28 нояб. 2014 г.

Poliphony "Poliphony" (1973)


Скромный самиздатовский лейбл Zella Records, непозволительно маленький тираж... Казалось, обстоятельства не благоволили бирмингемскому ансамблю Poliphony. Реализовав в 1973 году единственную пластинку, парни рисковали напрочь затеряться в бесконечном ворохе свежих прог-откровений. Собственно, так и случилось. Но уже в ХХI веке звуковые раскопки заслуженных рок-археологов, сотрудников компании Audio Archives, позволили вернуться английскому составу из плена небытия. И вот он, нечаянный подарок поклонникам инструментальных фьюжн-зарисовок.
Некоммерческая направленность лонгплея очевидна. Похоже, ребята изначально не грезили об известности. Собравшись вчетвером, Poliphony попросту сочиняли в свое удовольствие. А тот факт, что их совместные игрища оказались запечатленными на пленке, побочное явление, не более того. Ричард Бремнер (гитара), Дэйв Бристоу (электропиано, флейта), Боб Бучер (бас), Дэвид Фир (перкуссия)... Кому сегодня что-либо определенное скажут эти имена? И все же члены квартета были достойны лучшей доли. Хотя бы в силу общей привлекательности материала.
"An album of jazz, blues and rock". Миниатюрный литерный набор на обложке CD как нельзя лучше отражает суть дела. В принципе, к каждому из вышеуказанных жанров можно присовокупить приставку 'арт'. Возьмем для пробы трек номер один, "Underdog". Ритмический фанк-рисунок, мягкая джазовая флейта-соло, wah-wah гитара + лирическое настроение. Здесь, наряду с кентерберийской легкостью дыхания, заметна импровизационная подготовка исполнителей, умение зацепить главное в череде как будто спонтанных, изменчивых по плотности партий. Замысловатый ступенчатый пиано-орнамент формирует каркас номера "Cameo", где наиважнейшим элементом служит базовое чувство свинга. И не забудем софт-блюзовые кружева шестиструнного самурая Бремнера. Этюду "Monday's Race" авторства басиста Бучера хватает лукавства, улыбчивой джазовой хитринки, а вместе с тем - дюжего рок-н-ролльного драйва. Подобная комплексность, вероятно, и есть отличительная черта Poliphony. Располагая минимумом изобразительных средств, они решают достаточно нетривиальные задачи. Почти 7-минутная, нарочито монотонная пьеса "Leaf" затягивает слушателя своим блюзово-медитативным свойством и прочно удерживает внимание на незримом поводке. Дилогия "Mirrror 1/Mirror 2" отмечена композиторской фантазией маэстро Бристоу. По левую сторону дорожки - традиционные (пусть и виртуозные) боп-фигуры, по правую - астрально-психоделическая мечтательность, берущая исток в субкультуре "детей цветов". Внешне - совершенно разные полюса, однако противоречия между ними не возникает. Игровая вещица "Decision for Gillian", при наличии прото-прогового темпа, сфокусирована на джаз-блюзовых пируэтах гитары и клавишных. Здоровый консерватизм присущ 12-тактовому квадрату "Gagged and Bound", что, впрочем, не лишает его изящества и шарма. Наконец, тотальное увлечение Востоком преломляется в призме финальной конструкции "Richard's Raga". Правда, и тут Poliphony курсируют своеобразным манером, не копируя других и бережно неся ощущение внутренней свободы...
Резюмирую: солидная, ровная, профессионально воплощенная программа без ненужных притязаний на шедевральность. Хороший повод отдохнуть от зимнего сумрака будней. Приятного знакомства.  

25 нояб. 2014 г.

