28 февр. 2010 г.

Gordon Giltrap "Remember This" (2003)

Ностальгия - универсальное чувство в отношении выбора объекта. Да и способов выражения ее - великое множество. В данном случае имеет место быть ностальгия зрелого годами музыканта по сладкой поре юности, запахам и звукам безвозвратно ушедшего времени. От прочих релизов Гилтрэпа "Remember This" отличается прежде всего подбором композиций. Собственных вещей Гордона тут ничтожно мало, а конкретнее - три. Основная же часть пластинки состоит из тематических интерпретаций популярных пьес симфонической и эстрадной классики. "Все, что вы здесь услышите, представляет собой коллекцию мотивов, сопровождавших меня в отдельные моменты жизни; этюдов, что помогали формировать и оттачивать мою индивидуальную манеру гитарной игры".
Открывается релиз персональным фаворитом маэстро - треком "Appalachian Dreaming", сочиненным им в молодости. Довольно позитивная струнная зарисовка, без особых наворотов, демонстрирующая журчаще-переливчатый авторский почерк английского менестреля. Продолжение в виде "Here Comes the Sun" Джорджа Харрисона без сомнения порадует завзятых битломанов, тоскующих по замечательной эпохе шестидесятых. "Академический штиль" пробуждается в переложении "Jesu Joy of Man's Desiring" гениального И.С. Баха, где Гордон лично выводит не только акустические, но и синтезаторные партии. Тончайшая по фразировке "Nuage" - дань уважения великому цыганскому джазмену Джанго Рейнхардту. В "Substitute", принадлежащей перу Пита Тауншенда (The Who), напарником Гилтрэпа выступает электрогитарист Ньюил Мартен, дополняющий аккорды мастермайнда размашистыми блюз-роковыми штрихами. Блестяще исполненный "Minuet" - очередной пример бахианы, в котором к лидеру присоединяется флейтистка Хилари Эш Рой; по-настоящему красивая, элегантная версия. Старому коллеге и другу Джону Ренбоурну (экс-Pentangle, соло) адресована мягкая фольклорная пастораль "Lady Nothing", а расположенная за ней "Layla" обыгрывает одноименное произведение из наследия Эрика Клэптона. Совершенно изумительно трактована "Romanza": с жемчужинами из общепринятой консерваторской копилки Гордон обращается бережно и одновременно чересчур по-своему, извлекая из казалось бы знакомых структур удивительно свежие нюансы. Поклонникам благородной седой старины наверняка будет приятно соприкоснуться с рожденной некогда в глубине островных дубрав "Scarlet Ribbons", а почитателям хитов дуэта Леннон-МакКартни предложена в качестве десерта "If I Feel". Вековечное баховское "Bouree", однажды подвергнутое переплавке в мощнейшем прогрессивном котле под названием Jethro Tull, вновь выносится на суд публики, но уже в сугубо камерном ключе, без каких-либо наносных элементов: очень изящная и проникновенная подача. Проверенный опус Гилтрэпа "Isabella's Wedding" пленяет кружевными интонациями, оттеняемыми нарочито безыскусными клавишными Рика Уэйкмана, также принявшего участие и в записи финальной эпической фолк-сюиты "Down the River".
Итог: искренняя, уютная и добрая работа, воплощенная истинным профессионалом своего дела. Рекомендуется меломанам, неравнодушным к позднему творчеству Гордона.

24 февр. 2010 г.

Wally "Wally" (1974)

