27 февр. 2019 г.

Kansas featuring the London Symphony Orchestra "Always Never the Same" (1998)


Статуса корифеев звёздно-полосатого прога Kansas достигли менее чем за десятилетие творческой деятельности. И в 1990-е, после всех кадровых перетрясок, им уже не было нужды самоутверждаться. Ну разве что реализовывать собственные юношеские фантазии. Одна из них – совместная запись с оркестром. И не абы каким, а легендарным Лондонским симфоническим. Казавшийся иллюзорным замысел благодаря продюсерским усилиям ударника Фила Эхарта, гитариста Ричарда Уильямса и креативного звукоинженера-синтезиста Траммелла Старкса постепенно обрёл чёткие контуры. Переговоры с британскими коллегами завершились на дружественной ноте. И  вот уже сделалось сказочной реальностью воздушное пересечение Атлантики, равно как и работа в святая святых – студии Abbey Road. Аранжировать отобранный материал взялся соотечественник наших героев, пианист, дирижёр и композитор Ларри Бэрд. Ему же доверили управление внушительным оркестровым соцветием. Более того, маститый профессионал Ларри единолично оформил пару сугубо инструментальных этюдов-связок, придавших коллективным сессиям налёт академизма. Короче говоря, классические притязания Kansas получили право на жизнь. Результат вылился во вполне убедительную программу, преимущественно сложенную из проверенных временем песен, большую часть которых ожидаемо составили вещи авторства экс-лидера бэнда – великого мелодиста Керри Ливгрена.
Начало в виде полифонической кавер-версии битловской жемчужины "Eleanor Rigby" следует воспринимать данью уважения ливерпульской четвёрке и земле их предков в целом. Не то чтобы Kansas сильно соригинальничали, но базовый мотив в их исполнении звучит весьма по-американски. Деликатные струнно-духовые всполохи в канве бессмертной фолк-арт-баллады "Dust in the Wind" определённым образом колоризируют нежнейшую камерную ткань исходника. Далее следует прописанный маэстро Бэрдом симфонический коллаж "Preamble". Без дураков, идеальное вступление к эпической фреске "Song For America", приобретшей качественно новое измерение, масштабность, глубину и выразительность. Даже отличная от ливгреновских шедевров АОР-штуковинка "In Your Eyes", принадлежащая перу вокалиста/клавишника Стива Уолша, неплохо встраивается в общий музыкальный ряд за счёт исключительно умелого саунд-орнамента. Кантри-повествовательность, ритмические прогрессии, хард-роковые гитарные соло и грандиозный аккомпаниаторский размах талантливо сходятся на полях трека "Miracles Out of Nowhere" – искромётного порождения эпохи 1970-х. От драматической любовной истории "Hold On" и поп-артовой зарисовки "The Sky is Falling" штатовская бригада элегантно выруливает на просторы великолепной темы "Cheyenne Anthem", удачно адаптированной сразу для трёх ведущих голосов – скрипача Робби Стайнхардта, Уолша и басиста Билли Грира. Высокопарная пятиминутка "Prelude & Introduction" – эдакий логический мостик к театральному, мощному пафосу эскиза "The Wall", нехарактерной для команды эстрадной госпел-мессе "Need to Know" (здесь, вероятно, отразились тайные увлечения фронтмена Стива) и яркому, напряжённо-насыщенному финалу "Nobody's Home".
Резюмирую: интересный, амбициозный и, на мой взгляд, достаточно удачный эксперимент, позволивший грандам американского прогрессива развернуться по-крупному и утереть носы разуверившимся в них фэнам. Классный подарок для настоящего меломана. Рекомендую. 

Kansas

23 февр. 2019 г.