Et Cetera "Et Cetera" (1976)


Четверо из пяти участников Et Cetera с начала восьмидесятых активно продвигались в песенном поп-направлении. Курьез или закономерность? Бог ведает. Однако не стоит забывать, что 1976 год прославил их качественно иным образом.
В ту пору интеллектуальная сцена Квебека переживала бум увлечения англичанами Gentle Giant. Для многих молодых исполнителей британцы воспринимались если уж не богами, то безоговорочными заочными гуру. Лишь единицы могли дерзновенно претендовать на попытку стать вровень с небожителями. Из породы таких вот умников оказались герои нашего обзора. Практически все члены Et Cetera имели за плечами классическую музыкальную подготовку, а потому их притязания на лавры преемников "гигантов" выглядели оправданно. Конечно, воспроизвести манеру GG дословно - не ахти какое достижение. Но ведь синкопированная ритмика вкупе с отсылкой к средневековью не является абсолютным ноу-хау коллектива братьев Шульманов. У ребят из Et Cetera хватило ума не просто взять на вооружение отдельные базовые приемы, а попутно озаботиться поисками собственного лица. Получилось ли? Давайте посмотрим.
В чем канадцам повезло, так это в наличии вокалистов обоего пола. Именно женственные лирические отступления Мари Бернар Паже (синтезатор, клавишные, голос) не дают автоматически изобразить знак равенства между, скажем, стартовой композицией "Et la musique tourne" и любой из пьес Giant. Помимо прочего, гитарно-муговые соло выполнены в почти традиционном для квебекского прог-сообщества фьюжн-ключе, что также не позволяет провести окончательную стилевую параллель. Сложнейшая архитектоника номера "Éclaircie" демонстрирует недюжинную фантазию автора - Дени Шартрана (синтезаторы, флейта, саксофон, вибрафон, вокал), и заодно - командное виртуозное владение инструментами. Усиленная джазовая составляющая вкупе с милым франкоязычным воркованием Мари спасает от подражательства вещь "Entre chien et loup". Концовка, правда, окрашена в необарочные цвета (клавесин, духовые, акустическая гитара), но сие нисколько не нарушает гармонического строения трека. Менестрельские мотивы уровня Jethro Tull проклевываются в бессловесном этюде "Apostrophe". Даже мощнейшие лид-партии Робера Маршана напоминают о бенефисных эпизодах Мартина Барре. И только сакс Шартрана обеспечивает фактуре сочинения необходимое фьюжн-равновесие. По-видимому, шульмановская театральная природа - не пустой звук для квинтета: уж больно знакомым кажется характер шансон-пантомимы "Newton avait raison". И вновь палочкой-выручалочкой для группы служит мадемуазель Паже: ее романтические голосовые упражнения защищают остальных от умозрительных нападок сердитых критиков. Очаровательна камерная сказка "L'âge dort". Тут уж их сложно будет упрекнуть в плагиате: тема оригинальна и выразительна. Кабы не финальное прог-сумасбродство "Tandem"... Хотя и у этого эксцентрического сюжета есть буфер в виде самодостаточной колыбельно-симфонической части...
Резюмирую: несомненно, грешащая вторичностью, и все-таки уверенная заявка на лидерство от молодых амбициозных артистов. A must have для поклонников Gentle Giant

22 нояб. 2014 г.

Paidarion "Behind the Curtains" (2011)