Начальные страницы биографии ансамбля Wally напоминают истории множества других британских рок-везунчиков. Образовавшись с легкой руки певца Роя Уэббера в курортном местечке Хэрроугейт на севере Англии, ребята ударились в затянувшийся тур по местным пабам, и в 1972 г. незаметно для себя очутились в Лондоне. Далее - участие в музыкальном конкурсе, организованном газетой "Melody Maker" с целью открытия новых звезд, и почетное второе место (пальму первенства присудили другим уникумам - прог-квартету Druid). Одаренную шестерку парней приметил Боб Харрис, один из создателей популярной телепередачи The Old Grey Whistle Test, и взял под свое крыло. И не успели счастливые провинциалы моргнуть глазом, как в кармане у них уже имелся контракт с лейблом Atlantic Records, а продюсерах наряду с Харрисом значился маэстро Рик Уэйкман (Yes). Ну, чем не сказка? И оставалось всего-то сотворить подобающий случаю материал, что, собственно, и было исполнено в богатом событиями 1974 году.
В ряду излишне глубокомысленных программ того периода безымянный лонгплей Wally воспринимается как нечто, избавленное от ненужных "заморочек". Хотя упрекнуть группу в отсутствии концептуальности навряд ли представляется справедливым. Ведь первая пьеса на пластинке ("The Martyr") за авторством органиста Пола Геррета длится почти 8 минут. Прибавив к этому элементы салонного классицизма (рояль, клавесин, электроскрипичные вензеля от Пита Сэйджа) и прихардованные гитарные прогрессии Пита Коускера, получим вполне недурственную мелодическую картинку, обладающую индивидуальным абрисом. Прослеживаются, правда, легчайшие аналогии с Fruupp, но оно скорее в плюс, чем в минус. Зато идущий следом номер "I Just Wanna Be a Cowboy" - эдакое балладное кантри, только не американского, а йоркширского розлива. Мягкими элегическими волнами накатывает на слушателя рефлексивный трек "What To Do", чрезвычайно добротно оформленный, напоминающий по манере отдельные песни с изданной в ту же пору работы Fantasy "Beyond the Beyond": печаль и красота туманного морского побережья сливаются здесь с проникновенными интонациями голоса Роя Уэббера. Короткий этюд "Sunday Walking Lady" - очередной незамысловатый привет от подданных Ее Величества сверстникам со Среднего Запада США: игривая скрипочка вкупе с отголосками плясовой, и никакой артовой серьезности. Место для "размышлизмов" уготовано в контексте иного произведения Wally - 13-минутного опуса "To the Urban Man": поверхностная резвость его интроспективной части с лихвой компенсируется атмосферными пассажами (струнные + меллотрон + стил-гитара Пола Миддлтона), звучащими в центральном сегменте эпика. В финальной вещи "Your Own Way" участники формации одаривают нас приятственными для уха ритмами, звенящими акустическими росчерками и умелой оркестровой аранжировкой, сотканной дуэтом профессионалов в лице Уэйкмана и Харриса.
Резюмирую: достойный релиз. Без особой глубины, но с душой, вкусом и подлинно артистическим изяществом. Пропускать не советую.

21 февр. 2010 г.

Vermicelli Orchestra "Byzantium" (1999)

Vermicelli Orchestra (или же Оркестр Вермишель) - детище композитора и аккордеониста Сергея Щуракова (1960 - 2007), приобретшего известность в рядах культовой питерской группы Аквариум. Оформившийся в 1996 г. коллектив по сути явился обширным полем для полистилистических экспериментов Сергея. В смешанной палитре Вермишели нашли отражение академическая глубина (подавляющая часть используемого инструментария относится к филармоническому лагерю), ритмическая упорядоченность рок-музыки + немалая этническая составляющая. И все это в полной мере представлено на "Византии" - второй по счету пластинке проекта. Следуя оригинальному авторскому замыслу, ансамблисты словно перебрасывают невидимый мостик из седой, овеянной легендами древности, к началам консерваторской традиции. Что характерно, этот уникальный, не имеющий аналогов синтез работает в высшей степени эффективно. Задорные плясовые элементы воплощаются в игривой вступительной пьесе "Танцующий сфинкс", где бойкий аккордеон ведет диалоги с шаловливой флейтой, а аккордный бой акустической гитары сливается в драйвовом экстазе с ударными и басом. Совсем иного склада заглавная композиция "Византия", отсылающая слушателя к элегическим мадригалам невнятной давности. Ностальгическое томление по сказке сквозит в нежнейшем ворковании духовых, накрапывающих переборах акустики и в общем мелодическом рисунке. Воображаемый лукавый прищур бывалого морехода неотрывно сопровождает нас в "Шантолине" - красочной иллюстрации на тему умозрительной прогулки под парусами. Духом водного приключения пронизана и фреска "Ветер с моря", предпосланная в буклете поэтическим эпиграфом из "Властелина колец" Дж. Толкиена. Прохладный живительный бриз буквально вырывается из колонок, образуя в пространстве неповторимую звуковую гамму; очень колоритный номер со своей особенной атмосферой. Невинной чистотой, хрупкостью и очарованием полнится изящно-кружевная баллада "Мария": внутренний взор обращается к вздымающейся над вечерним лесом башне замка, хранящим тайну заточенной там прекрасной пленницы. Бодрящая энергия оркестрового рока плещется в "Сакатеке": отрывистые гитарные обертоны, виртуозные партии мандолины, бравурные флейтовые эскапады и мощная виолончельная поддержка. Оттенками светлой печали подернуты образы "Окарины" - невероятно лиричной и в то же время несколько ершистой вещи, в структуре которой имеет место интересное варьирование темпа. В завершающем диск "Форильене" идейным центром служит заимствованный из "Хоббита" мотив возвращения домой после длинного и опасного путешествия. И хотя ритмичный фолк-роковый этюд вызывает определенные ассоциации с британскими классиками жанра - командой Gryphon, в данном случае подобные интонации максимально оправданы самим строением произведения.
Резюмирую: великолепный, заслуживающий исключительно теплых слов релиз, искренне рекомендуемый почитателям камерного прогрессива, поклонникам world fusion, а также любителям музыки в fantasy-ключе.

