Neil Ardley, Ian Carr, Don Rendell "Greek Variations & Other Aegean Exercises" (1970)


Интерес к Греции – культуре, искусству, философии – усилился у британцев во второй половине 1960-х. Разумеется, подогрел любознательность гениальный Джон Фаулз с его "Волхвом", а также сборником экзистенциальных размышлений "Аристос". Не остались в стороне и музыканты. Скажем, авторитетный джазмен Нил Эрдли (1937–2004) именно в ту пору увлекся этническими опытами. И первым остановочным пунктом в серии экспериментов с традиционными мотивами различных народностей для него как раз стала Эллада. Пастушьи танцы, позывные греческих радиослужб, древние фольклорные напевы – вдохновение Нил черпал отовсюду. Но главный источник впечатлений, конечно же, острова и города родины вечных мифов. Внезапно обретенной страстью Эрдли сумел заразить друзей – шотландского трубача, лидера джаз-проговой команды Nucleus Иэна Карра (1933–2009) и ветерана английской джазовой сцены духовика Дона Рэнделла (1926–2015). Итогом совместной работы явилась комплексная программа "Greek Variations & Other Aegean Exercises", повенчавшая классический симфонизм с "преданьями старины глубокой" и элементами стихийной импровизации.
К записи 24-минутной сюиты "The Greek Variations" дирижер/композитор Нил привлек роскошную команду аккомпаниаторов. К Карру (труба, флюгельгорн) и Рэнделлу (саксофоны, флейта) примкнули: мастерица игры на духовых Барбара Томпсон (Colosseum), гобоист/саксофонист Карл Дженкинс (Nucleus, Soft Machine), басисты Джефф Клайн (Nucleus, Gilgamesh, Isotope) и Джек Брюс (Cream, соло), виртуозный перкуссионист Фрэнк Рикотти, тромбонист Майкл Джиббс, ударник Джон Маршалл (Nucleus, Soft Machine) + камерный струнный квартет. Результат студийных бдений вылился в мощный саунд-коллаж, где характерные балканские интонации обогащаются скрипично-альтово-виолончельными партиями, прирастают свинг-фактурой и покрываются многослойной патиной духовых. Будучи отменным стилистом, Нил не спекулирует приемами подражания. Напротив, ландшафтное очарование Эгейского побережья здесь только предлог, импульс, от которого расходятся в стороны фьюжн-лучи оригинального свойства. Да и с природой академической музыки инициатор мероприятия знаком не понаслышке. Потому-то сугубо филармонические упражнения Эрдли (к примеру, зарисовка "Meteora") редкостно убедительны и предельно органичны. Авторское присутствие Иэна с Доном обозначено блоками № 2 (триптих) и 3 (квадрига) соответственно. Оба, не мудрствуя лукаво, в индивидуальных штудиях оттолкнулись от литературы. Карр взялся обрабатывать монументальные пласты Гомера, пощипал сюжеты всем известных легенд, после чего ушел с головой в джазовую рассудительность ("Wine Dark Lullaby", "Orpheus"), напоследок блеснув зажигательным драйвом ("Persephone's Jive"). В четверичном, выстроенном на базе "Одиссеи" этюднике Рэнделла ("Farewell Penelope", "Odysseus, King of Ithaca", "Sirens' Song", "Veil of Ino") больше свободного полета, чистого "импровиза". Однако в завуалированном виде этника наличествует и тут.
Резюмирую: великолепный, ни на что не похожий художественный акт пограничного типа, рассчитанный на вдумчивую аудиторию. Рекомендую.


Neil Ardley, Ian Carr, Don Rendell

Комментарии

Борис Серебряков написал(а)…
Чудесный альбом. Один состав музыкантов дорогого стоит.
Sergei Uvaroff написал(а)…
Что верно, то верно.