27 февр. 2011 г.

Jacula "Tardo Pede In Magiam Versus" (1972; 1973; 2007)

Эту историю хорошо было бы начать так: "В детстве Антонио Барточчетти очень любил классическую музыку, страшные сказки и темную атмосферу готических соборов..." Однако в действительности все могло происходить иначе, посему обратимся к событиям более поздним и - что немаловажно - хроникально подтверждаемым. Итак, конец шестидесятых годов двадцатого века. Выходец из итальянского региона Марке, молодой гитарист по имени Антонио прибывает в Милан. Увлеченность эзотерическими теориями и теософскими конструкциями способствует его знакомству с клавишником Чарльзом Тирингом. Немного погодя к любителям сверхестественного присоединяется певица (а также скрипачка и флейтистка) Фиамма Далло Спирито. В итоге на свет рождается любопытная формация Jacula.
Свою первую пластинку "In Cauda Semper Stat Venenum" (1969) господа-артисты записали в Лондоне. Ничтожно малый тираж (300 копий), уникальный саунд-фундамент (завораживающий женский вокал на фоне электрогитары с церковным органом) + отчетливо различимый мистический флер привлекают в стан Jacula восторженных поклонников. В 1971 г. неугомонный Барточчетти в содружестве с различными аккомпаниаторами учреждает еще два проекта - Invisible Force и Dietro Noi Deserto; впрочем, дальше выпуска синглов здесь дело не идет, и маэстро Антонио с легким сердцем и свежим материалом возвращается к Jacula.
Лонгплей "Tardo Pede In Magiam Versus" (1972) - логическое развитие идейных канонов дебюта. Торжественно-мрачные органные проходы и старомодные клавесинные пассажи Тиринга задают особый настрой альбому, служащему своего рода проводником в мир истинной готической культуры с ее неповторимым привкусом, черно-белым очарованием графики Обри Бёрдсли, тревожно-поэтическими интонациями книг Мэри Шелли и Брема Стокера... На правах ведущего композитора группы Антонио Барточчетти отказался от использования ударных (хотя в центральном лирико-психоделическом этюде "Jacula Valzer" задействована перкуссия), поэтому "Tardo Pede In Magiam Versus" можно причислить к рок-актам лишь с энной степенью условности. Да, гитарно-басовые партии имеют место и тут, но пальму первенства по насыщению электричеством удерживает трек "Absolution", датируемый 1973-м годом. Если же внимательно изучить художественную ткань основной части программы, то ее вполне можно трактовать как необарокко в прогрессивном ключе. Загадочная дива Фиамма Далло Спирито искусно управляется с вокальными партиями, звучащими то волнующе-низко ("U.F.D.E.M."), то романтически-речитативно ("Long Black Magic Night"). Прибавьте сюда призрачные звуковые эффекты, душещипательные скрипичные соло и мягкий флейтовый колорит... Красота, одним словом. Ну, а замыкающий выразительный опус "In Old Castle" (не путать со "Старым замком" Модеста Мусоргского!) – бенефис великолепного Чарльза Тиринга и настоящее пиршество для почитателей мистерий в традициях католической мессы.
Резюмирую: во всех отношениях оригинальный релиз, настоятельно рекомендуемый к ознакомлению.

24 февр. 2011 г.

Tonton Macoute "Tonton Macoute" (1971)