18 февр. 2010 г.

Jukka Tolonen Band "JTB (Just Those Boys)" (1979)

О "горячности" финских парней сказано немало. Однако, если отбросить иронию, следует признать: когда надо, представители Суоми умеют действовать другим на загляденье. И данная пластинка - весомый аргумент в пользу необъятной "крутизны" северян. Гитарный гений Юкки Толонена явлен тут во всей красе, благо, сугубо инструментальный репертуар дает возможность развернуться по-крупному. И не только ему. На равных с маэстро поддерживает шестиструнный диалог еще безусый, но уже достаточно мастеровитый Костэ Апетреа (Samla Mammas Manna). Рельефность басовых фигур обеспечивает Гарри Мерилахти, а за эффектную ударную канонаду отвечает чернокожий рекрут Билл Карсон. В распоряжении бэнда имеются и духовые, которыми заправляет Кристер Эклунд. Ну, и для полного счастья к процессу подключили органиста Йоакима Кюна, привнесшего щепотку благородства в абсолютно драйвовые сочинения квинтета.
"JTB" знаменует собою триумф нордического джаз-рока. Юкка со товарищи, развивая несвойственную для среднестатистического финна прыть, лихо вторгается на традиционно закрепленные за американцами фьюжн-территории, наводя повсюду тотальный "тарарам". Вступительный номер "Charterflight" - своеобразный вариант разогрева. На фоне упругого рисунка ритм-секции две гитары поочередно пытаются подбить на шалости коллегу-саксофониста. И затея таки приносит плоды, если судить по сочным грувам в последующей пьесе "Space Cookie". Кстати, помимо основных талантов дружище Толонен здесь демонстрирует весьма приличную игру на электропиано. Ценителям виртуозно оформленных соло наверняка приглянется этюд "Grand Hotel", щедро сдобренный присущими жанру ингредиентами. После короткого басового эксперимента под названием "Ping Pong" нас без промедления отправят на воображаемый сбор тропических фруктов ("Riven Cocos"), производимый по скандинавской рецептуре: зажигательные чудеса техники от Костэ Апетреа, легкие дуновения флейты Эклунда и серебристая россыпь риффов от шефа ансамбля. На правах экзотики, вероятно, адресованной звездно-полосатой аудитории, выступает колоритная зарисовка "Dancing Bear", идейным центром которой заявлены цепкие саксофонные петли. Тематические выкрутасы в "Soita Saatana" тяготеют к духовной близости с британскими артистами из соответствующего лагеря (на ум первым делом приходят аналогии с Isotope и Gilgamesh). Солнечная фанковая беззаботность настигает слушателя в опусе "Arka Haiven", не претендующем ни на что, - и в том его главная прелесть. В "Funky Nightmare" бригада Толонена походя выдает фантастически роскошные пассажи, утверждая себя в ранге профессионалов экстра-класса; да и кто бы, собственно, сомневался. Ну, а заканчивается феерический "парад планет" бонус-треком в джазово-каламбурных тонах "Ide and Lardomshistorien/Lilla Lule Alv", сочиненным Апетреа на пару с "самламаммовским" лидером Ларсом Холльмером. Шикарный десерт, хоть и кардинально отличающийся по настроению от остального материала.
Итог: замечательный релиз, целиком избавленный от академического лоска, рассчитанный на почитателей игровых видов музыкального искусства. Им-то и рекомендуется.

15 февр. 2010 г.

