока: море разливанное греющих душу звуков Муга, "Хаммонда" и меллотрона, акробатические басовые пируэты, гитарные партии а ля Стив Хау и соответствующая вокальная подача, то вплотную приближающаяся к кондициям невесомого контртенора Джона Андерсона (хотя здесь имеет место преобладание атмосферных хоральных планов непосредственно над соло-линиями), то уводящая слушателя в совершенно "не йесовские" акустические рефлексии меланхоличного свойства. Написанный басистом Хальтгреном масштабный опус "In Orbit" воспринимается извлеченным из архивных закромов неизвестным произведением вышеупомянутых британских грандов. Изумительная точность в передаче мельчайших нюансов, ювелирная саунд-отделка и превосходно выполненное стилевое моделирование. Естественно, в пылу увлеченности воссозданием музыкальных реалий сорокалетней давности всегда есть риск утратить собственное лицо. Впрочем, члены Wobbler - люди неглупые, и умеют удержаться от искуса бездумного копирования. Так, скажем, вещи вроде той же "This Past Presence", невзирая на внешний семидесятнический лоск, самостоятельны в отношении гармонических структур. Да и в "A Faerie's Play" подверженность чарам банды Андерсона разбавляется реверансами в сторону иных авторитетов - шведских прогеров Änglagård. Что же касается напичканного микроцитатами из Yes пролонгированного боевика "The River", то его правильнее будет рассматривать в качестве респекта великим первопроходцам прогрессива.
Резюмирую: мастерски проведенная операция по оживлению классического арта семидесятых. Яркий и выразительный художественный акт, достойный быть услышанным.

9 мая 2012 г.

Renaissance "Novella" (1977)

Вторая половина "золотого десятилетия" ознаменовалась для культовых гигантов прогрессива вхождением в полосу кризиса. Прежние властители дум потихонечку выдыхались, сознательно шли на облегчение саунда, отказ от концептуальности и многослойных аранжировочных приемов. Да, в общем-то, и понятно: на дворе уже вовсю бушевал панк, попиравший священные традиции грандов. Поддавшись его дикому обаянию, молодежь отказывалась от интеллектуальной музыки в пользу прямолинейного бунтарства. И крупные лейблы грамзаписи вынуждены были подстраиваться под скоротечные требования моды...
Удивительно, но на этом нервозном фоне известный квинтет Renaissance сумел выдать релиз, исполненный светлого классического очарования. Речь, как вы догадались, идет об альбоме "Novella". Опираясь на каноны эпического арт-рока, вдохновляясь творчеством крупнейших представителей русской симфонической школы (в особенности С.С. Прокофьева), британский ансамбль воплотил одну из наиболее интересных работ конца семидесятых. Попробуем приглядеться к ней внимательнее.
Из пяти заявленных треков два представляют собой развернутые сюиты. Открывается пластинка 14-минутным опусом "Can You Hear Me?". Тема развивается по довольно необычному сценарию. В стартовой фазе имеем мощный полифонический спурт: хоральные эпизоды + обильное струнное сопровождение (оркестровый аранжемент обеспечил давний знакомый группы Ричард Хьюсон - продюсер, дирижер, мультиинструменталист). Основная мотивная часть выдержана в манере драматичного поп-фолка: дивный голос Энни Хэслэм, роскошные клавишно-фортепианные партии Джона Таута и акустические аккорды 12-струнной гитары Майкла Данфорда. Развязка действа объединяет два вышеозначенных начала в комплексную панораму - грандиозную по размаху и яркую в мелодическом отношении. Красота и трагизм преобладают в контексте пьесы "The Sisters", повествующей об общине испанских монахинь, чьи набожные молитвы не в состоянии спасти регион от надвигающегося голода. Помимо блистательного филармонического антуража, хочется отметить гитарное соло в стиле "латино", гармонично внедренное в общую структуру маэстро Данфордом. Разреженный этюд "Midas Man" претворен в жизнь без участия оркестра. Что отнюдь не обедняет конечный результат. Ровные перкуссионные маневры Теренса Салливана, синтезаторные эффекты Таута (включая Moog-пассажи), неизбывная акустика от Майкла Данфорда и басиста Джона Кэмпа. Мельком подумалось, что если бы заменить в данной вещи тембр мисс Хэслэм на вокал Джона Андерсона, получилась бы отличная зарисовка для поздних Yes; впрочем, это уже фантазии. Хороша камерная фортепианно-романтическая элегия "The Captive Heart", впечатляющая выразительным голосовым мультиналожением. Финальная 9-минутная рапсодия "Touching Once (Is So Hard To Keep)" лишний раз подчеркивает многогранные таланты собравшихся под вывеской Renaissance артистов: пианистические ходы а ля Стравинский, стихийный полет авторской мысли дуэта Кэмп - Данфорд, всесокрушающий оркестровый напор и крайне изобретательная рок-составляющая.
Резюмирую: хрестоматийный пример симфо-прога высшего качества. Рекомендую всем поклонникам жанра.

