20 мар. 2006 г.

THE ENID: МЕЛОДИИ ЛЕТНИХ ЗВЕЗД

Прежде, чем начать рассказ об одной из самых уникальных команд на мировой арт-роковой сцене, следует остановиться вот на каком моменте. Ведущие музыкальные издания и сайты формально причисляют группу к разряду «симфонический прогрессив». Вроде бы, верно. Но в той же категории фигурируют Yes, Genesis, Gentle Giant, Camel и многие другие титаны, чьи имена на слуху у каждого уважающего себя меломана. Ни в коей мере не умаляя заслуг общепризнанных монстров 1970-х (да и 1990-х тоже), я все-таки позволю себе заметить, что композиционно-исполнительский уровень The Enid подразумевает их обособленность от сонма остальных коллективов. По звучанию это не просто симфоник-прог в общепринятом понимании термина, а подлинно оркестровый рок, оригинальный и самобытный, обязанный своим рождением выдающейся личности – Роберту Джону Годфри, виртуозному органисту и одному из лучших композиторов Великобритании.


1. Прелюдия

Роберт Дж. Годфри явился миру 30 июля 1947 г. Взросление доблестного уроженца графства Кент проходило далеко не безоблачно. Бурный темперамент вкупе с несносным характером – причина, по которой в 1959 г. Роба определили в общественную школу-интернат для трудных подростков в поместье Финчден (Finchden), расположенном в довольно болотистой местности. В отличие от большинства подобных заведений, здесь царили не жестокость и рукоприкладство, а чуткость, любовь и творчество. Тому немало способствовал заведующий школой Джордж Лиуард (George Lyward), по признанию маэстро, «величайший человек, которого я когда-либо знал».
Именно здесь у юного Годфри обнаружился талант пианиста.
Поначалу уроки фортепиано мало привлекали Роберта. Он лихо наяривал на клавишных мелодию национального гимна, однако дальше этого дело не шло. Куда больше вдохновляли юношу мощные тембры органа под сводами местной церкви, посещаемой воспитанниками интерната по воскресным дням.
Все изменилось, когда Роб увидел в действии Джорджа Харвуда, молодого выпускника поместья Финчден, состоявшего в штате его сотрудников и мечтавшего о карьере концертирующего пианиста. Тот блестяще справлялся с самыми виртуозными пьесами Шопена и Листа, повергая сердца слушателей в священный трепет. Другими образцами к подражанию стали частый посетитель школы польский пианист Андре (Анджей) Чайковский и семнадцатилетний интеллектуал Барнаби, лучший из музыкантов интерната. А уж когда Годфри, переключая ТВ-каналы, наткнулся на вдохновенное исполнение 3-го концерта Рахманинова, подсознательная тяга к клавишным дала себя знать. Роберт стал заниматься как одержимый. Пресловутой «ложкой дегтя» по-прежнему оставалось неумение дисциплинировать разум, а потому всякому методическому заучиванию Годфри предпочитал импровизацию.
И еще один примечательный факт из биографии маэстро: огромное впечатление произвела на паренька запись второго фортепианного концерта Брамса в исполнении Святослава Рихтера. «Я по-настоящему влюбился в это. Здесь было все, что мне так нравилось: мощь—драматизм—эмоции—глубина...». С этого момента, по согласованию с руководством школы и окружным начальством, Роберт стал изучать основы теории и техники игры с отдельно приглашенным педагогом – преподавателем Королевского музыкального колледжа, слушателем которого Р. Дж. Годфри сделался в 1963 г.
Во второй половине 1960-х Годфри посещает занятия в Королевской академии музыки в Лондоне. Кажется, все идет превосходно. И тут, как гром средь ясного неба, – знаменитое «лето любви». К всеобщим любимцам Beatles прибавились харизматичный виртуоз Джими Хендрикс и яркие экспериментаторы Pink Floyd. Энергия рока оттесняет консерваторию на задний план.
В нарождающейся волне прогрессивной рок-музыки Роберт Годфри освоился быстро и легко. Случай сводит его с ансамблем Barclay James Harvest, и в августе 1969 г. он работает в студии Престон Хауз над симфоническими аранжировками произведений группы. Под его руководством трудятся классические музыканты, участники оркестра The New Symphonia, чье название будет увековечено в 1974 г. на обложке альбома арт-рокеров Caravan.
В 1971 г., расставшись с BJH, Годфри некоторое время выступает в составе группы Siddhartha. Знакомство с Тони Стрэттон-Смитом, главой лейбла Charisma, оборачивается контрактом на запись сольного альбома. И в 1972 г. Роберт вплотную приступает к работе над собственным первенцем.