Kayanis "Where Abandoned Pelicans Die" (2007)

Kayanis - творческий псевдоним польского композитора Любомира Едрасека. Его путь к вершинам музыкального мастерства начался в десятилетнем возрасте, с уроков классической гитары. Затем наступил период посещения Государственной музыкальной школы в родном городе Слупске, где основным инструментом Любомира стал контрабас. В 1987 г. юноша создал ансамбль Van der Krammer, ориентированный на электронное звучание. А спустя еще три года маэстро Едрасек начисто оторвался от коллектива и пустился в сольный полет. Балеты, масштабные мюзиклы, эксперименты на стыке классики и хард-рока... Кажется, молодому человеку хотелось попробовать все. И когда имя Kayanis узнали и полюбили не только в Польше, но и за ее пределами, Любомир решил, что час пробил...
Работа над пластинкой "Where Abandoned Pelicans Die" продолжалась четыре года. В это амбициозное полотно Любомир вложил весь свой накопленный опыт. Воплощать материал в жизнь ему помогала группа аккомпаниаторов, состоящая из трех вокалистов, трех гитаристов, скрипачки и ударника. Мощную поддержку оказывал также Академический хор Гданьского университета. За клавишные и басовые партии мастермайнд проекта отвечал самостоятельно. Результатом совместных сессий явилась концептуальная программа, предлагающая слушателю виртуальное погружение в мир, где сон неотделим от яви. Таким образом, синтез прогрессива, кинематографически выпуклых оркестровых пассажей и элементов атмосферной эмбиент-электроники оказался как нельзя кстати. Проникновенные пианиссимо открывающей диск "The Pelicans Overture" выдержаны в весьма интересном драматургическом русле, позволяющем исполнителю тонко лавировать меж грозовой напряженностью и мечтательной сказочностью. Заданную линию подхватывает симфонически насыщенная пьеса "The Truth Violet", скрепленная красивейшим сопрано Магдалены Ручиньской, а полифонические каскады в "Aurora Abandanata" обеспечивают ей необходимое тематическое развитие. Заглавный номер неожиданно уводит нас в область модернистского поп-рока, чтобы впоследствии дать прочувствовать всю прелесть прекраснейшей артовой рапсодии "Julia's Ninth Question", завершающейся пафосными хоралами. Намеки на волшебство, заключенные в названиях наподобие "The Princess of Hopelessness", прорываются наружу изящными эскападами синтезированных струнных, кружащихся печально и грациозно. Надо сказать, что к процессу записи Любомир подошел как достаточно зрелый художник, владеющий искусством реализации по-настоящему многоплановых образов. Каждая из представленных картин обладает собственной причудливой перспективой, надо лишь правильно выбрать точку обзора, дабы в полной мере насладиться их величием и объемом.
Резюмирую: завораживающее путешествие в пространство грез одного из наиболее любопытных артистов современной восточноевропейской сцены. Рекомендую поклонникам магнум-опусов Майка Олдфилда, а равно фэнам Asturias и Kitaro.

11 февр. 2010 г.

Magus "Echoes From the Edge of the Millennium: 1987-1999" (1999)