6 мая 2012 г.

Mikael Ramel "Extra Vagansa" (1974)

Альбом "Extra Vagansa" Микаэль Рамель почитает едва ли не главным достижением за свою более чем сорокалетнюю карьеру. Создание пластинки пришлось на весьма благоприятную пору. Еще не утихли страсти по поводу успешного дебюта "Till Dej" (1972). И на этой удачной волне воодушевленный маэстро взялся за продолжение. "У меня была куча времени для студийной работы, поэтому хотелось втиснуть в содержимое буквально всё!" Он и вправду обладал полной коллекцией козырей: молодость, задор, безграничная фантазия + блестящий аккомпанирующий состав, представленный мощными профессионалами. Духовики Гуннар Бергстен, Свен Ларссон, Хокон Нюквист и Кеннет Арнстрём, скрипач Пер Несбом, гитаристы Бенгт 'Бенган' Дален и Кенни Хоканссон (Kebnekajse), пианисты Андерс Норд и Бьорн Джейсон Линд... Да что говорить, список внушительный! Однако даже на таком могучем фоне фигура Рамеля смотрелась выигрышно и весьма оригинально. Как-никак, единоличный автор музыки и текстов. "Думаю, с "Extra Vagansa" я добился значительного результата. Ведь на диске представлены звуковые комбинации, фактически немыслимые для тех лет!" Довольно нескромное заявление, впрочем, доля истины есть и тут.
Открывается галерея сонических образов ненапряжным хипповатым инструменталом "Tema Fr. Helgen". Беззаботные, но отточенные партии лид-гитары Рамеля с явным привкусом джаз-рока настраивают на сеанс получения положительных эмоций. И дальнейшее по большому счету оправдывает ожидание слушателя. После вечерних певческих размышлизмов темы "Apfigur" к действию подключаются солидные электроакустические резервы, уводящие номер "Flödet" в область мотивного риффового рока. Титульная вещь несет на себе печать "цветастых" шестидесятых, припорошенных типично рамелевским чудачеством (вообразите Хендрикса, вторгшегося на заповедную территорию абсурда Фрэнка Заппы; хотя, нет, не стоит. Оно все равно ничего не даcт). "De Går Undan" - любимый этюд самого Микаэля. И в этом его вполне можно понять: плавная мелодическая вязь духовых, ритмичный аккордовый бой, периодические заезды в фолк, прогрессивные аранжировочные приемы, да и просто замечательный теплый саунд. Превосходная композиция, за которой следует легкий прикол в виде гаражного блюз-рока ("Så Länge Re Svänger"). "Blinde Mannen" с его деревенской скрипочкой и атмосферой тотальной расслабленности вполне заслуживает статуса нордического шлягера; добротное полотно с собственной "изюминкой". А благодаря необычным структурам вроде гибридного произведения "Lukter Runt Holken" наш герой удостоился в скандинавской прессе титула "гения эклектики и парадокса". Короткая брасс-интерлюдия "Ps:et" - элемент отдохновения перед артистичным финалом "Roun' De' Loo", озвученным в манере завсегдатая салуна с Дикого Запада. Что касается бонусов, то они традиционно включают несколько англоязычных версий песен, упомянутых ранее.
В отличие от "Till Dej", данный релиз не особенно пользовался спросом у публики. Смешанная рецептура Рамеля оказалась не по зубам широкой аудитории, приученной к четким форматным рамкам. Но это обстоятельство ничуть не умаляет достоинств программы, чья прелесть распознается не сразу. Дерзайте.

5 мая 2012 г.

A Triggering Myth "The Remedy of Abstraction" (2006)