“Fall of Hyperion” увидел свет в 1974 г. Навеянный поэзией Китса, этот альбом, по сути, заложил основу стилистики будущих The Enid. К работе над симфонической поэмой Роберт привлек вокалиста Кристофера Льюиса (автор лирики), бас-гитариста Нейла Тейтлоу, гитариста Джима Скотта, перкуссионистов Тристана Фрая (позднее – в Sky) и Ронни МакКри, органиста Найджела Мортона. "Падение Гиперона" своего рода апофеоз классической мысли. Обилие впечатляющих фортепианных пассажей (порою вполне в манере Рахманинова), детальная проработка композиционных планов, масштабные клавишные оркестровки, высокий полет духа, наконец. Консерваторское образование «идейного центра» пластинки сквозит в каждом мелодическом нюансе. И слушая, как-то забываешь о ритм-секции, электрогитаре, певце Льюисе, чей вокал недурен в верхнем регистре (в среднем же довольно посредственен). Объемная фигура мастермайнда ансамбля затмевает собою всех. Это его бенефис, и Годфри неудержим. Сорок минут демонстрации виртуозного владения чистым фоно с лихвой окупают годы отсутствия подобного самовыражения в рядах The Enid (там оно ни к чему). Рисунок любой из представленных пьес самостоятелен, вариантов для сравнения нет. Поистине величава завершающая “The Daemon of the World” с ее эпическим размахом, напластованием саунд-эффектов, внезапно врывающимся «голосом» настоящего соборного органа… Долго расточать похвалы не буду, и выскажу мнение: с музыкальной точки зрения альбом безупречен, одна из сверкающих вершин оркестрового прога. Высший пилотаж.
Остается лишь добавить, что «Падение Гиперона» композитор Годфри посвятил памяти Джорджа Обри Лиуарда, основателя школы в Финчдене, скончавшегося в 1973 г.
Эта нежданная смерть поставила точку в истории поместья; официальная версия – недостаток финансирования школы. В качестве прощального подарка для всех воспитанников интерната неутомимый Годфри организовал концертное мероприятие под названием «Поиски Святого Грааля». Активными помощниками Роберта в этом деле выступили два питомца Финчдена – Стивен Стюарт и Фрэнсис Ликериш. За плечами лондонца Стюарта были годы занятий скрипкой и уроки классической гитары. Ликериш также имел опыт в деле обращения с 6- и 12-струнными инструментами, а вдобавок играл на флейте. Вот с этими-то молодыми людьми Р. Дж. Годфри и замыслил сколотить рок-ансамбль. Шел июнь 1973 года.


2. Under the Summer Stars
Новичков взял под свою опеку добрый друг всех прогрессив-рокеров Туманного Альбиона Тони Стрэттон-Смит. Дебютный альбом, над материалом которого кропотливо трудились Годфри сотоварищи, замышлялся как продукт лейбла Charisma. На репетиционной стадии к трио подключились вокалист Питер Робертс, бас-гитарист (по совместительству трубач и клавишник) Глен Толлет и ударник Дэйв Стори. Работа кипела, но в праздничную декаду нового 1975 года случилась трагедия: певец Робертс свел счеты с жизнью.
Оправившись от столь внезапного подвоха судьбы, Годфри принял историческое решение: «Отныне будем функционировать в качестве инструментального коллектива, ибо Питера заменить некем».
Однако на том неприятности не закончились. Когда альбом был фактически завершен, лейбл отказался издавать его, мотивируя сие отсутствием необходимых средств. Что и говорить, ситуация отчаянная. Надо отдать должное Роберту, он не спасовал и тут. После годичной волокиты, улаживания различных юридических и финансовых аспектов “In the Region of the Summer Stars” выпустила независимая контора BUK Records. Несколько слов о самом релизе.
Записанный в течение зимы—весны 1975, дебютный альбом The Enid – безусловный шедевр мирового симфонического прогрессива. От последующих творений команды он отличается прежде всего плотным, местами тяжелым рОковым звуком. Но главное, конечно же, музыка. Инструменталисты постарались на славу, совместив романтическую возвышенность и нежность клавишных этюдов, в которых чувствуются влияния Форе, Малера, Рахманинова и Дебюсси, с оркестровой мощью и замечательными сдвоенными гитарными партиями, придающими особый шарм всей пластинке в целом. Кстати, любопытный момент: изначально “In the Region of the Summer Stars”, концепция которого зиждилась на символике отдельных карт из колоды Таро, должен был называться “Voyage of the Acolyte”, но из-за возникших проблем, связанных с переходом под крыло BUK Records, право на заглавие осталось за шефами Charisma. А идею подарили Стиву Хэкетту, в результате именно так нарекшему свое детище.
Изданный на CD в 2001 г. альбом содержит перезаписанную в 1984 г. (в связи с недоступностью руководителю ансамбля Р. Дж. Годфри оригинальных мастер-лент) оцифрованную версию пластинки. В качестве бонусов прилагаются два трека, исполненные в 1976 г.: “The Judgement” (переработанный вариант композиции “The Last Day”, основанной на мотиве реквиема Dies Irae из латинской мессы; эту мелодию также можно услышать на альбоме «Nexus» небезызвестных арт-рокеров Argent) и удивительно светлая “In the Region of the Summer Stars”, пленяющая своим сказочным колоритом.