Интересная все же штука синхронность. В то время, как в британском Хартфордшире интеллектуал Стивен Уилсон только начинал претворять в жизнь соло-проект, впоследствии выросший в сверхуспешную группу Porcupine Tree, по другую сторону Атлантики многостаночник Эндрю Робинсон, независимо от духовного собрата, пробовал заниматься схожими музыкальными экспериментами под вывеской Magus. Но если маэстро Стив на первых порах разбавлял собственные неопсиходелические опусы толикой хорошо завуалированного английского юмора, то у мистера Робинсона все происходило обстоятельно и на полном серьезе, в духе почитаемого им немецкого краут-движения. Выпустив при поддержке друзей три полнометражных альбома, Эндрю почувствовал, что настала пора подвести некий творческий итог. Тогда-то и появилась на свет данная компиляция.
Прогрессивно-электронные произведения Magus обладают своеобразной старомодной привлекательностью. Знакомая ранне-поркьюпайновая ритмика сквозит в открывающем эпике "Traveller". Звуковые ингредиенты пьесы имеют немало точек пересечения с уилсоновскими сочинениями периода "On the Sunday of Life…" и "Voyage 34". Правда, культовые винтажные инструменты в арсенале Эндрю отсутствуют, но ему хватает и стандартно-усредненных синтезаторов с гитарой. Ударные по большому счету явлены в запрограммированном варианте, и с этим мастермайнду Magus здорово помог инженер Брайс Чикойн. Возвращаясь непосредственно к содержимому треков, хочется сказать, что в массе своей их характеристики не выходят за рамки эмбиентального космического арт-рока. Однако есть и некоторые отступления от генеральной линии. Так, бессловесное полотно "Waterfall" решено в псевдо-этническом ключе, отчего тут же вырисовываются аналогии с трансовыми прозрениями уникальных Ozric Tentacles. Помещенная следом песенка "Sandman" по-видимому инспирована поздними Pink Floyd, да и задействованная здесь вокальная мелодия вполне подошла бы к манере пения Дэйва Гилмора. Довольно интересна по внутренним параметрам пьеса "Messiah", вдохновленная сюжетом широко известной книги Фрэнка Герберта "Дюна"; причем, в интроспективной части композиции буквально напрашиваются масштабные оркестровки, но Эндрю обходится без филармонической подмоги, по-прежнему заменяя эффектную благородную ткань более доступной синтетикой. На роль артовой баллады претендует красивый электроакустический номер "She's the Lady": мило, душевно и очень в тему. Мистический инструментал "The Earth's Sharp Edge", украшенный протяженными гитарными соло Тима Дайера, навевает приятные воспоминания об Eloy, зато к совершенно иной категории принадлежит расположенный поблизости этюд "Spanish Waters", в основе которого одноименная поэма Джона Мэйсфилда. Ну, а коронкой релиза, пожалуй, следует назвать замыкающую секвенсорно-прогрессивную "Highway 375 (Revisited)": удачный пример абсолютно негрузной психоделики, воплощенной достаточно ярко и не без таланта.
Резюмирую: крайне любопытный экскурс в историю превосходной американской спейс-роковой формации из числа современных. Рекомендую.

8 февр. 2010 г.

Theta "Seeds of the Dream" (2000)

Японский проект Theta задумывался как аккомпанирующий состав для певицы и флейтистки Йоко Роямы, получившей признание еще в восьмидесятые, в рядах сильного симфо-прогового ансамбля Vermilion Sands. И если в тот временной период молоденькая девушка только-только делала первые успешные шаги в искусстве, при создании Theta Йоко подбирала инструменталистов "под себя" уже на правах звезды. С выбором проблем не возникло: музыканты здесь сошлись весьма толковые, превосходно чувствующие и классическую сонатную форму, и непростую для большинства академистов фьюжн-канву. Любопытно, что автором практически всех композиций пластинки выступил Шидзука Саката, не являющийся участником бэнда. Тем не менее, написанный им материал заинтересовал свежеиспеченных коллег Роямы-сан (а это: клавишник Юко Цучия, басист Казухито Каваками, ударник Наюки Харада) + нескольких почетных гостей, средь которых экс-органист Vermilion Sands Масахиро Ямада, скрипачи Юнко Миноби и Акихиса Цубой (лидер KBB), а также гитаристы Эйджи Нишигори и Кейсуке Аи. Помнится, прежнюю группу Йоко критически настроенные обозреватели упрекали в подражании британцам Renaissance. В отношении Theta подобные высказывания если и уместны, то лишь отчасти, поскольку джаз-роковые элементы тут сосуществуют на равных с собственно оркестровыми. Дополнительную изюминку произведениям придает факт разноязычия: ряд треков содержит английскую лирику, другие же спеты по-японски. Саунд кристально чист и максимально изящен. Упор в аранжировках сделан на клавишные, эффектно обыгрываемые виртуозными струнными соло. Несмотря на серьезную в общем-то направленность релиза, кое-где нет-нет да и промелькнет нечто наивно-детское, столь обожаемое азиатами. Это могут быть и отдельные ритмические шалости, заставляющие вспомнить поп-эстраду восьмидесятых (номер "The Toy-Airplane"), и особенности вокальной подачи Йоко Роямы. С точки зрения колорита совершенно бесподобно выглядит сказочная фреска "Beyond the Wall of Time", мелодически ряженная в европейские фольклорные тона, однако суть истории излагается на нихонго - государственном наречии Страны Восходящего Солнца. Драматизм и тонкий загадочный аромат Востока подпитывают "Mourning for a Falling", волшебством и отзвуками древней легенды веет от кружевной этно-артовой пасторали "Tasagare no nakade". Светлая эльфийская печаль окутывает слушателя в Camelообразном бессловесном этюде "Afterglow", главенствующие роли в котором поочередно отводятся флейте и электрогитаре. Средневековые англо-саксонские флюиды пронизывают шикарный барокко-фолковый опус "Summer Night Dream": гениальная стилизация, явно намекающая на известное сочинение из наследия Шекспира. Шансонно-прогрессивная коронка "IZUMI: From the Dark Side" и вовсе претендует на целый музыкальный спектакль, развивающийся по законам драматургии высшего порядка. Венец творения - заключительный камерный вальс "Musical Box of Nostalgia" - бенефис фронтвумен и одновременно демонстрация чудес композиционного мышления маэстро Сакаты.
К сожалению, альбом стал натуральной "лебединой песней" для замечательной вокалистки: 23 августа 2004 года Йоко Рояма скончалась. Но ведь недаром гласит латинская мудрость: Ars longa, vita brevis. И "Seeds of the Dream" - хороший тому пример. Настоятельно рекомендую к ознакомлению.