Metamorfosis "Papallones i Elefants" (1982)


Удивительное дело: едва ли не лучший испанский прог-альбом был записан людьми, более в музыке себя не проявившими. Почему – непонятно. Да и что толку гадать? Пусть философствуют другие, мы же ограничимся скупыми фактами. Итак, первоначально ансамбль назывался Companyia Oliva Negra. Организовали его в 1979 году профессиональные музыканты из каталонской провинции Таррагона: Жаума Монкузи (клавишные), Луис Гарсия (гитара), Жуан Рамос (гитара, перкуссия), Жорди Папасейт (бас), Жуан М. Гримау (ударные). Поскольку к сочинению виршей ребята особенной страсти не питали, от идеи сложения песен отказались практически сразу и сосредоточились на сугубо инструментальном творчестве. В лидеры Metamorfosis (да-да, вывеску, слава богу, сменили) со временем выдвинулся органист Монкузи, практически узурпировавший функции композитора. Помогал ему по необходимости лишь гитарерро Гарсия. Прочие довольствовались ролями штатных аккомпаниаторов и совершенно не выказывали дурацких претензий и ненужных амбиций. За три года парни идеально сыгрались между собой, прониклись синтетическими авторскими схемами маэстро Жаумы. А в 1982-м засели на барселонской студии Moraleda, где и воплотили в жизнь единственную пластинку, увековечившую их имена в истории европейского прогрессивного рока.
Заглавная тема открывается типичными для жанра ритмическими шалостями, но очень скоро выруливает на мелодическую, исполненную оркестровой торжественности клавишную грунтовку, захлёстываемую пробирающими до мурашек электрогитарными ветрами. Вторая часть пьесы уходит в джазовый отрыв. Броские эскапады фоно, отличный свинг и пара солирующих в очередь шестиструнников. Короче, превосходный арт-фьюжн, уравнивающий в правах тональность с модальностью. Отголоски народных испанских мотивов угадываются в событийной канве трека "Un joc als cinc anys". Заданная сеньором Монкузи джаз-линия периодически упирается в фундаментальную, коренящуюся в традиционном стиле "фламенко" звуковую архитектуру с рельефно прочерченными национальными чертами. Замечательно придуманная и талантливо реализованная история, позволяющая оценить богатство художественного языка Metamorfosis. Пролонгированный номер "Pèl a pèl per al pròxim dia" соткан из нескольких, разнящихся по настроению эпизодов. Тут и позитивное бесцельно-беспечное фланирование праздного гуляки в выходном костюме джазового фасона, и неспешно струящаяся клавишная кентербери-мечтательность, и залихватские кульбиты командного плана. Эпический экскурс "Morir per viure" дарит нам привлекательную картину со сказочным симфо-проговым вступлением и раскидистым, энергичным, но при том великолепно структурированным фьюжн-развитием. Здесь свою композиторскую одарённость убедительно продемонстрировал трудяга Луис, грамотно разбавивший поток сознания друга Жаумы. Заключительная вещица "El reflex del teu mirall" в меру загадочна, пафосна, синкопирована и для пущего эффекта пересыпана различными саунд-фишками, не отменяющими общей закрученности сюжета.
Резюмирую: колоритная, многослойная, избавленная от напускной декоративности, зауми и скуки соническая панорама, ни на йоту не утратившая очарования и блеска. Настоятельно рекомендую.


Metamorfosis

20 февр. 2019 г.

Cosmos Factory "トランシルヴァニアの古城 • An Old Castle of Transylvania" (1973)