В 1977 г. BUK Records реализовала еще две версии альбома, различающиеся оформлением, а в качестве сингла-приманки руководство лейбла выбрало “The Lovers / In the Region of Summer Stars”. Запись получила распространение в среде лондонского рок-андеграунда (особенно успешно пластинка покупалась завсегдатаями знаменитого клуба Marquee). И когда дело дошло до живых представлений, The Enid с блеском продемонстрировали, на что способен их рок-оркестр без всякого намека на студийные ухищрения. Не иначе как триумфальным можно назвать выступления команды на традиционном Reading Festival, где музыканты шесть раз (!) вызывались на бис. Правда, Роберту и Кº поначалу изрядно досаждали проблемы с менеджментом, но в конце концов эти «издержки производства» удалось разрешить.
К моменту записи второго альбома в стане The Enid обозначилась легкая ротация кадров. Покинувший группу мультиинструменталист Толлет был заменен Чарли Элстоном. Впрочем, ненадолго. Бедняга Элстон, хоть тресни, не мог запомнить возложенных на него дополнительных клавишных партий, а потому вскоре вакантное место занял Уильям Гилмор (впоследствии – клавишник и ведущий композитор симфо-проговой формации Craft, записавшей единственную пластинку в 1984 г.). Бас-гитаристом команды после небольшой перетасовки стал Терри Пэк.


Осенью 1977 г. не поддавшиеся панк-аттаке меломаны всея Англии пополнили коллекции винила воистину чудесным альбомом, каковым явился “Aerie Faerie Nonsense”.
Как и предшественник, этот симфонический рок-шедевр также основывался на единой концепции – средневековой истории о похождениях бравого рыцаря Роланда. Жемчужиной диска можно считать состоящий из 4-х частей эпик “Fand”, отныне сделавшийся своеобразной «визиткой» группы. Идею этой внушительной композиции Р. Дж. Годфри почерпнул из симфонической поэмы “The Garden of Fand” (1916) сэра Арнольда Бакса (1883—1953). Возросшее мастерство наиболее молодых участников ансамбля позволило выкристаллизоваться специфическому саунду The Enid, на долгие годы вперед определившему лицо коллектива. Его отличительные черты – изобретательные, правдоподобно звучащие оркестровые партии, которые Роберт выстраивал с помощью различных клавишных синтезаторов типа Korg Oberheim, ARP Odyssey и др., а также парящие гитары Стивена и Фрэнсиса, тонко гармонизирующие полифоническое великолепие, создаваемое лидером The Enid. Замечу, что в дуэте Стюарт—Ликериш первый со временем занял ведущую роль (хотя техника игры, основанная на оригинальной “артистической” манере звукоизвлечения, у обоих родственна). Впрочем, не будем умалять заслуг его коллеги и друга, поскольку все наиболее значительные композиции альбома были сочинены равноправным авторским трио (Г.—С.—Л.), а к прологу эпической “Fand” Ликериш даже написал небольшой стихотворный этюд. Так или иначе, изысканное неоклассическое пиршество, ожидающее слушателя при знакомстве с “Aerie Faerie Nonsense”, обязано своим появлением всем членам группы. Попутно стоит обозначить один маленький нюанс: на компакт-диске, изданном в 2002 г. лейблом Inner Sanctum, вместо оригинальной версии поэмы представлены две более поздние – 30-минутная образца 1985-го, перезаписанная тандемом Годфри—Стюарт, и 25-минутная, исполненная в 1999 г. Робертом при помощи новых участников The Enid – гитариста Гранта Джеймисона, ударника Криса Норта и бас-гитариста Макса Рида. Объясняется камуфлет все теми же проблемами с менеджментом и невозможностью заполучить мастер-ленту с искомой записью.
Благодаря стабильному успеху “Aerie Faerie Nonsense” дела у группы налаживаются. По результатам опроса читателей музыкального издания “Sounds”, ансамбль Роберта Дж. Годфри признается наиболее новаторским и многообещающим. И весьма забавным (если не парадоксальным) с высот дня сегодняшнего мнится факт появления у The Enid поклонников в панк-сообществе. Что ж, и на старуху бывает проруха.
Ближе к зиме 1978 г. коллектив во главе с менеджером Терри Кингом перебрался в стены звукозаписывающей компании PYE Records. Под эгидой данного лейбла в 1979 г. было издано третье творение The Enid с несерьезным названием "Touch Me". К конгломерату Годфри—Стюарт—Ликериш—Гилмор—Пэк—Стори добавился гостевой участник – духовик Тони Фрир, отвечающий за гобой и английский рожок. Таким образом, и без того насыщенная до предела звуковая палитра ансамбля засверкала новыми бликами. Несмотря на предоставленное музыкантам роскошное записывающее оборудование, работа над альбомом складывалась непросто, поскольку боссы PYE Records требовали от Роберта программы, сопоставимой по уровню с “Aerie Faerie Nonsense”, а то и превосходящей ее.