Финский коллектив Paidarion - производное от групп Mist Season, Progression и Strandberg Project. То есть своего рода суперсборная. Вовлекая в прожект существенное количество дополнительных лиц, рулевые Киммо Пёрсти (ударные) и Ян-Олоф Страндберг (бас) преследовали совершенно определенную цель: расцветить авторский материал как можно большим числом деталей. Не знаю, удовлетворил ли самих зачинщиков полученный результат, но дебютный альбом Paidarion "Hauras Silta" (2009) во многом грешил отсутствием монолитности. Набор приятных песен и мелодий (фьюжн/госпел/фолк/нью-эйдж/арт-рок) с трудом помещался в раздел "прогрессив". Однако же реагировали на него преимущественно любознательные адепты жанра. Рецензенты этой категории отнеслись к диску благожелательно, особо отметив чарующий тембр певицы Кристины Йонсон. Негласный лидер ансамбля Киммо внимательно изучил критику, сделал соответствующие выводы и взялся сочинять музыку для второго лонгплея. Роль вокалистки на сей раз доверили Элине Хаутакоски. Возросло количество духовых партий (к флейтисту Олли Яакколе присоединился саксофонист Ристо Салми). Собственную лепту привнесли американские гости, культовый басист Майкл Манринг и электроскрипач Стив Анру (Resistor). Но главное - несколько видоизменилась внутренняя стратегия. Как именно? Об этом ниже.
Титульный инструментальный номер скроен в традициях прежних лет. Лирический фьюжн с четко прослеживаемой мелодией и выразительной басовой перекличкой тандема Страндберг / Манринг просто не может не понравиться мечтателям от арт-рока. Впрочем, сие лишь начало. Пьеса "A Small Wish" - яркий пример современного поп-прога. Вокальный диалог девицы Элины с мужественным Бобом Прайсом реанимирует в памяти фрагменты концепт-эксперимента "Mind Vol. 4" шведов Isildurs Bane. Хотя там все было закрученнее и жестче. Paidarion же не стремятся казаться масштабнее и глубже. Они такие, какие есть: околоджазовые сказочники-фантазеры. Правда, при случае не упускают шанса блеснуть мастерством. За примерами далеко ходить не надо. Трек "Trapeze" - безупречная схема, сработанная по рецепту Пекки Похьолы: зажигательные гитарные пируэты Яана Яансона, лаконичные клавишные Киммо Тапананинена, духовая полифония и неизбежный лейтмотивный центризм. Мерцающий джазовый этюд "A Springtime Meadow" заточен под голос госпожи Хаутакоски: интимная камерность в сочетании с томными партиями сакса хороша неброскостью. Особенно на контрасте с последующим драматическим прог-боевиком "A Vertical Rope". В структуре "A Leap into the Unknown" сталкиваются лбами чопорный органный классицизм и замысловатый фьюжн (последнее слово, разумеется, остается за модернистами). Романтические цветочки полуакустической баллады "A Rose in the Sun" взращены на эстрадно-фольклорном грунте; слегка "не в кассу", ну да ладно. Затем все то же самое внедряется в пронизанную мощными электрическими пульсациями рок-среду ("Paidarion"), хотя надуманность подобного шага очевидна. Исправляет ситуацию салонный эпизод "The Magician's Departure" с индивидуальными артистическими блестками Элины. Замыкает шеренгу интересная тема "The Final Show", где отзвуки наследия Похьолы комбинируются с красочной эстетикой симфо-прога.
Резюмирую: любопытная, профессионально воссозданная художественная панорама, чьим единственным спорным пунктом является неоправданная склонность к эклектике. Тем не менее советую ознакомиться. 

19 нояб. 2014 г.

Artcane "Odyssée" (1977)