Сказ о японских бандюганах с космической фабрики следует начать так: дело было в 1968 году, в славном городе Нагоя (префектура Айти). Молодой да ранний органист Цутому Идзуми затеял проект с жутко неудобным для японского уха названием The Silencer. Некоторое время ребята пробавлялись психоделией пополам с хард-роком. А под занавес 1971-го переменили вывеску на незамысловатое слово Cosmos. Тогда же маэстро Идзуми вздумал наладить сотрудничество с колоритным пареньком Горо Инуи из группы Blind Bird, джаз-фанковым фантазёром Дайко Нагато, известным под псевдонимом Дэнни Лонг, Мидори Мияурой и другими не шибко знакомыми меломану-европейцу персонами. Лихая гоп-компания записала и выпустила эйсид-проговый LP "Forest in the City" (в оригинале – "都会の森の中で"), после чего муз-наёмники разбежались в интересующих их направлениях. Но героический стоик Цутому продолжил гнуть собственную линию. К уже привычному Cosmos приколотил не менее банальное Factory и стал агитировать коллег относительно первого альбома под новой шапкой. Материала в закромах, слава богу, хватало. Тем не менее надлежало обзавестись издателем. Неожиданно коллектив приглянулся продюсеру, по совместительству – критику Наоки Тачикаве. И оный досточтимый джентльмен при посредничестве Такао Хонмы взялся вывести Cosmos Factory на нужную орбиту. А коль скоро за старт отвечало токийское отделение лейбла Columbia, в успехе предприятия можно было не сомневаться.
Отправная точка в приключении патлатых джедаев – номер "Soundtrack 1984". Без приснопамятного Дж. Оруэлла тут, вероятно, не обошлось. Впрочем, утверждать наверняка не берусь. В звуковом плане имеем занятный прогрессив-электронный инструментал, полный мрачного симфонического пафоса, синтетических игрищ мастермайнда на культовом агрегате имени мистера Муга и забубённых гитарных пассажей чрезмерно рукастого Хисаси Мидзутани. Следом распахиваются заманчивые горизонты хэви-баллады "Maybe" – с выразительным мотивом в духе Uriah Heep, самураистым, но дюже приятным вокалом "горлопана-главаря" и умело выстроенными хорами. Через паузу – очередной сюрприз: тончайшая камерно-артовая пьеса "Soft Focus" на стихи продюсера-опекуна Тачикавы с её небесной клавишной гармонией, романтическим настроением, ароматом галантной эпохи... Чистый театр кабуки, да и только. В контексте фрески "Fantastic Mirror" лирический тон спотыкается о хард-проговую твердыню аранжировки, однако все эти бесконечные "ла-ла" под конец приедаются сверх меры. И будто уловив гипотетический ропот аудитории, дети Страны Восходящего Солнца принимаются петлять хитроумным зигзагом под соусом изобретательного трека "Poltergeist" с великолепной партией скрипки гостевого участника Мисао; аналогия с голландцами Flairck здесь явно не будет лишней. Букетом спелых "вишен" на коллективно испечённом торте служит квадриптих "An Old Castle of Transylvania". Открывает его авангардная дарк-месса "Forest of the Death": потусторонние стенания органа, зловещая гитара, жирные басы Тасикадзу Таки и монотонный ритм драммера Кадзуо Окамото. Пространная меланхолия фазы "The Cursed" перетекает в шквалистые атаки этюда "Darkness of the World". Венчает эпопею титульный кунштюк, замыкающий на себя все сюжетные ветви разом.
Резюмирую: яркий образчик комплексного japanese-прога, давно и прочно причисляемый к разряду культовых. Рекомендую. 


Cosmos Factory

16 февр. 2019 г.

Captain Hammond ‎ "The Origin of Captain Hammond" (2007)