До шедевра “Touch Me” все же не дотянул. Твердые пять баллов без плюса. Пластинка демонстрирует определенную зрелость и возросшие композиторские амбиции основных инструменталистов. К сочинению музыки вплотную подключился Уилл Гилмор, соавтор (наряду с Годфри и Ликеришем) открывающей альбом бодрой «Humoresque», не менее резвой “Gallavant” с ее бесподобными симфоническими наслоениями и феерическими пассажами в духе классиков венской школы, а также заключительной части полупсиходелического (новинка!) опуса “Albion Fair”, где Годфри сталкивает лбами пространную образность космоса с оркестровой конкретикой и прогрессивными рок-элементами. Релиз определенно получился, однако воздушной легкости предыдущего magnum opus на сей раз не наблюдалось.
В течение весны 1979 г. группа ведет активную концертную деятельность. Живые выступления The Enid неизменно собирают многотысячные аудитории. В марте команда дает несколько представлений в прославленном лондонском зале Hammersmith Odeon, а телевидение BBC транслирует совершаемое там псевдо-оркестровое безобразие. Лавину симфонических звуков Годфри воссоздает на сцене при помощи Тони Фрира, Мартина Уоллиса, а также Мэттью Мэннинга, прошедшего выучку у филиппинских лекарей-хилеров (позднее Роберт поможет записать ему несколько альбомов с музыкой для релаксации), и некоего Дина, чья фамилия затерялась в анналах истории.
В августе—сентябре того же года Enidовцы заперлись в студии и приступили к сотворению очередного нетленного альбома. Но перед этим мастермайнду ансамбля пришлось срочно искать замену невесть куда сгинувшему бас-гитаристу Пэку. На освободившееся место ввели Мартина Рассела, помимо прочего обладающего клавишными талантами. С ударными также случилась заминка, и здесь на помощь пришел Робби Добсон.
"Six Pieces" (1980) явился предпоследним релизом The Enid, выпущенным под маркой лейбла PYE Records (последним стал сборник “Rhapsody in Rock”, изданный в 1980 г., когда в отношениях директоров PYE и членов группы была поставлена точка). Впервые к процессу сотворения композиций подключились все музыканты состава. Отсюда некоторая эклектичность материала. Наработки прошлых лет и достигнутая некогда инструментальная спаянность были принесены в жертву… а вот чему, не очень-то ясно.
В центре открывающей диск “Punch & Judy Man”, сочиненной Гилмором и Годфри, идея единства противоположностей. На звуковом уровне это выражалось в контрастном соотношении напористых агрессивно-скоростных пассажей Уильяма и нежнейших этюдов Роберта. Своеобразная дуэль органистов при поддержке команды инструменталистов-болельщиков заканчивалась полнейшим перемирием. Номер “Once She Was”, принадлежащий перу дуэта Рассел—Годфри, в основе своей имел традиционную мелодию “Scarborough Fayre”. Воздушная оркестровая композиция, в которой явственно различим английский средневековый привкус, под занавес обретала тяжеловесность, покрывалась броней доспехов, до конца, впрочем, не маскирующих почти детские любопытство и задор. Бравурная и несколько суматошная “The Ring Master” с кучей ритмических сбивок и разнокалиберных мотивационных ходов – результат коллективного труда Рассела—Годфри—Гилмора—Добсона. Окрашенная в возвышенные тона “Sanctus”, написанная клавишным трио, послужила своеобразным трамплином для Гилмора и Рассела, от которого они оттолкнутся позднее в рамках собственного проекта Craft. Что касается композиторских талантов ветеранов-основателей Стюарта и Ликериша, то первый сумел раскрыться на “Hall of the Mirrors”, где в качестве рассказчика выступает острое жало гитары, обрамленное оркестровыми кружевами, а Фрэнсис проявил себя на треке “The Dreamer”, доведенном до ума Робертом Годфри и Робби Добсоном. Здесь хаотичное, психоделического свойства intro перетекает в размеренный романтизм: фортепиано, синтезаторы, выпуклый бас и, конечно же, плавные гитарные партии. Несмотря на привлекательность отдельных вещей, особая магия, свойственная концептуальным шедеврам The Enid второй половины 1970-х, улетучилась в неизвестном направлении.
За выпуском альбома последовало затяжное турне, по завершении коего Фрэнсис Ликериш и Уильям Гилмор (оба – по семейным обстоятельствам) покинули группу. Неумолимый рок-кризис 1980-х перешел в открытое наступление. И сложно было устоять пред его агрессивным натиском.