Отличительная черта британского прото-прогрессива - фактор вневременного притяжения. Кажется, минует еще полвека, а эта музыка по-прежнему будет востребована. Хотя, доведись кому из артистов узнать, что альбомы их десятилетия спустя станут классикой, посмеялись бы да и только...
Не иначе как своеобразным чувством юмора можно объяснить желание четверки молодых людей наречь свое детище в честь бойцов охранной гвардии гаитянского диктатора Франсуа Дювалье. Достоверных сведений на сей счет история не сохранила. Зато несомненно другое: географический аспект сыграл не последнюю роль в судьбе коллектива. Если Пол Френч (орган, электропиано, фортепиано, духовые, вокал) и Найджел Ревелер (перкуссия) выросли в сельской местности графства Беркшир (на юге Англии), то Дэйв Наулз (альт/тенор саксофон, флейта, кларнет, вокал) с Крисом Гэвином (бас, электро- и акустическая гитары) - типичные представители севера. И та занимательная звуковая амальгама, что присутствует на пластинке, результат сближения противоположностей.
Открывается программа мелодичной пьесой "Just Like Stone", по-своему отражающей переходный дух эпохи: приятные флейтовые обертоны вкупе с напевными хоралами косвенно воздают почести постепенно отмирающей фолковой натуре, а параллельно задействованные грувы электропиано и гитарные wah-wah эффекты словно возвещают наступление эры "большого рока". В "Don't Make Me Cry" картина наполняется замысловатыми джазовыми фигурами; сакс Дэйва Наулза, не смолкая, солирует в первой половине трека, после чего эстафету принимает фоно, плавно ускользающее на задний план в момент диалога флейты и органа. Колоритный затяжной инструментал "Flying South in Winter" обнаруживает у наших героев, помимо прочего, и явную тягу к психоделии с использованием восточных мотивов; базирующийся на обильных духовых пассажах номер эпизодически перекликается с опытами ранних Jade Warrior. Увлекательный этюд "Dreams" поначалу пленяет призрачной эфемерностью: вокал Пола Френча множественным эхом парит над хрустальными аккордами вибрафона, однако торжеству благодати противостоят агрессивные дисторшн-риффы, непрошеным гостем вырывающиеся на авансцену и в итоге вершащие скорый суд. Стильный ретро-опус "You Make My Jelly Roll" - чувственная свинг-зарисовка с фундаментальными басовыми партиями Криса Гэвина и полуимпровизационными клавишно-духовыми маневрами. В двухчастном финале "Natural High" соединяются сразу несколько знаковых тенденций: классицистические пианиссимо с необарочным органным рисунком, отголоски популярного ритм-энд-блюза, фри-джазовые оттенки и вычурные мелодические ракурсы, от которых в недалеком будущем оттолкнутся команды-последователи...
К добру иль худу, но дальше каждый из участников квартета отправился собственным маршрутом. Полу и Дэйву удалось найти себя в музыке, Крис с головой ушел в художественную фотографию, а Найджел переключился на должность штатного звукоинженера. Тем не менее Tonton Macoute сыграли одну из ключевых ролей в развитии прогрессивного рока. И данное, шестое по счету переиздание единственного лонгплея ансамбля, наилучшее тому подтверждение.

21 февр. 2011 г.

Scarlet Thread "Valheista kaunein" (2006)

После выхода дебютного CD "Psykedeelisiä joutsenlauluja" (2003) участникам Scarlet Thread впору было трубить победу: столь мощной и разноплановой вышла пластинка. Увы, история выкинула фортель. Недавние коллеги разбрелись кто куда, оставив основателя бэнда Яни Тимониеми в полном одиночестве. Другой бы на его месте плюнул да занялся чем-то более выгодным с коммерческой точки зрения. Но не таков оказался гитарреро Яни, ценящий творчество превыше всего остального. В том же 2003 г. ему удалось рекрутировать под знамена Scarlet Thread второго гитариста Сами Хилтунена и скрипачку Эрью Лахтинен. Сложнее обстояло дело с ритм-секцией: музыканты появлялись и исчезали. Однако с приходом басиста Юкки Йокикокко да ударника Йере Нивуковски ситуация благополучно разрешилась. В 2006 г. обновленный коллектив при гостевом участии флейтистов Юхи Сутелы и Эсси Суйкканена записал очередную работу...
Инструментальные полотна "Valheista kaunein", при всей разнокалиберности стилевых составляющих, отражают целостное видение вариативных психологических процессов. Само название релиза ("Красивая ложь") свидетельствует о попытке ведущего композитора Яни озаботиться проблемами нравственного-религиозного плана. То же подтверждают и заглавия треков ("Борьба желаний", "Блуждающий", "Посланец света", "Мысли о боли" и т. д.). Впрочем, в отсутствие вокала каждый волен трактовать имеющиеся на диске пьесы по-своему. Благо, богато аранжированные звуковые конструкции Scarlet Thread предоставляют гигантский простор для фантазии. И пусть наличие клавишных в команде не предусмотрено, пятерку скандинавских бойцов навряд ли упрекнешь в скудости красок. Сдвоенные гитары тандема Тимониеми - Хилтунен до отказа насыщают палитру эмоциями: хард, арт, фолк, фьюжн - этим бравым парням подвластны любые жанровые ипостаси. Центральным элементом калейдоскопически переливчатой саунд-сферы выступают изысканные струнные партии Эрьи Лахтинен, облагораживающие многоликими интонациями (от традиционных фольклорных до выверенных консерваторских пассажей) электрические метания горячих финских мужчин. Отдельного упоминания заслуживают виртуозные духовые всполохи маэстро Сутелы, чья волшебная флейта вносит немалую порцию драйва в и без того сногсшибательное скоростное пиршество, царящее в этюде "Jumalanpilkkakirves", или же, напротив, придает повествованию щемящий оттенок невыразимой словами светлой нордической грусти (замечательный номер "Valon lähettiläs"). Что касается оппонента Юхи - Эсси Сукайнена, - то его игровая манера тяготеет к корневым сельским мотивам, а потому весьма к месту в зажигательных зарисовках наподобие колоритной вещицы "Haarasilta". Хотя выделять в контексте альбома кого-то персонально - шаг неправильный. Сила Scarlet Thread заключается в комплексной ансамблевой подаче, где преобладающим фактором служит чувство локтя. Партнерство как высший смысл и единственно верный способ существования...
Резюмирую: практически эталонный образчик полифонического прогрессивного фолк-рока. Рекомендую.