В пору, когда консервативная старушка-Британия без боя капитулировала пред буйными ордами панков, Франция продолжала стягивать остатки разрозненных партизанских арт-соединений под знамена интеллектуального рока. Центр борьбы переместился из столицы в провинцию. И та сумела проявить себя достойнейшим образом. Взять, допустим, Клермон-Ферран - один из старейших городов региона. Архитектурные памятники средневекового типа, сыры, курортные красоты, фестивали короткометражного кино... Неплохой наборчик, верно? Но и это не всё. В интересующем нас разрезе место отмечено появлением оригинального квартета Artcane, чья единственная пластинка по праву занимает почетную нишу в художественной галерее поздних семидесятых. Имена четверых мушкетеров от прога таковы: Джек Млински (гитары, вокал), Ален Купель (синтезаторы, вокал), Станислас Беллок (бас, вокал), Даниэль Локси (перкуссия). Свой скромный шедевр парни записывали на излете 1976 года в стенах парижской студии Ferber. Выпуском LP ведал тамошний филиал концерна Philips. Факт немаловажный, означающий, что менеджеры разглядели в ребятах серьезный потенциал. И хотя дальше издания диска "Odyssée" дело не сдвинулось, зафиксированный на виниле материал позволил ансамблю остаться легендой в истории прогрессивного рока.
Сразу оговорюсь: мнения большинства рецензентов относительно сильного сходства Artcane с King Crimson не разделяю. Группе, как мне кажется, удалось нащупать собственный стилевой путь. Тут скорее будет уместно порассуждать о связи концепт-выкладок наших героев с традициями научно-фантастического жанра. Впрочем, уделять внимание подобного рода мыслям в рамках музыкального обзора неправильно. Посему обопремся на привычную схему мини-изложения.
В титульной стартовой фазе имеем микс из sci/fi синти-бульканья, прихардованных риффов и элементов пост-психоделии. По духу близко сольным творениям Стива Хиллиджа, однако подача не столь изощренна. Видимо, виртуозность интересовала инструменталистов в последнюю очередь. Зато к атмосфере, общему настроению трека претензий нет. Электроакустическая фреска "Le Chant D'Orphée" - прекрасный сплав драматизма, астральных секвенций и чувства неотвратимости кармического шторма. Фирменная вещица, за которой следует гибридный эпик "Novembre": медитативность, помноженная на кульминационные вспышки эмоций; очень выразительно и по-французски тонко. В этюде "25ème Anniversaire" маэстро Млински лихо "фриппует" направо и налево, фаршируя струнной картечью язычки обезглавленных жаворонков. Деваться некуда, реальный повод для сравнений. Но упрекать коллектив в подражании не хочется, не тот случай. Гвоздь программы - мрачноватая сюита "Artcane 1". Здесь всего понемногу: монотематические ступенчатые диагонали а ля ранний Майк Олдфилд, драйв и лиризм Camel образца 1974 года и что-то неуловимо свое. Финальный штрих "Nostalgie" заставляет вспомнить меланхолические фолк-напевы канадцев Harmonium. Впрочем, хитрый лидер Джек не упускает шанса разбавить повествование острыми рок-ингредиентами...
Резюмирую: загадочная, интригующая и в меру красочная арт-панорама, способная увлечь меломана в путешествие по темным уголкам мерцающего прог-лабиринта. Рекомендую.

15 нояб. 2014 г.

Fusioon "Fusioon" (1972)