Неутомимые "мифологи" Рик Эдди (клавишные, акустическая гитара) и Тим Драмхеллер (клавишные) в своем звуковом подвижничестве напоминают современных алхимиков. "Мода", "актуальность", "тренды" - абсолютно пустые понятия для американского дуэта. Главным для них остаются приверженность синтетической музыкальной философии, статус свободных художников и возможность следовать собственным курсом. Путь этот довольно непрост, но вместе с тем увлекателен. Причем, не только для творческого тандема. Что заметно и по составу исполнителей, принимавших участие в записи альбома "The Remedy of Abstraction". Работа в студии позволила Рику и Тиму в очередной раз пересечься с маститыми виртуозами Майклом Мэнрингом (бас), Скоттом МакГиллом (гитары) и Виком Стивенсом (ударные, перкуссия) - членами трио McGill/Manring/Stevens. А на правах особо почетного гостя к штатовским героям присоединился авторитетнейший японский артист из ансамбля KBB Акихиса Цубой (скрипка). И, разумеется, столь знатному конгломерату нашлось, чем заинтриговать слушателя.
Вступительная пьеса с непомерно длинным названием "Now That My House Has Burned Down, I Have a Beautiful View of the Moon" зиждется на двух опорных точках - обожаемых Драмхеллером безыскусных электронных пассажах и клавишных партиях джазового толка в духе Return to Forever. Все это, понятное дело, укомплектовано фьюжн-энергетикой от приглашенной бойцовой троицы и сдобрено синтезаторной оркестровкой. В титульной вещи кудесник Акихиса демонстрирует настоящие струнные чудеса, направляя в общее джаз-роковое русло яркие и многоликие соло. Меланхоличная созерцательность питает первую часть масштабной зарисовки "Her Softening Sorrow", оформленной в кондициях совместной пластинки Джерри Гудмена и Яна Хаммера "Like Children" (1974). Много акустики, чистых фортепианных проходов. Однако на 5-й минуте действо устремляется в сферу прогрессива а ля Happy The Man, где правят бал раздольные клавишные краски. Впрочем, за внешним маскарадным лоском авторы не забывают о рефлексии, и та являет себя под занавес трека... В попытке скрестить классицизм с забойным фьюжн-прогом, "заточенным" под The Mahavishnu Orchestra, Тим и Рик порождают фреску "Not Even Wrong": любопытную, но местами надуманную и тяжеловесную. Не в пример адекватнее воспринимается текучая "акварельная" фактура сочинения "Rudyard's Raging Natural". Разными полюсами одного субжанра выглядят драйвовая полиритимичная "Shakespeare’s Strippers" и умеренно симфоничная "The Eisenhour Slumber". Комплексный кунштюк "When Emily Dickinson Learned to Lunge" содержит как чистейшие камерные инсталляции, так и напористые электрические фрагменты, в определенной степени подчеркивающие необычность событийной схемы. Венчает картину игровой мини-сумбур, озаглавленный "The Last Resort".
Резюмирую: достаточно своеобразный релиз пограничного свойства, рассчитанный не столько на поклонников рока, сколько на любителей прогрессивных подвидов джаза. Окончательный вывод за вами.

3 мая 2012 г.

Rupert Hine "Pick up a Bone" (1971)

Тина Тёрнер, Кевин Эйерс, Крис де Бург, Сюзанна Вега, Camel, Rush... Может ли хоть что-то объединять столь разномастных исполнителей? Как ни странно, да. Все они сотрудничали с продюсером Рупертом Хайном (р. 1948). Правда, для искушенных рок-меломанов этот англичанин в первую голову незаурядный музыкант, и уж потом - заслуженный деятель синти-поп культуры.
Начало творческой деятельности Хайна относится к середине шестидесятых. Будучи студентом привилегированного колледжа Юэлл, он создал блюз-бэнд, от которого впоследствии отпочковался дуэт Rupert and David. В те годы Великобритания переживала настоящий фольклорный "бум", и, дабы не отставать от моды, Руперт (гитара, гармоника, вокал) с единомышленником, поэтом Дэвидом МакАйвером (гитара, вокал), взяли на вооружение акустическую манеру а ля Simon and Garfunkel. В декабре 1965 г. ребятам представился шанс записать на студии Abbey Road миньон с парой песен (одна из них - кавер-версия хита "The Sound of Silence"). И хотя славы и успеха затея не принесла, тандем упорно продолжал двигаться к заветной цели...
В 1970 году приятели познакомились с Саймоном Джеффсом (1949 - 1997). Классический гитарист, композитор, аранжировщик, в будущем - лидер уникальной формации Penguin Cafe Orchestra, он фактически сделался духовным наставником в музыке для своих друзей. Во многом благодаря пособничеству Джеффса маэстро Хайн сумел раскрыться как весьма одаренный автор. И дебютный лонгплей Руперта "Pick up a Bone" - ярчайшее тому доказательство.
Над спродюсированной Роджером Гловером (Deep Purple) пластинкой трудилась добрая дюжина инструменталистов: гитаристы, органисты, басисты, духовики, перкуссионисты, ударники + оркестр, поочередно управляемый Полом Бакмастером, Питером Робинсоном и Делом Ньюманом. Внушительный штат аккомпаниаторов позволил сингер-сонграйтеровским по сути произведениям Хайна и МакАйвера обрести новое измерение. Фольклорные пасторали ("Landscape", "Scarecrow"), напевная поп-лирика ("Me You Mine"), любовные баллады ("More Than One, Less Than Five") окрасились в превосходные полифонические тона, заблистав с удвоенной силой. Определенная прогрессивность релиза заключалась не только в обильном симфоническом антураже, но и в стилевом разнообразии содержащихся на альбоме треков. Тут и ритм-энд-блюзовый сарказм ("Medicine Munday", "Pick up a Bone", бонусная "The Monk"), и ернический авант-водевиль из серии 'ad absurdum' ("Kerosene"), и своеобразное кантри с легким пародийным душком ("Running Away"), и элегантно-приджазованный пофигистский хиппи-этюд в ключе Микаэля Рамеля ("Bou Bou's Faux Pas"). Иными словами, фейерверк юмора, ума и таланта. Похоже, но уже на более серьезном уровне была выстроена и последующая программа Хайна "Unfinished Picture" (1973). Впрочем, эта тема поднималась нами ранее (см.: http://soundvoyager.blogspot.com/2011/06/rupert-hine-unfinished-picture-1973.html). Что же касается данного релиза, его я рекомендую все любителям оркестрового фолк-арта на блюзовой основе.