4 февр. 2010 г.

Morgan "Nova Solis"/"The Sleeper Wakes" (1972/1973)

До того, как прославиться в составе глэм-формации Mott the Hoople, британский органист Морган Фишер опробовал силы в прогрессив-банде имени себя. Компаньоны у молодого амбициозного сочинителя подобрались знатные: басист Боб Сэпсид и ударник Морис Бэйкон пожаловали прямиком из команды Love Affair, а певец Тим Стэйффелл успел поработать фронтменом в группе Smile - предтече эпохальных Queen. На дворе стоял 1972 год, повсюду бушевали арт-роковые страсти. И наши герои, решив не отставать от жизни, принялись за возведение собственных музыкальных замков. Первой ласточкой такого рода для Morgan явилась пластинка "Nova Solis". Пользуясь отсутствием электрогитариста в структуре коллектива, маэстро Фишер фактически в одиночку расписал все композиционные схемы. Лирическую часть вызвался воплощать поэтически подкованный Стэйффелл, сумевший в сжатые сроки подготовить ряд неплохих текстов. В итоге научно-фантастические откровения Тима весьма удачным образом состыковались с полифоническим убранством Моргана. Закольцованные синтезаторные модуляции знаменитой саунд-примочки VCS3 в "Samarkhand the Golden" поддерживаются аккордами чистого фоно, скорострельными органными проходами и грозной меллотроновой стеной звука. Выразительный басовый рисунок Сэпсида служит надежным ритмическим основанием, на которое нанизываются прочие элементы картины. Довольно эффектная тема, демонстрирующая исключительную оригинальность новичков, а равно и недюжинный творческий потенциал. Тонкое драматическое настроение проступает в балладного типа зарисовке "Alone", где Стэйффелл бравирует вокальным артистизмом вкупе с приличной игрой на акустической гитаре. Мощь, виртуозность и первоклассная слаженность инструменталистов подпитывают бодрый опус "War Games". Но подлинным украшением программы, без сомнения, выглядит заглавная сюита, сотканная из девяти эпизодов. Как стойкий приверженец классики, Фишер нашпиговал пролог с эпилогом открытыми цитатами из хрестоматийного произведения "Планеты" Густава Холста. Сердцевина же включает совершенно различные стилистические компоненты, прекрасно уживающиеся друг с дружкой. Поразительно зрелый, профессионально исполненный дебют, вызывающий самые положительные эмоции.
Теми же лицами год спустя было создано продолжение в виде альбома "The Sleeper Wakes" (правда, история с его LP-изданием растянулась надолго: в Штатах "The Sleeper..." вышел в 1976 г., а в Соединенном Королевстве - парой лет позже). Морган и K вновь занялись экспериментами на благодатной прог-роковой ниве. Результат выкристаллизовался в могучем полотне, также состоящем из четырех развернутых треков. Ураганный коктейль из разнокалиберных клавишных партий, оттеняемых не менее забойными барабанными брейками, впечатляет до крайности. Изысканный симфонизм опоясывает пьесу "The Sleeper Wakes" с ее псевдо-опереточным пафосом и сногсшибательными соло мастермайнда проекта. Скрытой агрессией веет от маниакальных голосовых экзерсисов Тима в закрученном донельзя напряженном боевике "The Right", парадоксальным манером сочетающем глубочайший психологизм с яркими внешними эффектами: мастерская, а главное - абсолютно фирменная по атрибутике вещь. В финале действа представлена 20-минутная фантазия "What Is - Is What", распахивающая дверь в магический мир Morgan с его индивидуальным космосом, в котором найдется место буквально для всего; однако любые знакомые элементы по воле членов квартета мутируют в нечто невообразимое, изумляющее провокационными эстетическими категориями. Конечно, жаль, что на фоне бриллиантовой россыпи арт-релизов, случившихся в 1973 г., "The Sleeper Wakes" попросту затерялся. Но с другой стороны, кто, как не время, обладает прерогативой все расставлять по местам. И вот он, запоздалый триумф английских уникумов: обе работы Morgan отныне доступны в CD-формате на радость новой генерации меломанов.
Резюмирую: превосходный подарок для любителей рок-антиквариата. Настоятельно рекомендую истинным поклонникам жанра.