Испанская прог-сцена семидесятых - совершенно отдельная история. Тут, конечно, присматривались к передовым достижениям британцев, перенимали опыт, но при том не забывали о собственных корнях. Благо каждая из национальных провинций могла похвастаться уникальными песенными традициями. Впрочем, пусть другие занимаются рассуждениями общего порядка по данному вопросу. Мы же оставим в покое теорию и сосредоточимся на вполне конкретном объекте - квартете Fusioon. Зародился ансамбль в городке Манреса - духовном оплоте каталанской культуры. Здесь в конце 1950-х годов возникло музыкальное движение Nova Cançó, символизирующее возрождение глубинных региональных пластов. И с этим направлением был тесно связан основатель бэнда Fusioon - композитор/клавишник Манель Камп. Его соратниками стали: родной брат Жорди Камп (бас), Марти Брунет (гитара, синтезатор), Санти Ариса (ударные, перкуссия). Любопытно, что на первый альбом не вошло ни одной авторской вещи от непосредственных участников коллектива. Большей частью дебют состоял из реаранжировааных Манелем совместно с Казасом Аухи популярных мелодий. Но то, как это было сделано, дорогого стоит.
В 35 минут звучания четверка 'фьюжионеров' умудрилась вложить немалое количество хитроумных композиционных маневров, тщательно просчитанных инструментальных комбинаций да и попросту превосходной игры. В открывающей пьесе "Danza Del Molinero" наряду с джаз-роковым ритмическим базисом явственно различимы почвеннические тенденции. Группа действует на редкость искушенно, не боясь смешивать в разнообразных пропорциях кардинально отличные друг от друга краски. Классические фортепианные ходы, наступательные приемы ударных и баса, несколько агрессивная гитарная подача + полифонические изыски барселонской оркестровой школы и толика прото-проговой органной эквилибристики. Эстрадно-фольклорная основа номера "Ya Se Van Los Pastores" проглядывает эпизодически, на уровне электрострунных пассажей Брунета. Остальное погребено под толщей сменяющих друг дружку замысловатых картин, где царят арт, джаз и флейтовые эскапады в стиле не то Герби Манна, не то Тийса ван Лира (в буклете исполнитель не обозначен). Трек "Ses Porqueres" сфокусирован на драйв-перекличке фоно с гитарой при мощной свингующей поддержке связки Жорди / Санти. В "Pavana Española (Siglo XVI)" маэстро Манель демонстрирует высший пианистический класс. Блистательная техника сопутствует чистой драматургии. В результате за три с хвостиком минуты перед нами без слов проносится законченное повествование - метароман, сжатый до формата миниатюры. Событийные коллизии вещи "Negra Sombra" колеблются от развернутых симфо-деталей до пространных лирических фьюжн-отступлений. Но и тут все емко, концентрированно, по существу, без ненужных заусенцев. В контексте сочинения "En El Puerto De Pajares" команда уделяет модному в те годы веянию, а именно - барокко-року. Налицо определенная схожесть с выкладками голландцев Ekseption. Тем не менее Fusioon смотрятся интереснее, хотя бы по причине ввода духовых в структуру произведения. Занятный этюд "Rima Infantil" выстроен как умозрительное знакомство Дж. Гершвина с испанской андеграунд-тусовкой. А финальная "El Cant Dels Ocells" смело адаптирует выразительный поп-мотив к сращиванию с безупречными джаз-, прог- и классик-сегментами.
Резюмирую: исключительно сильная работа, реализованная по-настоящему талантливыми людьми. Искренне рекомендую каждому меломану.

11 нояб. 2014 г.

Advent "Cantus Firmus" (2006)


"Современный аналог классических британских прог-составов". Вот так, без тени смущения, преподносит себя американский ансамбль Advent. Справедливо ли? Кто знает. Во всяком случае на одни весы с грандами ставить их я бы поостерегся. Тем не менее творчество этих добрых молодцев заслуживает внимания.
Образовались Advent в 1987 году по инициативе мультиинструменталиста Алана Бенджамина (гитары, бас, стик, мандолина, деревянные духовые), а также братьев Птаков - Генри (клавишные, лид- и бэк-вокал, перкуссия) и Марка (клавишные, бэк-вокал, перкуссия). Оба родственника как раз заканчивали обучение в престижном колледже Беркли, подспудно лелея мечту о профессиональной сцене. И талантливый мистер Бенджамин подвернулся им очень вовремя. Укомплектовав группу ударником Майком Кэрроллом, ребята записали демо-пленку. О крепости материала косвенно свидетельствует факт освещения работы безвестной команды на страницах печатной версии "Гибралтарской энциклопедии прогрессивного рока". Дальше было еще любопытнее. Advent приняли участие в паре сборников-трибьютов несравненным Gentle Giant - штатовском "Giant Tracks" и итальянском "Giant for a Life", выпустили в апреле 1997-го безымянный дебютный альбом и чуть погодя зафиксировали на монотематической CD-компиляции "The Best of the Whalers" от Mellow Records собственное посвящение легендарным англичанам Procol Harum. Казалось, жизнь вот-вот наладится. Однако резонанса по-прежнему не возникало. После разных пертурбаций за барабаны сел опытный джазмен Дрю Сицилиано. В компании с ним остальная троица запечатлела программу "Cantus Firmus", ставшую предметом горячего обсуждения в специализированной прессе. Рецензенты нахваливали свежий релиз Advent. И можно понять их, ведь подобного рода прожекты редки под звездно-полосатым стягом.
Двухминутное начало а капелла "GK Contramundum" явственно намекает на преемственность. Да, схожими приемами некогда баловали публику все те же Gentle Giant. Но американцы не клонируют богов прог-олимпа: просто рожденная Гигантами эстетика близка по духу нашим героям. Бессловесный пассаж "Awaiting the Call" уравнивает в правах мягкий симфо-фьюжн с искусственными традициями неопрога; эдакий умозрительный привет шведам The Flower Kings. С Цветочными же Королями роднится печальная пьеса "Parenting Parents": сказочная пасторальность сюжету, безусловно, к лицу. В "Utter Once Her Name" Advent усложняют задачу. Тут уже веет плакатным средневековьем: герольды, менестрели, пафосная симфо-калибровка... Прямо клуб исторической реконструкции на выезде. В прелестной электроакустической фреске "Remembering When" маэстро Бенджамин виртуозно имитирует на гитаре скрипичную манеру игры, а 18-минутный эпик "Ramblin' Sailor" ловко прогоняет открытия Jethro Tull и Giant по модернистским рельсам. Религиозным мистицизмом дышит выразительный хоральный этюд "Your Healing Hand", после чего следует бравурный "Firmus Finale" с нарочито синтетическими фанфарами. Приплюсованные бонусы 1987 года "Rear View Window" и "Alison Waits (A Ghost Story)" интересны лишь с точки зрения эволюции коллектива, ибо сами по себе погоды не делают.
Резюмирую: не шедевр, но добротная арт-панорама, прорисованная по стершемуся трафарету семидесятых. Приятного знакомства. 