Свою маленькую слабость шефы американского лейбла Hammondbeat задекларировали в самоназвании. Да, эти прекрасные люди не постеснялись расписаться в истовом обожании легендарного органа "Хаммонд". Более того, при заключении контрактов с артистами они отталкивались от двух факторов: наличия у группы указанного агрегата и умения играть на нём. И хотя жанровые ориентиры потенциальных клиентов особого значения не имели, склонность к ретро-стилизациям всячески приветствовалась да поощрялась. Вот почему можно с полным основанием утверждать, что в лице британского трио Captain Hammond любители винтажных мотивов из Портленда (штат Орегон) получили максимально удовлетворяющую их требованиям команду. Организовали проект культовые персонажи лондонской acid jazz-тусовки. Клавишник Брин Бэрклем прославился как завзятый аналоговый пурист в составе популярного коллектива Mother Earth (не путать с одноимённым психоделическим ансамблем родом из 1960-х!). Гитарист Ник Коллисон и ударник Грег Борэмен параллельно заправляли деятельностью фанк-группы Reverend Cleatus & The Soul Saviours. Причём в рядах последней Грег как раз таки ведал органной частью. Но трезво рассудил, что бодаться с виртуозом Брином себе дороже, а потому с лёгкостью пересел за барабанную установку. Шуточный инструментальный концепт-альбом "The Origin of Captain Hammond" парни воплотили в стенах Rogue Studios за пару августовских дней 2007 года. И с этой заводной, переполненной азартом и драйвом пластинкой неожиданно сорвали банк.
Рассматривать под микроскопом 12 заявленных здесь треков – дело нудное и никчёмное. Посему сосредоточимся на смысловом охвате фактурной сонической эпопеи. Броский старт "Captain Hammond Theme" задаёт тон повествованию. Ностальгические бурливые "Хаммонд"-пассажи сцементированы электрогитарной риффовкой джазового толка и энергичным свингом. Умозрительную "дискотеку шестидесятых" продолжает не менее слаженный ритм-энд-блюзовый этюд "Fired Up", насквозь пропитывающий слушателя духом полувековой давности. Забойная "Into Orbit" торит звёздный путь некогда модной Sci-Fi-тематике, в которой весьма уместны и "кислотный" медлячок "Universal Milk", и пижонские эскапады номера "Cosmic Candy!" с wah-wah-эффектами, и танцы хиппующих дроидов под вывеской "Constellation Station". В густых и щедрых nostalgie-потоках Бэрклема со товарищи всё подлинно, осязаемо и зримо. Как, например, в зарисовке "Half Man Half Organ", где угадывается влияние Билли Престона и Booker T. & The MGs. Футуристический "рокешник" музейного фасона "Mechanaut" чередуется с таким же бестолково-бесстыдно-привлекательным опусом "Louder Than Sound" и чуть более раздумчивой, но до конца не избавленной от эмоционально-импульсивных ноток фреской "Origin". Забубённый рок-н-ролльный отжиг "Full Steam Ahead" преследует схожую цель, что и прочие вещи на диске: виртуальное воссоздание канувшей в бездну эпохи. Тут и Станиславский обронил бы бессмертное "верю". Финальная вещь "Don't Burst My Bubble" вносит недостающие штрихи в уже до мелочей знакомую, мастерски оформленную картину с оттиснутым в уголке гордым автографом: Captain Hammond.
Резюмирую: "золотое старьё" на новый лад в интерпретации звуковых кудесников с Туманного Альбиона. Музыка не для мозгов, но под настроение – очень даже. Счастливого вам полёта!


Captain Hammond

13 февр. 2019 г.

Giant "Giant" (1972)


Рождённого в Стамбуле черногорца Янко Ниловича (р. 1941) можно смело отнести к редкой породе авантюристов-мистификаторов. 19-летним юношей он отбыл во Францию в поисках славы. И обрёл её. Но, естественно, не сразу. Классический музыкальный багаж позволил новоявленному парижанину набрать сессионно-аранжировочный опыт. А уже в 1968-м головастый и нахальный молодой человек начал выстраивать карьеру сольного исполнителя. Будучи мелодистом до мозга костей, Янко взялся пестовать духовно родственные ему жанры. Таковыми оказались джаз-фанк, поп-психоделия и практически безбрежная сфера library music. Оркестровкой произведений наш герой занимался самостоятельно. Коллеги весьма ценили его профессиональные качества, колоссальную работоспособность, в кулуарах посмеивались над любовью маэстро к псевдонимам (их у балканского уникума значилось не менее четырёх), однако при этом не стеснялись обращаться за помощью. В 1972 году Нилович позволил себе немного пошалить, в смысле – поэкспериментировать с биг-бэндовым составом. В сборную под кодовым названием Giant вошли 32 французских артиста из совершенно различных лагерей: академисты, рокеры, джазмены, электронщики. Непосредственный зачинщик мероприятия ограничился авторско-дирижёрскими обязанностями, предоставив право действовать остальным. И, надо сказать, затея Янко удалась. Ещё раз подтвердив старую истину об универсальной одарённости всякого таланта.
Малый хронометраж (только 30 минут звучания) – вот, пожалуй, единственный недочёт пластинки. Представленные же здесь пьесы не просто радуют слух, но вовлекают в подлинный разгул фантазии. Первый номер "Black on a White Ground" рвёт с места в карьер сумасшедшей ритмикой и слаженными брасс-партиями. Драйв оттеняется пространными отступлениями лирико-симфонического толка с фьюжн-обертонами в придачу. Невесомые женско-мужские хоры, постепенное сгущение плотности и безумная развязка комплексной инструментальной истории. 10-минутный опус "Underground Session" принадлежит перу небезызвестного Жан-Пьера Аларсена (Le Système Crapoutchik, Eden Rose, Sandrose), прописавшего на монументальном оркестровом фоне (ответственный – Нилович) замысловатые гитарные соло в очередь с выкрутасами саксофонистов и трубачей, рефлексирующей флейтой и массивным атакующим напором струнных. Мотивная library-канва на уровне этюда "Xenos Cosmos" подчиняется суматошному джазовому сценарию, заточенному под спорадически-нервный монолог духовых и в то же время не лишённому красивостей скрипично-альтового толка вкупе с примоднённым хоральным многоголосием в ускоренном темпе. Фреска "Giant Locomotion" содержит эффектные переходы от общих модальных планов к приятственным фанк-частностям, киношно-саундтрековой эстетике, изысканной камерной неоклассике и броской, простроченной жирными стёжками полифонии. Короче говоря, не соскучишься. Изящный монотематический финал "Mouvements Aquatiles" сочетает строго филармоническую chamber-утончённость с размашистой эстрадной манерой. И всё это, прошу заметить, в пределах двух с половиной минут. После такого хочется долго аплодировать инициатору праздника, а равно и творческому коллективу в целом.
Резюмирую: ярчайший образец кроссовер-стилистики прогрессивного свойства. Натуральное пиршество для нескольких поколений меломанов. Советую приобщиться.