3. Elephants Never Die
Новое десятилетие пагубно отразилось на судьбе The Enid: братство единомышленников распалось на части и фактически перестало существовать. В 1981 г. Годфри и Стюарт удалились из Лондона в сельскую местность, а точнее на ферму Claret Hall в Суффолке, и спустя некоторое время организовали здесь звукозаписывающую студию The Lodge. Друзья-совладельцы полностью отдались своему новому детищу: в качестве звукоинженеров и сессионных музыкантов они приступили к работе с клиентами, в числе которых фигурировали певицы Ким Уайлд и Мэри Уилсон.
В 1982 г. Томми Вэнс, ведущий Friday Rock Show (Radio 1), запустил в эфир 19-минутную версию симфонической поэмы “Fand”, записанную тремя годами ранее на выступлении группы в Hammersmith Odeon, сопроводив таким комментарием: «На мой взгляд, Роберт Джон Годфри один из величайших композиторов нашей страны за всю ее историю…». Подавляющее большинство радиослушателей поддержало мнение ди-джея.
Не возьмусь утверждать, что именно это событие явилось толчком к реформации, однако факт остается фактом: в 1983 г. Годфри с верным напарником Стюартом возрождают The Enid. На каком-то этапе к репетициям присоединился клавишник/бас-гитарист Мартин Рассел, внесший лепту в сочинение композиции “Jessica”. Но вскоре он покинул коллектив окончательно, двинув стопы в сторону основанного Уиллом Гилмором прог-ансамбля Craft. Посему свой первый «независимый» альбом группа записывала в составе трио: Р. Дж. Годфри – клавишные, вокал, Стивен Стюарт – гитара, бас, вокал, Крис Норт – ударные, перкуссия.
"Something Wicked This Way Comes" (1983) открыл новую веху в биографии The Enid. Полноформатные симфонии, рассчитанные на интеллектуального слушателя, уступили место песенным номерам. Хотя, справедливости ради, отмечу, что оркестровый принцип сотворения мелодий никуда не исчез. Годфри и Стюарт вышли на тропу эксперимента, скрещивая различные музыкальные стили и жанры в причудливых вариациях. Сквозной концепцией пластинки стали размышления на тему незащищенности человечества пред лицом ядерной угрозы. Начало альбома – вычурная симфоническая психоделия “Raindown” с разномастными звуковыми эффектами и непривычным вокалом Роберта, подкрашенным вокализом Стивена. В красивейшем инструментальном опусе “Jessica” легкая фолковая мелодика плавно трансформируется в изысканный неоклассический рисунок, отсылающий к временам “In the Region of the Summer Stars”. “And Then There Were None” воспринимается как песенка из гипотетического мюзикла, очаровывая шикарным распределением голосовых партий, исполненных с необходимой толикой драматизма. В сдержанно-меланхоличной “Evensong” Годфри мастерски синтезирует соло на «трубе» в дуэте с гитарой Стюарта и оркестровым сопровождением. Этот, несомненно, один из лучших инструментальных этюдов за всю историю группы, получает логическое продолжение в не менее классном номере “Bright Star”, где симфонические ингредиенты соседствуют с элементами спейс-рока. “Song for Europe” заключает в себе маршевые структуры с тяжеленными риффами, гудящими фанфарами и сметающими все живое ударными. Финальная 10-минутная “Something Wicked…” открывается мягким джазовым фоно и блюзовой гитарой, а далее следуют вокальные экзерсисы обоих сочинителей, хард, симфо, романтический балладный антураж и неуловимо знакомое нечто, так часто присущее рок-операм. Достойное завершение альбома, вполне способного претендовать на звание музыкального шедевра 1980-х (CD-издание 2002 г. украшено гордым подзаголовком “20th century masterworks”).
Яркая саунд-палитра и превосходная мелодика “Something Wicked…” сделали пластинку крупнейшим коммерческим достижением ансамбля. В течение года The Enid дают 156 представлений по всей Великобритании, у группы появляется фан-клуб. Поймав наконец-таки фортуну за хвост, компаньоны издают двойной концертный “Live at Hammersmith”, включающий треки с выступлений The Enid образца 1979 года.
В 1984 г. на собственном лейбле The Stand Годфри и Стюарт выпускают перезаписанный вариант дебютного “In the Region of the Summer Stars”. А поздней осенью на прилавках музыкальных магазинов появляется шестой по счету студийный альбом команды под названием “The Spell”.
На очередном программном релизе маэстро воплотил свое видение смены сезонов. «Времена года» Р. Дж. Годфри озвучил при помощи Стивена Стюарта, бас-гитариста Глина Эванса и старого знакомого – ударника Дэйва Стори.