20 февр. 2011 г.

Dave Cousins "Two Weeks Last Summer" (1972)

При иных обстоятельствах этой пластинке вряд ли суждено было увидеть свет. Однако случай решает все. Вот и вышло, что, приняв в состав Strawbs басиста Джона Форда и драммера Ричарда Хадсона, лидер группы Дэйв Казинс автоматически заполучил в обойму еще и соавторов, умеющих в сжатые сроки ваять достаточно неплохие песни. Новички рьяно взялись за дело. А между тем в творческом загашнике Казинса скопился материал, который ему самому весьма нравился. Да и личностный подтекст большинства композиций определял многое. Короче, трудяга Дэйв исхитрился найти время, силы и деньги, и теплым месяцем июнем в оксфордской студии The Manor наш скромный мультиинструменталист при поддержке друзей воплотил в жизнь по-настоящему прекрасную пластинку. Помогали ему могучие титаны сцены: Миллер Андерсон (лид- и слайд-гитары), Рик Уэйкман (пиано, орган), Дэйв Ламберт (гитара, вокал), Роджер Гловер (бас), Джон Хайзмен (ударные). И, как я уже намекнул выше, результат стопроцентно оправдал ожидания.
Заглавную мистическую пастораль Казинс (вокал, гитара, пиано, колокольчики) в содружестве с Гловером и органистом Томом Олломом превратил в эффектную менестрельскую рагу; да-да, традиции английского музыкального фольклора переплелись здесь причудливейшим манером с медитативными индуистскими тенденциями, вызвав к жизни до крайности колоритный номер. Звучащий а капелла (Дэйв + певческий коллектив Kidlington Kossacks) короткий этюд "October to May" пробирает до мурашек: кажется, будто этот живописнейший вокализ исходит от хора древних норманских воинов, временно оставивших чертоги Валгаллы. Эпическая пьеса "Blue Angel" демонстрирует лучшие стороны Казинса-сочинителя: напевные акустические фрагменты, страстные соло электрогитары, драматизм, классические клавишные пассажи - все явлено в ракурсе, идеальном для Strawbs первой половины семидесятых. В небольшом инструментале "The World" и содержательно вытекающем из него треке "That's the Way It Ends" мастермайнд играет на фортепиано под аккомпанемент духового септета Роберта Кирби. Энергичная зарисовка "The Actor" - эмоциональный крен в область вкуснейшего фолк-харда. Впрочем, рок-буйство свершается недолго и уже в камерном соло-эпизоде "When You Were a Child" Дэйв джентльменски благообразен. "Ways and Means" детально выстроена в характерном Strawbs'ском ключе: собственно, ничего удивительного, вещь изначально создавалась для ансамбля. Старомодным очарованием проникнута идиллическая "сельская" картинка "We'll Meet Again Sometime", разложенная Казинсом и Андерсоном на две гитары. Финальную "Going Home" сложно воспринимать всерьез, да, вероятно, и не стоит, поскольку в ней Дэйв за компанию с рок-н-ролльщиками Lampoon нарезает натуральный буги-вуги, дурачась и куражась напропалую. Но упрекать его за это не хочется. Главное, что альбом получился замечательный, совсем немногим уступающий параллельно вышедшей программе Strawbs "Grave New World". Наслаждайтесь.

17 февр. 2011 г.

Circus "Surface Tension" (1993)