Giant

10 февр. 2019 г.

Gordian Knot "Emergent" (2002)


Девиз "У нас только лучшие" стопроцентно применим к Gordian Knot. Их первый альбом в одночасье сделал Шона Мэлоуна любимцем музыкальной прессы. Рок-издания пестрели интервью с мастермайндом проекта, не стеснявшимся грезить о художественном альянсе с великими. А поскольку мистер Мэлоун по природе своей везунчик, счастье не обошло его стороной. С благословения Трея Ганна Шон сумел найти подход к Биллу Бруфорду. Блистательный ветеран арт-цеха ознакомился с дебютной пластинкой Gordian Knot и выразил готовность к сотрудничеству. Другого британского прогмейстера, гитариста Стива Хэкетта, заполучить оказалось сложнее. Но в итоге всё срослось должным образом. Из прежнего состава неизменной осталась фигура ударника Шона Райнерта. Партиями баса и стика Чэпмена Мэлоун решил распорядиться самостоятельно. Зато гитарную гвардию, помимо вышеупомянутого английского джентльмена, команданте GK укомплектовал персонами Джейсона Гобела и Пола Масвидала (оба – Cynic), а также привлёк к участию лидера прогрессив-металлической легенды Fates Warning Джима Матеоса. Концептуальную формулу материала "Emergent" затейник Мэлоун обрисовал так: "Инструментальные сочинения с позиции вокальной перспективы". Где вместо традиционной раскладки "куплет–припев" наличествуют сольные секции и комплексные гармонии. В таком вот аксепте, как говаривал незабвенный Модест Матвеевич Камноедов.
Вступительная миниатюра "Arsis" – меланхоличные басовые раздумья о вечном. Обманчиво пространное интро, за которым выстраивается тяжёлая артиллерия. Бойцовый этюд "Muttersprache" предельно конкретен. Да к тому же под завязку нашпигован энергичными струнными узорами всех мастей. Начинает риффовать Гобел, на 3-й минуте присоединяется Хэкетт, закрывают тему сообща, при массированной огневой поддержке электронных ударных Райнерта и стиково-гитарно-клавишных манёврах худрука Gordian Knot. В ядерной фреске "A Shaman's Whisper" Стив самоустраняется: it's not his cup of tea. Действуют парные связки: драммеры (Билл + Шон), гитаррерос (Джейсон + Пол). Ну и, разумеется, Мэлоун; куда ж без него... Загадочная фьюжн-схема "Fischer's Gambit" отмечена присутствием Матеоса, вдохновенно водящего медиатором по нейлоновым и металлическим струнам, и отчасти созвучна настроению предыдущего диска. Студийные бдения прерываются "живым" треком "Grace", запечатлённым на концерте в Орегонском университете. Скудный арсенал средств (стик и саунд-система Echoplex) позволяет глубже понять и прочувствовать авторскую индивидуальность Шона Мэлоуна, способного в одиночку завладеть вниманием аудитории. Фактуру опуса "Some Brighter Thing" мощными соническими росчерками заполняют Бруфорд, Хэкетт, Гобел и Матеос при мультиаккомпанементе главного выдумщика. Номер "The Brook the Ocean" – бессловесный диалог поколений. От лица старшего дробными долями вещает Билл, талантливую молодёжь представляет сами знаете кто. Результат – импровизационного плана крупногабаритный эскиз, впрочем, не лишённый изящества. Хэви-фьюжн "Singing Deep Mountain" расцвечен игрой каждого из приглашённых лиц (за исключением Масвидала) и сдобрен вокализами Мэлоуна и Сони Линн. Точку в путешествии профессионалов ставит хардовый джаз-прог-кунштюк "Surround Me", по-американски уверенный, но с оттенком философичности.
Резюмирую: абсолютно земная, материальная антитеза астральным проекциям предшествующего релиза, резонирующая с ним на уровне "инь–ян". Крепко, авантюрно, безукоризненно. Рекомендую.