“Winter” – тревожное оркестровое интро получает неожиданно мощное развитие. Чародей клавиатуры Роберт погружает слушателя в океан настроений, образов и соцветий: журчание арфы, размашистая симфоническая поступь, наслоения псевдо-струнных… При этом хитрюга Годфри умудряется оставаться приверженцем пронзительного лиризма, смело прокладывающего дорогу сквозь самые мрачные уголки звукового пейзажа. “Spring” – к действиям органиста подключаются другие участники. Звонкое акустическое треньканье гитары Стюарта невесомым эхом кружится подле основной мелодической линии, выводимой мастермайндом The Enid. Вальсовый проигрыш – и снова ритмичный калейдоскоп разнообразных шумовых эффектов, потусторонних отголосков и мечтательно настроенных клавишных. Удивительная композиция, чем-то напоминающая отдельные сочинения Г. Свиридова. “Summer” изначально подается как фортепианный этюд с легкой атмосферной подсветкой. Роберт еще раз убедительно доказывает свою состоятельность в деле написания романтической классики. Но вот трубят фанфары и в ход вступают вокальные резервы маэстро, производящие странное мультяшное впечатление. В структуре «Лета» переплетаются такие несовместимые, на первый взгляд, музыкальные течения, как ритмы регги, «белый» блюз-рок и европейская сонатная традиция. Легкомыслие солнечных дней разрушает “Autumn”, где наметившаяся оркестровая напряженность транскрибируется в почти вангелисовскую воздушность. Несуетную сказочную нежность вновь закрывают тучи, призванные развеять иллюзию счастливого финала. И все же сквозь непогоду и хмурь прорастают мажорные ноты, внушая: будет лучше. Outro.
Ритмично-истеричный номер “Elephants Never Die” наряду с поп-психоделической составляющей несет в себе латиноамериканский колорит. Незамысловатая инструментовка, дурашливый текст и невесть зачем вплетенный в музыкальный ряд фрагмент уже знакомой мессы Dies Irae. Закрывает альбом “The Sentimental Side of Mrs. James”, изначально предназначавшаяся друзьям Роберта в качестве музыкального подарка на свадьбу. Слова добавились позже, когда молодое семейство потеряло ребенка. Досочиненная при помощи Стюарта, эта печальная баллада стала своеобразным трибьютом...
С выходом пластинки The Enid разворачивают активную концертную деятельность. Выступления группы привлекают не только меломанов-интеллектуалов, но и телевизионную бригаду BBC, что наглядно демонстрирует DVD “Something Wicked This Way Comes: The Enid at Home & On Stage” (2004).
Диск содержит материал, отснятый английским ТВ в 1984 г. Два музыкальных представления: на ферме Claret Hall – задворках звукозаписывающей студии The Enid и традиционном рок-фестивале Glastonbury, проходящем в Стоунхендже. Основу первого концерта составили композиции с альбома “Something Wicked This Way Comes” (исключение – открывающая шоу эпическая “Fand” с волшебного “Aerie Faerie Nonsense”). Могучий потенциал Enidовцев раскрывается здесь во всей красе. Что касается выступления в Стоунхендже, то, помимо трех вещей с уже упомянутого “Something Wicked…”, оно включает песенку “Summer” с альбома “The Spell” и, на радость всем поклонникам коллектива, аж четыре композиции с дебютного “In the Region of Summer Stars”. На закуску маэстро отчебучивает что-то совсем из ряда вон выходящее: под рок-н-ролльные раскаты тяжеловес Годфри прыгает по сцене, горланя бессмертный хит Чипа Тейлора “Wild Thing”, заводя публику и себя заодно. В общем, такое лучше увидеть самим.
За период 1984—85 гг. лейбл The Stand реализует два лимитированных издания, предназначенных членам фан-клуба (на них включены несколько треков, не вошедших в официальные альбомы The Enid), а также выпускает отдельной пластинкой новую версию симфонического опуса “Fand”.
В октябре 1985 г. Годфри и Стюарт приступили к работе над очередным диском. “Salome” (1986) – своего рода «infant terrible» в дискографии коллектива. Записанный при поддержке ударников Стори и Норта, альбом основывался на концепции известной ветхозаветной истории о коварной капризнице Саломее. Три продолжительных эпических трека явили слушателю другую ипостась The Enid.
Лирическая поэма Р. Дж. Годфри “O Salome” несла в себе танцевальные ритмы в духе «new wave» с минималистским синтезаторным обрамлением, незначительными симфоническими фишками и непривычно низким вокалом Стюарта, напоминающим по своей подаче David Gahan из Depeche Mode. Предельно ровная ритмика, без сбивок и развития. Абсолютно ничего от рока, и уж тем более – от прогрессива. “Sheets of Blue” – эдакий оркестровый нью-эйдж. Влияние музыки ambient, расслабленные джазовые гармонии… Реминисценции с прежними The Enid прорываются лишь в редких гитарных вспышках Стивена и неоклассических нюансах клавишных Роберта. Заключительная трилогия “Dance Music” (The Change—The Jack—Flames of Power) подобна хамелеону. В первой части отрешенный голос Годфри шаманит на фоне дробного ритма (своеобразный вариант пляски дервиша), а после кульминационного стихийного взрыва ethereal voice маэстро неспешно реет в нежном оркестровом пространстве. Особенно хочется выделить поразительно отточенное и целостное симфоническое звучание, достигнутое в этом фрагменте.