"Культурная атмосфера этого города всегда располагала к развитию эклектичной музыки". Такое заявление сделал в 2010 г. глава английской компании PRS For Music Эллис Рич после ознакомления с результатами кропотливого социологического исследования. А речь в данном случае о Бристоле. Именно здесь родилось наибольшее (в масштабах Великобритании) число музыкантов по отношению к количеству населения. Однако в контексте сегодняшней истории нас интересует всего один из великого множества бристольских ансамблей. Дамы и господа, разрешите представить: Circus. Коллектив с вопиюще неоригинальным названием и уникальным подходом к творчеству. В 1992 г. пятеро молодых людей выпустили на лейбле President Records LTD свой дебютный альбом "Flashback". Критики не преминули отметить здоровый консерватизм новичков, наследующих идеи Van der Graaf Generator вкупе с ранними Genesis. Да и в сравнении с набившими оскомину "шедеврами" замкнутой на себя неопрогрессивной тусовки предлагаемый ребятами из Circus игристый коктейль звучал очень даже недурно. Руководствуясь принципом "куй железо, пока горячо", квинтет вскоре выдал вторую полнометражную программу. Вот о ней и поговорим.
Невзирая на выраженный концептуальный замах, "Surface Tension" с ее разношерстными композиционными структурами напоминает лоскутное одеяло. К примеру, вступление "Relove" + 3-й трек "Interview" смахивают на сочинения неординарных канадцев Terraced Garden: тут и манерный вокал Дэвида Брэйли с интонациями Йена Андерсона, и скрипичные партии гитариста Патрика Кейса, и синтетические отголоски пост-панка впридачу с "новой волной". В акустическом фолк-рисунке "Sanctuary" хамелеонистый певец совершает неожиданный реверанс в сторону Питера Хэммилла. А дальше и вовсе следует нечто несусветное. От насыщенного мюзиклоподобного поп-арта "Falling" господа-"циркачи" лихо сворачивают к неопсиходелии ("Sometimes"); предпринимают пасторальную прогулку ("Walk in the Country"), пересекающуюся с маршрутом Энди Тиллисона (Po90); сполна одаривают полярно эмоциональными деревенскими мотивами ("Swallow's Tail", "Interlude"), после чего осуществляют марш-бросок на территорию старших товарищей - приснопамятных Jethro Tull. В "Reunion" группа молодцов сверкает блестками космического прог-рока; и снова фолк ("I Need a Drink") - мотивный и душевный. В "Awake" микрофон фронтмена Дэвида переходит к милой девушке Лайзе; сама же пьеса сопровождается уютными шестиструнными переборами, затем расцветает клавишными коврами а ля Тони Бэнкс (за что спасибо органисту Колину Смиту), а ближе к финальной стадии устремляется в минималистский монотематический бассейн, инспирированный "прожектами" Майкла Наймана. Вдоволь пометавшись по слоистым электрическим закоулкам ритмичной вещицы "Stationary Traveller", Circus ошарашивают аудиторию форматным блюзо-попсом, нашпигованным "фишками" Джо Кокера на пару с незабвенным Крисом Ри. Кончается действо чистейшим нью-эйдж инструменталом классицистического свойства ("Child's Play").
Итог: архиинтересная полижанристская экскурсия, способная приглянуться не только завзятым прогрессорам, но и представителям иных меломано-сообществ. Рекомендую.

15 февр. 2011 г.

Project "Name Stolen" (2005)

Project (альтернативное наименование - PPRY) - финская прог-сборная, ведущая отсчет с 1993 года. Изначально ребята неплохо существовали на правах сессионных музыкантов, помогая коллегам по цеху реализовывать всевозможные авторские программы. Однако с приходом Миллениума участники Project задумались о сотворении чего-то серьезного под собственной вывеской. Результатом целенаправленной деятельности несгибаемого септета явился альбом "Name Stolen", зафиксированный на мастер-ленту в 2002 г. и лишь три года спустя обретший издателя в лице Мауро Морони - шефа итальянского лейбла Mellow Records. Итак, чем же порадовали прогрессивный люд поднаторевшие в исполнении чужих вещей северяне?
Вводный этюд "Inside the temple" предваряется мрачновато-пафосной декламацией чтеца (Антонио Саломяа), из чего напрашивается вывод о концептуальном содержании лонгплея. Дальнейшие действия ансамблистов полностью подтверждают сие. Невеселая текстовая часть (относительно скромная по объему) с перлами вроде "Oh why... the light must die / The sadness in my soul / As the dying of light is flashing by / I can't find my way home" + сопутствующее инструментальное оформление свидетельствуют: перед нами ретро-дарк-прог довольно любопытного (с композиционной точки зрения) фасона. От клавишных структур Туюкки Хаапалы веет космической печалью. Усиливает эффект и наличие гитарного синтезатора, за который (наряду со стандартным шестиструнным агрегатом) несет ответственность Петри Ахола. По мере прослушивания возникает каскад реминисценций. Псевдо-саксофонные партии на фоне органных пассажей в интроспективной главе трилогии "Thief: The Story" - дань уважения ветеранам из Van der Graaf Generator. При этом выстраиваемые гитаристом в той же пьесе музыкальные фразы напоминают изрядно смягченных, избавившихся от металлических исказителей звука Opeth. Вторая позиция вышеупомянутого опуса своими медитативно-астральными веяниями отсылает к ранним Pink Floyd, а "Thief: The Story - (c) Outside" - не что иное, как мастерски сработанный комплексный прогрессив с жанрово оправданными ритмическими вывертами (Янне Риннет - бас, Мика Коскела - ударные, саунд-эффекты) и эпизодическими слайд-вкраплениями маэстро Ахолы. Колоритная "Dying of light" соединяет в себе прото-проговый антураж с типичной для Суоми фольклорной "изюминкой". В интересной дилогии "Giant Steps" спектр настроений варьируется от мотивно-поступательного спейс-рока до семидесятнически вдохновенного арта. Вкуснейший инструментал "Severance is futile" порадует всех, кто предпочитает плавные мелодичные номера, рождающие в воображении картины путешествия сквозь Вселенную. Оставшиеся многочастные конструкции "A song for the desert – A song for the fallen" и "Sunriders" - своего рода квинтэссенция пластинки, ибо в них представлен гармоничный сплав большинства из ранее обозначенных элементов.
Резюмирую: не выдающийся, но все же очень хороший, предельно сбалансированный художественный акт консервативно-ностальгического толка. Советую ознакомиться.