2 мая 2012 г.

Dirk 'Mont' Campbell "Music From a Walled Garden" (2009)

Тяга к экзотике - естественное состояние для Хьюго Мартина Монтгомери Кэмпбелла (р. 1950). Родившийся в египетском городе Измаилия, выросший в Кении, он вместе с семьей прибыл на родину предков, Британию, в 1962 году. Спустя пять лет басист Дирк (или Монт; друзья называли его по-разному) вместе с органистом Дэйвом Стюартом, гитаристом Стивом Хиллиджем и ударником Клайвом Бруксом сколотил психоделический бэнд Arzachel. Затем были годы игры в прогрессивных кентерберийских составах Egg и National Health, изучение теории композиции в лондонском Королевском музыкальном колледже, работа на телевидении в качестве автора звукового сопровождения рекламных роликов, просветительских и развлекательных программ, анимационных лент... Благодаря неослабевающему интересу к культуре стран Азии, Африки, Южной Америки и Восточной Европы Кэмпбелл утвердился в статусе крупнейшего специалиста в области этнического фольклорного инструментария. Лекции, книги, сценические театральные постановки... сверхкреативный маэстро Дирк успевал всюду, не забывая при этом и о собственной артистической деятельности. По признанию Кэмпбелла, на процесс сочинения "Music From a Walled Garden" его навели письма поклонников. После показа в январе 2009 года документальной ленты Криса Родли "Rock Britannia" энтузиасты прогрессива буквально завалили Монта вопросами, когда ждать его очередную пластинку (предыдущая, "Music From a Round Tower", вышла в 1996 г.). Растроганный таким вниманием аудитории ветеран арт-движения приступил к активному осуществлению задуманного. Для сотворения и записи материала хватило нескольких месяцев. Подавляющее большинство инструментальных партий Кэмпбелл воплотил единолично (арсенал задействованных им перкуссионых, духовых и струнных средств мультинационального происхождения занимает две страницы в буклете). С остальным помогали коллеги: Дэйв Стюарт (фортепианные сэмплы), Барбара Гаскин (вокал), Джулия Бишоп (скрипка), Пол Джонсон (виолончель, большой китайский гонг, перуанская костяная флейта) и Джилл Эмерсон (виолончельные сэмплы). В стилевом отношении релиз выглядит любопытно. Изначально отринув любые коммерческие мотивы, Дирк поставил на карту частное увлечение историей, археологией, древними языческими верованиями. Отсюда разветвленный полижанризм заявленных треков. Палитра вобрала многое: густо замешанный на этнике академический камерный авангард ("Afrasiab", "Provlepsi"), атмосферные флейтово-вистловые импровизации в духе Lüüp ("Armadillo Mythology"), экспериментальные нойз-эпизоды ("The Edge of Sleep"), тягучие монотематические зарисовки, помноженные на фолковый плясовой задор ("Zeno's Phantom Island"), гипнотические развернутые авант-психоделические панорамы ("Calakmul"), изящное минималистское кружево, ассоциирующееся разом с Майком Олдфилдом и Майклом Найманом ("Sunrise over Firle Beacon") + прочие трудноклассифицируемые вещи. Отдельного упоминания заслуживает коротенький бонус "The Star Trek Theme". Популярная на Западе мелодия дичайшим манером вывернута наизнанку и замысловато подана турецкими исполнителями Army Zurna и Davul Ensemble. Кому-то подобное покажется чистой воды извращением, но в богатстве фантазии художнику уж точно не откажешь.
Резюмирую: оригинальный, прогрессивный и выразительный акт сонического искусства, рассчитанный на вдумчивого слушателя-эстета. Советую ознакомиться.