Осенью того же года “Salome” был представлен в качестве музыки к современному балету на сцене лондонского “Hammersmith Odeon”, после чего команду Роберта Годфри в эфире Radio 1 нарекли «самой культовой европейской группой». В ноябре 1988 г. The Enid дали пару успешных концертов в London Dominion Theatre, где тандему Годфри—Стюарт аккомпанировали Найалл Фельдман (бас), Дэмиен Риздон (ударные, перкуссия), Трой Донокли (духовые), Джеральдина Коннор (вокал) и Роберт Перри (клавишные); результатом выступления стала пластинка “Final Noise” (1989). А затем Стивен Стюарт принял решение покинуть The Enid, чтобы целиком сосредоточиться на карьере студийного звукорежиссера. В истории коллектива наступил «ледниковый период», однако никто из участников ансамбля и не думал порывать с музыкой. Годфри и Стюарт продолжили сотрудничество в рамках одноименного (точнее, однофамильного) проекта.
"The Seed & The Sower" (1988) – одна из самых путанных глав в истории The Enid. Многие почитатели группы до сих пор не решили: считать ли его номерным релизом в дискографии любимой банды (первое издание на CD было украшено типично Enidовой «шапкой»), либо рассматривать как прощальный акт взаимодействия двух основных направляющих – композиторского тандема Годфри—Стюарт? Единственный, не вызывающий разногласий момент заключается в том, что сюжетная канва диска базируется на одноименной книге Лоренса ван дер Поста. В музыкальном же отношении мы имеем совершенно несвойственный для эпохи поздних восьмидесятых продукт. Зрелый, богатый оттенками, поразительно красивый и глубокий симфонический арт. И если первая вещь “Chaldean Crossing” с незатейливыми для такого аналогового мастодонта, как Р.Дж. Годфри, синтезаторными переливами, еще навевает мысли о помеси «новой волны» с элементами нью-эйдж, то далее наступает невыразимый словами момент блаженного просветления. Галерея совершенно ирреальных в своем великолепии образов, которые после монотонного эксперимента в виде пластинки “Salome” (1986) иначе как чудом не назовешь. Роберт выдал нечто, граничащее с гениальностью. Поиски оптимальной звуковой формы для воплощения заданной концепции увенчались балансом меж тонкой, бесконечно изящной атмосферной игрой и полифонической оркестровой мощью. Берущие за душу партии духовых от Троя Донокли (позднее работал в команде Iona), маленькие перкуссионные хитрости Дэмьена Риздона, ну, и конечно, знакомая гитара Стивена Стюарта – ближайшего сподвижника/соавтора маэстро Годфри. В сравнении с лучшими программами The Enid периода 1970-х “The Seed & The Sower” выглядит ничуть не слабее, а, быть может, более убедительно и ярко. Верные поклонники коллектива удостоились по-настоящему королевского подарка.
Что касается 19-минутного бонуса “Reverberations”, то его как раз уместно будет поставить в ряд с упомянутым выше “Salome”. Астральная псевдо-оркестровая соло-медитация Роберта Годфри несет на себе печать минимализма. Слушать ее небезынтересно, но после феерического содержимого главной альбомной части сильного эффекта данная эпическая тема не производит.
Помимо этого перу творческого дуэта принадлежат сюита “Joined by the Heart”, в которой, наряду с изящными оркестровками и астрально-авангардными веяниями, отразилось увлечение Стива так называемой “biological Earth-music” (различные части этой композиции присутствуют в виде бонус-треков на CD-версиях альбомов The Enid “Touch Me” и “Six Pieces”). Оба музыканта участвовали в работе над диcком “Electric Gypsies” гитариста/вокалиста Bernie Tormé. Стюарт сотрудничал с Katrina And The Waves, New Model Army, Christian Death и Conflict. Р. Дж. Годфри занимался самыми разными сайд-проектами: от записи альбомов в стиле «нью-эйдж» до консультирования нашего именитого соотечественника Алексея Рыбникова в период его европейских гастролей с рок-оперой «Юнона и Авось».
В 1989 г. Роберт ликвидировал студию в Суффолке и перевел ее в Нортхэмптоншир. Здесь в сферу внимания Годфри попали несколько молодых ребят, работавших как в жанре танцевальной, так и альтернативной музыки. Взаимодействие с юными дарованиями посеяло в душе маэстро робкую надежду на возможную реанимацию The Enid (не лишним будет упомянуть, что один из студентов Роберта делал acid house ремиксы классических треков команды). В 1991 г. с несколькими подопечными он организовал группу Come September, записавшую мини-альбом “Half An Hour In The Jungle” и вскоре благополучно распавшуюся. Последовал год раздумий, за который мистер Годфри успел сотворить клавишно-оркестровые аранжировки для EP “As I Die” дэт-металлеров Paradise Lost.