13 февр. 2011 г.

Happy The Man "Death's Crown" (1999)

Под занавес девяностых годов прошлого века американский лейбл Cuneiform преподнес всем поклонникам ансамбля Happy The Man поистине царский подарок. Речь идет о записях 1974-1976 гг., прежде не выходивших на аудионосителях. В основе материала - 38-минутная фэнтези-сюита "Death's Crown", которую многие рок-обозреватели склонны считать наиболее амбициозным творением HTM. Масштабное полотно, сочиненное пианистом Фрэнком Уайеттом в содружестве с примкнувшим к команде вокалистом/гитаристом Дэном Оуэном, в итоге было реализовано на сцене как свето-музыкальное шоу при поддержке танцевальной труппы. Поскольку сама организация такого арт-мероприятия оказалась делом хлопотным, публичное исполнение рок-спектакля ограничилось несколькими представлениями, после чего грандиозный эпик надолго исчез из репертуара группы.
Прежде чем коснуться содержимого, стоит оговориться по поводу качества записи. На оборотной стороне буклета CD издатели честно предупреждают: исходные пленки готовились в достаточно примитивных условиях, и чтобы приблизить саунд к минимально приличным современным кондициям, была проведена сверхсложная работа по реставрации мастер-ленты. Результат получился странноватый: искусственность стереозвучания бросается в уши с первых же тактов (вокальные сегменты выводятся в правом канале), но к этому быстро привыкаешь, ибо несовершенство сонористики с лихвой искупается изобретательными композиционными структурами. Навеянная средневековыми легендами история, по прихоти дружного авторского тандема, оборачивается драматично-философским магнум-опусом, разбитым на одиннадцать глав. Участники формации постарались на славу, соединив в общем контексте психоделические эффекты с Genesis'оподобными симфо-проговыми выкладками (в клавишных партиях Кита Уоткинса чувствуется преемственность отдельных аспектов игровой манеры Тони Бэнкса), тончайшей вязью духовых, очаровательной романтической пасторальностью и воздушным сказочным флером. Лирическая напевность, укорененная в ряде эпизодов, отсылает нас к другим замечательным англичанам - Camel (примечательно, что именно в этот состав будет рекрутирован вышеупомянутый органист Уоткинс в конце семидесятых), однако в целом HTM четко придерживаются собственной оригинальной схемы. Колоритный фьюжн-номер "New York Dream's Suite", без сомнения, знаком каждому, слышавшему дебютную пластинку наших героев. Впрочем, здесь эта вещица, в отличие от поздней, сугубо инструментальной версии, наличествует в качестве полноценной песни. Замыкающая пьеса "Merlin of the High Places" – шикарный "кельтский" этюд, настоянный на волшебно-трогательных пассажах флейты и "внеземных" переливах Муга маэстро Уоткинса, превосходной гитарной акробатике Стэнли Уитакера и точнейшей нюансировке ритм-секции (Рик Кеннелл - бас, Майк Бек - перкуссия); натуральная классика "золотой" эры прогрессива.
Резюмирую: невзирая на внешние технические огрехи, "Death's Crown" можно рассматривать как одну из впечатляющих вершин мирового симфонического рок-искусства. Настоятельно рекомендую всем любителям жанра.

11 февр. 2011 г.

Paul Brett's Sage "Schizophrenia" (1972)