Gordian Knot

9 февр. 2019 г.

Música Urbana "Iberia" (1978)


У ансамбля Música Urbana особое положение в иерархии испанского прога. Даже если не брать в расчёт синтетический характер их музыки (среднее арифметическое между джазом, роком и каталанской фольклорной традицией), нельзя обойти вниманием уникальное единение многогранных творческих личностей. С фигурой композитора Жуана Альберта Амаргоса (клавишные, альт- и сопрано-саксофоны, кларнет/бас-кларнет, художественный свист) всё более или менее понятно: симфонист, классик, маститый, заслуженный и т.д., и т.п. Второй по степени значимости участник группы, басист Карлос Бенавент (экс-Máquina!), впоследствии работал с Пако де Лусией, Майлзом Дэвисом, Чиком Кориа и прочими корифеями мировой сцены. Гитарист Жорди Бонелль (Secta Sònica) в 1987 г. основал секстет Azúcar Imaginario, с которым удостоился премии за лучшую джазовую запись года. Флейтист Жаума Кортаделлас много и плодотворно взаимодействовал с камерно-симфоническими оркестрами, трудился на ниве звукового оформления театральных спектаклей, не отказывая себе в удовольствии сотрудничать с "народниками", "психоделистами" и "артовиками". Ударник Сальвадор Фонт в 1970-е был весьма заметной персоной в барселонских прог-роковых кругах, а позднее примкнул к отцовскому коллективу Mantequilla и с головой погрузился в чистый джаз.
Свою вторую пластинку Música Urbana фиксировали расширенным составом – с исполнительницей на кастаньетах Авророй Амаргос и американским трубачом/флюгельгорнистом Мэттью Саймоном. Что закономерно привело к обогащению и без того насыщенного саунда. Альбом "Iberia" – это пять великолепных пьес, демонстрирующих мастерство, удаль, страстность и глубину мысли его создателей. В открывающем программу треке "En buenas manos" авторства Бенавента крупная басовая пульсация тонет в темпераментных, сугубо испанских мотивах брасс-секции. К третьей минуте действа торжественная интонация сменяется загадочным полуночным фьюжн-мерцанием, однако развязка инструментального сюжета выполнена в ключе заданного прологом темпоритма. Номер "Invitation au «xiulet»" подобен пёстрому каскаду настроений. Сперва нас баюкают меланхоличной, слезящейся тёплыми "джазинками" мелодией. Затем бесцеремонно бросают в киношную круговерть бурлеска, где полижанровость – непременное условие и квазиэстетическая категория, возведённая в ранг абсолюта. Как бы там ни было, вещь увлекательная, интригующая, с доброй порцией "изюмин" разнообразного свойства. Классицистический посыл "«Pasacalle» de nit" теряется в ироничной аранжировке: виртуозное наяривание дона Карлоса на мандолине, чириканье флейты, нарочито жирные контрапункты духовых успешно искореняют пафос и без следа уничтожают любые проявления снобизма. В развёрнутой панораме "Pasodoble balear" этнический колорит сопряжён с биг-бэндовым звучанием, пиано-манёвры точны и изящны, а разгульный фламенко-шабаш под занавес ничуть не противоречит парадоксальной внутренней логике произведения. Закрывается релиз эпической темой "Vacances perdudes", уравнивающей в правах туманный релакс с высокочастотным драйвом и массовой свально-инструментальной атакой.
Резюмирую: один из сильнейших прогрессивных фьюжн-актов семидесятых. Удивительный полёт фантазии, не растерявший оригинальности за прошедшие десятилетия. Очень рекомендую.