1993 год ознаменовал воскрешение легенды. Время было выбрано удачно: прогрессив-рок переживал второе рождение. Состав The Enid теперь выглядел следующим образом: Роберт Годфри (клавишные), Ник Мэй (гитара), Гари Мендел (бас) и Уэйн Кокс (ударные). В процессе студийной работы над новым альбомом были привлечены дополнительные силы в лице бас-гитариста и певца Макса Рида, а также ударника Стива Хьюза.
“Tripping the Light Fantastic” (1994) – восьмая позиция в дискографии уникального ансамбля, если не считать многочисленных компиляций и концертных программ. Что имеем? Прежде всего, отказ от песенной структуры. Вокализ, обработанный с помощью chorus-эффекта, содержится лишь в “Ultraviolet Cat”, где легкая задумчивость на танцевальном фоне соседствует с «текучей» мелодикой клавишных и плавной гитарой, этническими вставками и моментами chill-out music. Приятная трансовая вещица, со вкусом аранжированная мастером своего дела. “Little Shiners” – неторопливый вальс, идеально подходит к уютной беседе при свечах. В “Gateway” пафосная оркестровая бравада ударной мощью обрушивается на успевшего расслабиться слушателя. Отдельное спасибо гитаристу Нику Мэю, чья манера солирования в данной композиции напоминает о Дэйве Гилморе. “Tripping the Light Fantastic” – резвые пробежки синтезированных флейты и струнных. Оркестр Р. Дж. Годфри за компанию с группой выводит яркий и привлекательный рисунок, в чем-то перекликающийся с творчеством латвийцев Зодиак. Но окончательное пробуждение старых добрых The Enid наступает в “Freelance Human”. Романтика и тревога, спаянные воедино. Многослойный симфонический пирог с великолепным крещендо на пике эмоций. “Dark Hydraulic” – космизмы пульсирующей электроники с оркестровыми обертонами и темным колоритом. А в довершение картины – “The Biscuit Game” – лучший опус на диске, выдержанный в традициях ранних альбомов, по окончании которого, повысив уровень громкости, можно услышать урок английского языка для испаноговорящего населения.
Спустя четыре года на свет появился “White Goddess”. В составе музыкантов произошли перемены. Теперь вместе с Робертом играли гитаристы Грант Джеймисон и Макс Рид (по совместительству – бас-гитара и хоровые партии) плюс ударник-ветеран Дэйв Стори. «Белая богиня» – наиболее цельная и зрелая из поздних работ группы. Романтическая классика Р. Дж. Годфри, выраженная посредством рок-инструментария. Никакого заигрывания с дискотечными ритмами, крайне серьезный и ответственный подход к сочинению каждого из треков, названия которых говорят сами за себя: “Prelude”, “Fantasy”, “Riguardon”, “Sarabande”, “Waltz”, “Ballade”, “Gavotte”, “Chaconne”, “Gigue”, “Nocturne”. Как и в «золотую» эру The Enid, имеют место объемный оркестровый звук (даже не верится, что все это великолепие достигается при помощи синтезаторов) и «парящая» гитара Гранта Джеймисона, практически неотличимая по манере и технике исполнения от оной у Стивена Стюарта. Возвышенное настроение, воздушная легкость мелодий, несмотря на внушительное и плотное звучание. Волшебная симфоническая поэма в 10 частях.
Вслед за выпуском диска состоялись успешные выступления The Enid на различных сценических площадках английской столицы. Лондон рукоплескал как нетленным шедеврам из наследия команды, так и новым вещам. В 1999 г. лейбл HTD издал компиляцию “Tears of the Sun”, приуроченную к 25-летнему юбилею коллектива. Воодушевленный Годфри вновь занялся процессом сочинения композиций, на сей раз к сольному диску. “Legend For Piano And Orchestra”, по замыслу создателя, фортепианный концерт, основанный на темах с классических альбомов группы.
История продолжается.
God, save the Enid.


При подготовке материала использованы сведения из следующих источников:
“The Enid: Brief History” (written by: Nigel Camilleri )
http://www.dprp.net/forgotten/enid/index.html

“Beyond the Hall of Mirrors” (extracts from article by Mike Erzzo; буклет диска
The Enid “Something Wicked This Way Comes” © 2002 Adasam Ltd.)

данные с официального сайта группы: http://www.theenid.com/

1 комментарий:

Влад Василь комментирует...

И как я мог пропустить их? Непозволительная проплешина в моем образовании. Спасибо, благодаря Вам прямо сейчас начну заполнять этот досадный пробел.