После череды непрерывных концертов, записей на радио и выступлений в рамках престижнейших британских телевизионных шоу (The Old Grey Whistle Test, BBC1's Top of the Pops etc.) ансамбль Пола Бретта обрел известность в среде поклонников рок-музыки. Однако напряженный гастрольно-репетиционный график оказался непомерно тяжел для басиста Дика Даффола, в итоге покинувшего ряды Paul Brett's Sage. Замену старому товарищу лидер бэнда решил не искать; таким образом, к воплощению третьего (финального) альбома "Schizophrenia" Paul Brett's Sage подошли в следующем составе: Пол - вокал, гитары; Боб Войс - перкуссия, вокал; Стюарт Кауэлл - электрогитара. А для обеспечения полифонической поддержки маэстро Бретт зазвал в студию сессионного духовика/пианиста Роба Янга и своего доброго друга Дэйва Ламберта (ex-Fire, Strawbs). В общем, исполнители подобрались на славу, да ведь и им было что предложить слушателю.
Замыслив дать на правах интроспекции композицию "Custom Angel Man", Пол явно не прогадал: мелодично-драйвовый боевик сражает наповал скоростными гитарными пассажами, демонстрируя молодецкую удаль и абсолютно мастерский уровень членов команды. По традиции не обошлось без "родстюартовского" поп-опуса: в этом качестве фигурирует "Charlene", оставленная в наследство группе создателем коммерческих хитов Джоном Хатчесоном; приятная, непретенциозная вещица с задатками радиоформатной песни. Новообретенный рокерский имидж экс-фольклористы закрепляют чеканным номером "Song of Life - Song of Death", подкрашенным рефренными хоралами "ла, ла, ла, ла". Не прогрессив, конечно, но для раскачки аудитории сойдет. Артовые игрища с ритмами начинаются в блестяще реализованном треке "Slow Down Ma!", сотканном из массы всевозможных нюансов (за ударными - прекрасный барабанщик Род Кумис). После бравурного, приземленно-стандартного рок-н-ролла "Saviour of the World" следует занимательный бессловесный этюд "Limp Willie", в котором Бретт с коллегами изобретательно изгаляется над канонами американского стиля "кантри", выворачивая его электрической изнанкой наружу. Фолковым колоритом полнится многоголосая акустическая пьеса "Tale of a Rainy Night", предваряющая неожиданную для PBS мелодраматическую историю "Take Me Back and I Will Love You". Unplugged-сюжет "Autumn" очаровывает слиянием сельской напевности с возвышенной элегичностью, вносимой флейтой и гобоем Роба Янга. Трогательная баллада "Make It Over" местами перекликается с гениальной битловской "A Day in the Life", правда, решена в совершенно иной, блюз-роковой манере (отдельно отмечу органный бэкграунд авторства Дэйва Ламберта). На закуску - типично бреттовский ажурный инструментал "Bee" + "вкусный" бонус "Dahlia", оркестрованный по всем правилам легкого симфо-рока.
Резюмирую: весьма недурственное завершение сравнительно короткой дискографии Paul Brett's Sage. Некоторое время спустя экс-предводитель коллектива начнет соло-карьеру, благополучно длящуюся (с перерывами) до сего дня. Но это - тема для совсем другого рассказа.

8 февр. 2011 г.

Wobbler "Hinterland" (2005)

Прог-роковый ренессанс девяностых, по мнению большинства любителей жанра, связан с коллективами из Швеции. И действительно, вряд ли какое-либо иное государство на означенный период времени могло выставить достойных соперников против интеллектуальных монументалистов Änglagård, кримзоидных дарк-прогрессоров Anekdoten, пасторальных симфонистов Sinkadus или входящих в пору цветения добрых сказочников из The Flower Kings. Западные их соседи, то бишь норвежцы, имели славу всеевропейских законодателей в области блэк-металла, однако же арт-резервуар страны фьордов был до известной степени скуден. Наиболее авторитетной командой в интересующей нас плоскости выступали разве что White Willow. Но и только. 1999 год ознаменовался рождением сводного прогрессив-квинтета Wobbler, коему предстояло сыграть роль крупнокалиберного музыкального ответа преуспевающим на симфо-роковой ниве шведам. Душой и мозгами новобранцев стал органист Ларс Фредрик Фрёйзли, параллельно занятый в рядах вышеупомянутых White Willow. И опыт такого сотрудничества как нельзя кстати пригодился Ларсу в процессе сочинения материала для первой программы замечательных дебютантов. Концептуальные выкладки альбома "Hinterland", по признанию участников группы, произрастают из богатейшего мелодического комплекса прогрессивной сцены 1969-1974 гг. Лиризм и мечтательность итальянцев, композиционная изобретательность англичан, характерные фьюжн-тенденции представителей северного звена - все это в итоге сформировало остов для будущих достижений наших героев.
Открывающая диск реприза "Serenade for 1652", с ветхой, напрямую заимствованной из семидесятых атмосферой (архаичные меллотроновые тембры подстраиваются под звучание струнных), важна не меньше, чем последующие пролонгированные эпики. Настроение, как ни крути, штука тонкая. А в случае с Wobbler оно определяет многое. Щедрая фантазия авторов позволяет разгуляться в 27-минутной титульной пьесе, переливающейся блаженными оттенками аналогового инструментария (перечень клавишных агрегатов маэстро Фрёйзли занимает пятнадцать позиций в буклете) и насыщенной хитроумными игровыми маневрами - от напевно-меланхоличных линий и психоделических ныряний в пространство меж сном и бодрствованием до гуттаперчевых приемов а ля Gentle Giant. Командный дух здесь по-особому силен: доверительно-шепчущая интонация вокалиста (Тони Йоханнессен из проекта The Guardian's Office) превосходно вписывается в палитру, где, помимо кудесника Ларса, правят бал басист/духовик Кристиан Карл Хальтгрен, гитарист Мортен Андреас Эриксен и ударник Мартин "Нордрум" Кнеппен + широкая компания гостей (флейтист, мастер барокко-гитары, перкуссионист и исполнительница на деревянных духовых). Невзирая на мозаичность полотен (мощные саунд-баталии чередуются с вкрадчивостью и интригующим сгущением красок в "Rubato Industry", да и ступенчатое развитие "Clair Obscur" происходит по чрезвычайно увлекательному сценарию), пятерка парней из города Хёнефосс свято следует традициям звуковых алхимиков прошлого, тем самым заново открывая слушателю всю прелесть классического прогрессива. Добро пожаловать в волшебство.