Música Urbana

6 февр. 2019 г.

Areknamés "Areknamés" (2003)


Генуэзский лейбл Black Widow Records слабо ассоциируется с бизнес-проектом. Основанный тремя итальянскими товарищами в далёком 1990 году, он прошёл тернистый путь развития – от скромной независимой рок-конторы до настоящего оплота культуры, в сферу интересов которого с 2005 года входит и театр. Об умении владельцев BWR выявлять таланты могут поведать многие состоявшиеся артисты. В том числе члены прогрессивной формации Areknamés. До 2001-го коллектив из портового города Пескара именовался Lentofumo и играл нечто в духе кентерберийцев семидесятых. Затем название поменяли на Mors in Fabula, записали демо-плёнку. И главный человек в команде – композитор, мультиинструменталист, вокалист, продюсер Микеле Эпифани предпринял рассылку материала по рекординг-компаниям. "Олдскульные" песни вкупе с англоязычной лирикой весьма приглянулись руководству BWR. С парнями без лишнего обхаживания заключили контракт. Однако латинизированную вывеску сметливые боссы отвергли напрочь. И предложили поискать термин поприличнее. После недолгого мозгового штурма нарисовался непонятно что означающий, но довольно эффектный вариант Areknamés. Всем понравилось, и трио в составе: Микеле Эпифани (орган, электропиано, синтезатор, меллотрон, клавесин, гитары, дудочка, вокал), Пьеро Раналли (бас), Мино Вителли (ударные, этническая перкуссия) продолжило творить под таким благозвучным титулом.
Дебютная программа ребят – шесть полнометражных вещей винтажно-психоделического свойства. Первым пунктом идёт 12-минутная конструкция "A Day Among Four Walls". Её мрачноватое настроение, своеобразная повествовательная манера Микеле и драматическая текстовая канва заставляют вспомнить Питера Хэммилла с Van Der Graaf Generator. Здесь атмосферность джаз-роковых эпизодов соседствует с эмоциональными взрывами, а пасторальная расслабленность перетекает в нагнетание грозной гитарной бури. Пьеса "Wasted Time" усиливает тему экзистенциального одиночества. Заблудшая душа героя мечется в лабиринте собственных страхов, тотального отчуждения и усталости от рутины. No Way Out. Безнадёга – и только. Умозрительную смысловую линию "Я царь — я раб — я червь — я бог!" удлиняет фреска "Down". Самокопание сквозного центрального персонажа тут достигает нового уровня. Ещё больше хэммилловских нот; отполированное до зеркального блеска отчаяние, в коем отражается тщедушный, скрюченный уродец, возомнивший себя пупом земли и вершителем судеб мира. Музыкальная ткань скроена из прог-, хард-, фьюжн-элементов с устойчивой приставкой "дарк". В номере "Season of Death" заунывная рефлексия а ля Anekdoten сдобрена джазовыми фишками, мессианскими органными перекатами, фоновым нарративом и утяжелёнными "Хаммонд"-выкрутасами по рецепту Atomic Rooster. В затейливом, нашпигованном нюансами стилевом калейдоскопе "Boredom" за лид-гитарные позывные отвечает гостевой участник Стефано Коломби. Финалом служит эпическое по духу полотно "Grain of Sand Lost in the Sea", чьи морские пейзажи в равных долях включают аморфно-штилевые сегменты и вздымающиеся яростные валы.
Резюмирую: любопытный старт одной из наиболее перспективных групп современного итальянского прог-дивизиона. Любителям Г.Ф. Лавкрафта, инфернальной поэтики и психологических заморочек арт-рокового плана пропускать не советую.