8 нояб. 2014 г.

Claude Bolling, Jean-Pierre Rampal & Alexandre Lagoya "Picnic Suite" (1980)


Творческой энергии пианиста и композитора Клода Боллина мог бы позавидовать любой профи. С удивительной периодичностью этот вечно юный душою джазмен успевал выдавать оригинальные музыкальные программы, в которые вовлекал друзей, единомышленников и лично незнакомых, но близких по духу артистов. Причем не всегда инициатива сочинения того или иного опуса исходила непосредственно от маэстро. Скажем, в случае с "Пикник-сюитой"все было ровно наоборот. К Боллину обратились с встречным предложением давние знакомцы, флейтист Жан-Пьер Рампаль и гитарист Алешандре Лагойя. Прежние дуэты с каждым из них в отдельности принесли заслуженный международный успех гранду французской сцены. Однако произведений для трех солирующих инструментов (при поддержке ритм-секции) мэтр покуда не оформлял. Задача, невзирая на трудность, выглядела интригующе. А потому Клод засел за работу. В авторском тигле причудливо сплавились элементы рококо, барокко, джаза и других фундаментальных пластов. Результатом же явилась дивная звуковая комбинация, которую зачинщик мероприятия без ложной скромности окрестил "изысканной".
Знакомые нотки вступительного номера "Rococo" красноречиво свидетельствуют о наследственной связи с диском "Suite for Flute and Jazz Piano" (1975). Вдохновенные пассажи Рампаля поначалу разыгрывают диалог с деликатным тембром гитарных струн Лагойи. И только на второй минуте действа к процессу подключаются фоно Боллина, контрабас Ги Педерсена и ударные Даниэля Юмэ. В плане настроения четко заявленная градация (торжественность неоклассики + мнимая фьюжн-легкомысленность) постепенно нивелируется, и вот академизм получает отставку: флейта вырисовывает в воздухе задорные фигуры, а пиано в унисон с гитарой отчебучивает лихие коленца. В контексте трека "Madrigal" соническая эстетика Ренессанса великолепно оттеняется лирическими джазовыми аккордами и элегической меланхолией духовых; Клод снова демонстрирует мастерство в искусстве составления мелодических коллажей. Полотно "Gaylancholic" - очередной узнаваемый привет из прошлого. Замысел тут достаточно ясен: показательная конфронтация между желанием тандема Рампаль / Лагойя порефлексировать в тишине и навязчивой идеей Боллина устроить праздник жизни в гуттаперчевом боп-варианте. Итогом служит яркий эмоциональный эскиз, приготовленный по фирменному рецепту искушенного шеф-повара Клода. Волшебное очарование баллады для гитары и флейты усилием троицы преображается в разудалый карнавал красок под вывеской "Fantasque". Обращение к менестрельским мотивам в рамках пьесы "Canon" превосходно маскируется комплексной игривой подачей джазового толка. Этюд "Tendre" выступает в качестве ностальгической прогулки по излучинам дуальных концертов пятилетней давности. Завершается "Picnic Suite" бодрой вещью "Badine" - коллективной улыбкой безмерно одаренных исполнителей.
Резюмирую: отличный подарок для любителей талантливых crossover-авантюр. Наслаждайтесь.