6 февр. 2011 г.

Marco Antônio Araújo "Lucas" (1984)

1984 год - пик активности Марко Антонио Араужо. Одна за другой выходят сразу две пластинки: "Animal Racional" - сборник лучших вещей с предыдущих программных релизов, и свежий альбом "Lucas", в противоположность насквозь академичному эксперименту "Entre Um Silencio E Outro" (1983), знаменующий возврат к электрическому саунду. На одном игровом поле вновь встретились ближайшие соратники Марко - гитарист Алехандре Араужо, флейтист Эдуардо Дельгадо и басист Айвэн Корриа. За фортепиано примостился Макс Магальес; синтезаторными аранжировками занялись Жозе Маркос Тейшейра и прославленный бразильский джазмен Нандо Карнейро; ударными завладел Линкольн Чейб, а партию виолончели доверили Жаку Мореленбауму из группы A Barca do Sol.
Диск, посвященный сынишке Араужо Лукасу, стал едва ли не лучшим творением маэстро за время его сольной деятельности. Тонкий, лучезарный симфонический прогрессив с примесью фольклора буквально пропитан красотой и вдохновением. В шестнадцатиминутной сюите "Lembranças" Марко сверкает всеми гранями своего композиторского таланта, демонстрируя чудо сопряжения разножанровых элементов, образующих яркую, предельно органичную инструментальную мозаику. Классические глубины сосуществуют на равных с прихардованным гитарным роком и пасторальным флером, вносимым духовыми. Изяществом и великолепной огранкой очаровывает этюд "Caipira", в котором едва заметный привкус народного творчества растворяется в мощной оркестровой канве и кружевных артовых пассажах. Основанием заглавной пьесы служит лирическая акустическая фреска, волшебно оттеняемая искусной синтезаторной капелью. "Para Jimmy Page", вопреки названию, больше походит на виртуозные фолковые номера позднего Гордона Гилтрэпа: это относится как к внутреннему построению, так и к технической стороне дела (фразировка и звукоизвлечение). Отдельного внимания заслуживают бонусы. Так, "Brincadeira" - зарисовка из числа ранних произведений Араужо, существующая в нескольких транскрипциях, но никогда не фиксировавшаяся им прежде; прелестный камерный дуэт для гитары и флейты, идеально годящийся для исполнения в филармонической аудитории. Схожего плана и последующий опус "Cavaleiro" с его отчетливым меланхолическим подтекстом. Замыкает картину "3rd Gymnopédie" из известной коллекции фортепианных набросков Эрика Сати; в бразильском прочтении клавишные отсутствуют полностью, а на ведущих ролях - виолончель, флейта и акустическая гитара. И надо сказать, такая раскладка значительно освежает приевшийся вроде бы эскиз, позволяя различить в его схематичных коллизиях некие дополнительные нюансы.
К сожалению, "Lucas" - последняя студийная работа Мастера. В 1985 г. Араужо везет свой бэнд на гастроли в США. Марко и Mantra с успехом выступают в Нью-Йорке. А 7 января 1986 г., в возрасте 36 лет гениальный уроженец Белло Горизонте умирает от сердечного приступа. Однако звуковые истории великого новатора продолжают жить, как и положено истинным актам искусства.

3 февр. 2011 г.

Paul Brett's Sage "Jubilation Foundry" (1971)