Areknamés

3 февр. 2019 г.

Michał Urbaniak's Fusion ‎"Atma" (1974)


«Польский ответ Жан-Люку Понти». Звучит смешно, по сути же – верно. Впрочем, звуковая одиссея Михала Урбаняка (р. 1943) заслуживает не меньшего внимания, чем творческий путь его именитого альтер эго. Музыкальная одарённость маленького Михала не вызывала сомнений у родных и друзей. Однако всерьёз осваивать скрипку он начал лишь в старших классах. Далее было профильное обучение у лучших педагогов Варшавы и Лодзи, престижные семинары в Москве. Но вместе с шестидесятыми в душу Урбаняка вторгся джаз, заставив классическую технику потесниться. Скрипач на время "перекрасился" в саксофонисты, примкнул к ансамблю Збигнева Намысловского и принялся колесить по джазовым фестивалям Старого и Нового Света. В 1969-м маэстро с супругой, певицей Урсулой Дзудзяк, и органистом Войцехом Кароляком учредил Michał Urbaniak's Fusion. Выступления коллектива воспринимались ортодоксально настроенными меломанами своего рода экзотикой, ведь наравне со скрипкой традиционного пошиба солист и композитор Михал использовал электрическую 5-струнную разновидность инструмента. Успех группы на фестивале в Монтрё (1971) ознаменовал крутой поворот в жизни нашего героя: звание лучшего скрипача Европы, получение стипендии для повышения квалификации во всемирно известном колледже Беркли, наконец, мероприятие New Violin Summit, где ему довелось сыграть на одной сцене с Робертом Уайеттом, Терье Рюпдалем, Жан-Люком Понти и другими звёздами. А в сентябре 1973 г. Урбаняк с Урсулой выехали на ПМЖ в Нью-Йорк...
Диск "Atma" записывался на студии лейбла Columbia летом 1974 года. Войцех Кароляк (электропиано, синтезатор Муга, орган "Farfisa"), Павел Ястшембский (бас) и Чеслав Бартковский (ударные) во главе с лидером бэнда (струнные, сопрано-сакософон) продемонстрировали оригинальность и мощь славянского фьюжн-фолка. Уже на уровне открывающей пьесы "Mazurka" нам явлен образцово-показательный синтез наивных сельских мотивов Восточной Европы с виртуозными, лихо закрученными джаз-роковыми партиями. Этюд "Butterfly" очаровывает эффектным журчанием клавишных, атмосферным вокализом госпожи Дзудзяк и общим лирико-созерцательным настроением. В рефлективной ткани "Largo" присутствуют загадочное мерцание океанской бездны и электрические всполохи сверхактивных, энергетически заряженных струнных пассажей. Драйв, задор, скорость и неуёмный оптимизм насыщают фактурную зарисовку "Ilex", за которой следует очередной уникальный опыт по сращиванию структурно разномастных деталей. Речь о номере "New York Batsa". Это – подлинная ода мультикультурализму, ибо в модерновый fusion-корпус интегрирована схема деревенской плясовой. Дилогия "Kama" убедительно доказывает авторскую состоятельность Урбаняка в деле создания экстравагантных эпизодов авангардного толка. Бессловесные певческие упражнения (если можно назвать так стенания, бормотание, вскрики, всхлипы и т. п.) Урсулы постепенно окаймляются мелодией, ритмом и своевременно сходят на нет. Венчает программу комплексная трилогия "Atma" (Yesterday – Today – Tomorrow) с грамотно выстроенным варьированием темпов, приёмов, комбинаций и смыслов.
Резюмирую: скромный шедевр прогрессивного джаз-рока, находящийся в ряду эталонных пластинок жанра. Очень рекомендую.

Michał Urbaniak's Fusion