4 нояб. 2014 г.

Cuprum "Brahma Višnu Šiva" (2014)


Прогрессив-рок в силу многоликости своей коварен. И если отдельные его разновидности (скажем, авангард) подразумевают под собой возможность непрестанного развития, другие (например, прото-арт) не приветствуют существенного отклонения от заданных ориентиров. В этой связи чехам Cuprum ничего не стоило сделаться заложниками формы. Хотя после феерического дебюта "Musica Deposita" (2011) другого от них и не требовалось. Продолжи ребята творить в избранной аппетитной манере (забубенный прог-хард образца ранних семидесятых), поклонники им бы лишь спасибо сказали. Но, видимо, самокопирование не входило в планы членов секстета. Второй полноразмерный релиз Cuprum "Brahma Višnu Šiva" по настроению в чем-то противоречит первенцу. К слову, так разнятся между собою школяр-озорник и выпускник университета. Альбом создавался неспешно, в течение нескольких месяцев (с октября 2013 по февраль 2014 г.). И эта основательность обусловила умеренное свечение эмоционального спектра.
Релиз открывается треком "Cizí město v hlavní zemi", выдержанном в традициях Jethro Tull с некоторой примесью Traffic. Казалось бы, все атрибуты на месте: и гитарно-флейтовая рифф-связка, и поочередные соло на тех же инструментах + неизменный "Хаммонд" Штепана Воденки. Однако звучит оно без предельного драйва, сочности, с меньшей плотностью фактуры. Даже тембр фронтмена Рихарда Малата утратил характерную боевитость. Азарт обернулся серьезностью. В итоге вдумчивая "взрослость" стала сопутствующим фактором программы. Очередную попытку раздухариться музыканты предпринимают в контексте пьесы "Urnový háj". Веселее прочих тут выглядит Ян Дрхаль, чьи гитарные 'wah-wah' эффекты временами оживляют палитру. Союз фольклорных обертонов с роком - штука беспроигрышная. Но даже в столь событийно насыщенной области чехи умудряются урвать свой кусочек рефлексии. Превосходно выстроен этюд "Iluzionista". Без ненужной бравады группа претворяет в жизнь фирменный электроакустический мелос, близкий по духу произведениям Йена Андерсона. Композиционная стройность пребывает в гармонии с тщательно подобранными звуковыми средствами (а это ли не главное для любого арт-опуса?). Сугубо игровой элемент мозаики под шапкой "Časostroj", невзирая на условную принадлежность к прото-прогрессиву, содержит в себе энную степень созерцательности. Что в рамках означенного направления воспринимается определенным новаторством. Заглавная вещь - подлинный бальзам для ценителей предшествующей работы Cuprum. 'Влтава-рок' как он есть - с залихватскими пассажами флейты, гитары, изобретательными ритм-линиями и меллотроновым фоном в придачу. Об особеннностях фрески "Chvíle v Canterbury" несложно догадаться из названия; правда, типично Caravan'овский добрый прищур соседствует здесь с ершистой славянской непоседливостью. "Pracuju na pásu" служит законным предлогом пошалить на почве искрометного харда. Точку же в конце пути ставит шикарный джем "Labe 02 (frag. VI)", демонстрирующий исключительную крепость закваски парней из Cuprum.
Резюмирую: достойное продолжение диска "Musica Deposita", одна из несомненных прогрессив-удач 2014 года. Рекомендую.