"Jubilation Foundry" - новая точка музыкального отсчета для ансамбля Пола Бретта. Уход флейтиста Никки Хиггинботтома, игравшего весомую роль в звуковой картине дебюта, серьезно повлиял на стилистический спектр лонгплея. Саунд обрел твердость, сделался роковым, не в последнюю очередь за счет пополнения штата аккомпаниаторов вторым гитаристом (по совместительству - пианистом) Стюартом Кауэллом. Разумеется, милые сердцу мастермайнда фольклорные настроения никуда не делись, однако сам подход к композиции претерпел изменения.
Открывающая диск пьеса "Cottage Made for Two" (автор - басист Дик Даффол) фокусируется на отменном мелодическом рисунке: лежащий в основе деревенский гитарный наигрыш обрамляется хитросплетением аранжировок (ответственный за оркестровое сопровождение пластинки - Майк Джиббс), включающих духовые, и роскошными вокальными гармониями участников квартета. Кантри-блюзовые интонации составляют сердцевину треков наподобие "Hold My Hand Mother", "Pasadena Days", "Good Old-Fashioned Funky Kind of Music", "Help Me Jesus!" и ряда других. Может сложиться впечатление, что четверка под руководством Пола внезапно воспылала любовью к американизированной разновидности рок-музыки. Однако следует иметь в виду следующий фактор: половина заявленных на "Jubilation Foundry" номеров принадлежит перу сторонних хитмейкеров вроде Джона Хатчесона и Стива Войса. Собственные же произведения Пола несколько отличаются по форме. Так, ровная, лирически выдержанная "Goodbye Forever" демонстрирует мотивный аккордовый бой вкупе с яркой певческой раскладкой "под Рода Стюарта". "I Fell So Far" Бретта и Кауэлла - это тот же кантри, но уже в сугубо английской транскрипции. Плюс легкое симфоническое вмешательство мистера Джиббса, придающее первоисточнику изящество и грациозность. Подлинно британским колоритом отмечена песенка "Written in Winter", текстовые нюансы которой свидетельствуют о значительном поэтическом даровании и без того сверхталантливого лидера бэнда ("The playpool is frozen, the swing seats are sleeping / Loneliness walks on the frost covered sand"). "Tuesday Evening" очаровывает искусно очерченным хоральным многоголосием, оттеняемым деликатной оркестровкой. Титульная вещь - своего рода эксперимент с растворением природного менестреля Бретта в канве тяжелого блюза; в принципе, неплохо, хотя по сути ничего новаторского тут нет. Отдельные бонусы как раз-таки позволяют почувствовать силу исконных сельских напевов, питающих творческие корни главного человека в коллективе; особенно хороша в этом отношении "Everlasting Butterfly", пленяющая живой, незамутненной красотой.
Итог: весьма недурственный акт. Без прогрессорства в чистом виде, зато с "изюминкой" фольклорного плана. Выбор за вами.

1 февр. 2011 г.

Quantum "Quantum" (1983)

Странное дело: в то время, как Европа и Соединенные Штаты погружались в пучину легковесного синти-попа, в Латинской Америке буйным цветом распускались музыкальные коллективы из когорты интеллектуальных. Одними из прогрессирующих "могикан" оказались пятеро бойцов клана Quantum. Эти замечательные бразильцы возникли на заре восьмидесятых. Костяк группы выглядел следующим образом: Фернандо Коста (клавишные), Рейнальдо Рана-младший (гитара, скрипка), Марко Россет (гитара, скрипка), Сергис Родригес (контрабас) и Пауло Эдуардо Наддео (ударные, перкуссия). К сожалению, "квантовый" век оказался недолгим: без малого два года существования да один безымянный альбом 1983-го года выпуска. Вот о нем и хотелось бы сказать несколько теплых слов.
Представленный на пластинке инструментальный симфонический арт-рок, с одной стороны, опирается на традиции, заложенные британскими первопроходцами (в частности, Camel), с другой же, демонстрирует особый лирико-романтический подход, свойственный прог-бригадам южноамериканского звена. Дебютанты показали себя достойными продолжателями творчества грандов, выдав вдохновенно-мечтательный релиз, под завязку наполненный сказочными интонациями. Отменны и композиционная составляющая, и высокий исполнительский класс. Сдвоенные гитарные партии задают тон большинству треков. Тут вам и драйв, и яркие соло, и тонкий, почти что хэккеттовский поэтический росчерк акустики, проникающий в душу. Грамотно выдержан баланс меж мягкой чувственностью клавишных и джаз-роковыми выкрутасами ритм-секции (в данном отношении характерна вступительная пьеса "Tema Etéreo"). В любопытной зарисовке "Acapulco" фактор энигматики соседствует со смысловой просчитанностью симфо-фьюжн элементов. Genesisовские приемы дают себя знать в ярком номере "Inter Vivos"; эмоциональность, помноженная на классические мотивы, рождает на свет дивный этюд "Sonata"; ну, а пиком лонгплея выступает гиперкомплексная титульная вещь - практически хрестоматийный образец жанра. Вышедшая в 1993 г. CD-версия также содержит бонус-трек "Presságio", оформленный в ходе работы над материалом ко второму альбому, не изданному официально. Правда, некоторое количество копий с него было растиражировано на компакт-кассетах, моментально разошедшихся в среде поклонников команды.
Десятью годами позже двое из бэнда (основной автор репертуара Фернандо Коста + Рейнальдо Рана-младший) при поддержке гостевых музыкантов и свободного вокалиста записали диск "Quantum II" (1994), который в сравнении с оригинальной программой ансамбля проигрывал по всем показателям. Искусственное неопроговое звучание клавишных при полнейшем отсутствии гитар не произвело никакого впечатления на любителей Quantum 1980-х. В результате лидеры новоявленного проекта приняли единственно верное решение о самороспуске. Оно и понятно: в одну реку невозможно войти дважды. Что же касается представленного здесь диска, то его я искренне рекомендую всем ценителям инструментального прогрессив-рока.