1 февр. 2010 г.

Mike Batt "Songs of Love and War" (1988)

"Песни о любви и войне" сочинялись Майком Бэттом в период творческого подъема. Еще не завершилась серия представлений арт-мюзикла "Охота на Снарка", а в голове уникального британца уже вырисовывались новые, бесконечно привлекательные образы. Масла в огонь подлил внезапно позвонивший Бэтту сотрудник известного немецкого лейбла RCA Аксель Александер, страстно заверивший композитора, что в Германии немало почитателей таланта Майка, и все они спят и видят досточтимого сэра в ряду клиентов их славной звукозаписывающей компании. Польщенный таким вниманием, маэстро пообещал без меры учтивому герру Александеру в самое ближайшее время разделаться со свежими авторскими идеями и выразил готовность заключить контракт с RCA. А потом была студия Миджа Юра в Чисуике, что на Темзе, и уже привычная работа с Лондонским филармоническим оркестром под управлением Дэвида Нолана, и вовлечение в процесс гитариста Джима Григана с басистом Энди Пэском, и проба возможностей синтезатора Fairlight, программированием которого Майк увлеченно занимался на пару с инженером Гэвином Гринуэем... Словом, замечательная выдалась пора. И результат также получился на загляденье.
Открывающая программу "Warsaw" - вполне себе лирико-драматическая история о любви двух молодых людей, разделенных "железным занавесом". Облегченная поп-ритмика восьмидесятых интересным манером сочетается с оркестровым бэкграундом, образуя в конечном итоге нечто затейливое с налетом кинематографичности. Романтическая клавишноориентированная баллада "Railway Hotel" - одна из явных "коронок" Бэтта, без конца тиражируемая в компиляциях из серии "best of". Ну что сказать, действительно красивая песня. Да и изысканные пианиссимо а ля Шопен тут как нельзя к месту. Среднетемповая линия продолжается еще одной очаровательной вещицей под названием "Sailing Ships from Heaven": отличный подарок сентиментально настроенным дойчланд-фэнам. А вот затем настает момент для превосходнейшей симфо-роковой дилогии "Scorpio Prelude"/"Ring of Scorpio", ориентированной на прогрессивную аудиторию слушателей. Без преувеличения, это одна из сильнейших тем в череде шедевральных пьес бесконечно талантливого англичанина. Если в инструментальной прелюдии сквозит ударная полифоническая мощь, то "Кольцо Скорпиона" склоняется в сторону проникновенной элегичности, подчеркиваемой душевным хоральным многоголосием. Сдержанный трагизм в "Can't Lie No More" (произведении о чести и бесчестии, как явствует из комментария Майка) - вынужденная необходимость, продиктованная внутренним монологом центрального персонажа данного этюда. "Soldier Song", наравне с предыдущим опусом, был сочинен десятью годами раньше и предназначался для ансамбля Hollies, но по признанию Бэтта, ему всегда хотелось исполнить их самому: вот и подвернулся случай. По крайней мере, в контексте пластинки обе "нетленки" смотрятся достаточно логично. Неспешная, роскошно аранжированная "Caravan Song" кондиционно напоминает отдельные творения Bee Gees: эдакий эстрадный поп-арт-десерт. А вот к финальной "Lion of Kandahar" вполне подошло бы определение "эпический нововолновый прог-рок": жутко любопытная по структуре и оформлению конструкция, аналогий для нее, пожалуй, нет вовсе.
Резюмирую: скромный сгусток гениальности, воплощенный по-настоящему одаренным музыкантом. Советую ознакомиться.