27 февр. 2014 г.

Catapilla "Changes" (1972)

В щедрые на выдумку семидесятые под луной возникало многое. Идеи вспыхивали, вызревали и тускнели, на смену им устремлялись новые... Едва ли не каждая британская улица славилась чудаками с замашками подстрекателей. Стоило кому-либо из них бросить клич или заговорщицки шепнуть "а давай...", как в пространстве намечалась эксклюзивная творческая единица. Например, ансамбль Catapilla. Эта оригинальная формация появилась в Западном Лондоне под Рождество 1970 года. Исповедуемый септетом экспериментальный джаз-рок заинтересовал менеджмент компании Orange Music. Шефство над группой взял продюсер Патрик Миэн - большой любитель мистики с уклоном в чертовщину (именно он трудился над дебютом Black Widow, а в последующем число клиентов Миэна пополнили Black Sabbath). Однако еще до начала студийных сессий певица Джо Мик рассталась с коллегами и в срочном порядке была заменена родной сестрой Анной. Изданный лейблом Vertigo безымянный лонгплей Catapilla получил неплохую прессу. Команда без промедления отправилась в концертный тур совместно с коллективами Грэма Бонда и Роя Харпера, по окончании которого собиралась оккупировать студию. К тому моменту из постоянно действующих музыкантов остались лишь Анна Мик (вокал), Грэм Уилсон (гитара) да Роберт Калверт (саксофоны; не путать с полным тезком - фронтменом Hawkwind, писателем и деятелем театра!). Прочую часть конгломерата представляли Ральф Ролинсон (орган, электропиано), Карл Уоссард (бас) и Брайан Хэнсон (ударные). Продюсерское кресло Миэна отошло Колину Колдуэллу. И завязался увлекательный процесс фиксации свежего материала... 
"Changes" продемонстрировал возросший композиционно-исполнительский уровень участников Catapilla. Заметно усилилась инструментальная составляющая, структуры сделались мощнее и искушеннее. Открывает парад эпическая фреска "Reflections". Психоделические стенания Анны по мере движения теснятся комплексными духовыми (наряду с акустическими сопрано-, альт- и тенор-саксофонами Калверт использует их электрический подвид) вкупе с чеканным ритмом Хэнсона. Органной игре и гитарно-басовым сюжетам уделяется внимание во втором сегменте пьесы. Общее впечатление: необычно, гипнотично, интригующе. Последующая вещь "Charing Cross" не менее прогрессивна: на 1/2 - расслабленный фьюжн, украшенный чувственным тембром госпожи Мик + умеренно-эмоциональные партии Роберта, на другую половину - яростный галоп с астральными рок-откровениями гитары Уилсона. 12-минутная "Thank Christ for George" - тончайший срез между петляющими джазовыми силуэтами и смурными "кислотными" флюидами, унаследованными из стробоскопического прошлого; иными словами, в фантазии ребятам не откажешь. Заключительный номер "It Could Only Happen to Me" традиционно тяготеет к двойственности: тут вам и вполне элегическое решение темы при необарочном клавишном антураже на пару с яркими пассажами сакса, а также эпизодические ритм-энд-блюзовые "подлянки" Грэма Уилсона, подзуживаемого тандемом Уоссард - Хэнсон. Побеждает, как водится, дружба...
Резюмирую: великолепный образец раннего английского джаз-прога и отличное прибавление в коллекцию меломана.

25 февр. 2014 г.

Richard Sinclair "R.S.V.P." (1994)

Проект RSVP затевался дважды. Впервые это случилось в конце 1976 года, после завершения серийного иронически-ностальгического мероприятия под названием Sinclair and the South. Тогда в компанию к Синклеру (вокал, бас) подались Ричард Фолдс (гитара), Перри Уайт (клавишные), Винс Кларк (ударные). Состав оформил несколько демо-записей и приказал долго жить. Временно оставшись не у дел, трудоголик Рич нашел себе довольно неожиданное занятие: "Я решил действовать по примеру отца. Тот работал плотником в Кентербери, а по вечерам - музыкантом. Вот и мне пришлось мастерить столы и все в таком роде". Интересный нюанс: в ту же пору Синклера позвали басистом в группу Питера Гэйбриэла, но в итоге предпочтение выказали Тони Левину. Может, и к лучшему, ведь апрельским днем 1977-го Ричарду улыбнулся шанс стать частью фамильного древа Camel... Потом были короткие сессии в Caravan образца восьмидесятых, разовый прожект Gowen Miller Sinclair Tomkins, банда Фила Миллера In Cahoots и многое разное. И уже в девяностые, по окончании тура Caravan of Dreams, наш герой реанимировал RSVP - с иными людьми да в новом качестве.
Вторую сольную пластинку Ричард Синклер воплощал при поддержке своеобразной арт-роковой команды мечты. Судите сами: ударники Энди Уорд (ex-Camel), Пип Пайл (ex-Hatfield and The North, National Health, Soft Heap и др.), Дэйв Коэн, клавишник Кит Уоткинс (ex-Happy the Man, Camel), духовики Дидье Малерб (ex-Gong, Clearlight), Тони Коу и Джимми Хастингс (Caravan). А еще Алан Кларк (гармоника) и Тони Рико (диджериду). В отношении манеры Рич не изменил себе. Перед нами стопроцентный canterbury fusion с некоторой долей сюрпризов. Впрочем, давайте обо всем по порядку.
Стартовая штучка "What's Rattlin'" исполнена в характерном для Синклера варианте: исключительно деликатная песенная история с изящной тканью аранжировок (сакс Малерба, ударные Коэна, говорливый бас Ричарда) и определенным налетом камерности. Интеллигентная рапсодия "My Sweet Darlin" в связке с Уоткинсом и Уордом - того же поля ягода (правда, без слов, сплошной вокализ); гарантированно понравится любому ценителю творчества экс-караванщика. Номер "Videos" воспринимается замысловатым упражнением в джаз-роковом ключе: тщательно налаженный диалог меж хаотичным инструментальным метанием и выверенной ритмикой фраз. Зато дальше начинаются деликатесы. К примеру, "Barefoot" с басовыми фигурами именитого "софтмашиниста" Хью Хоппера. Или этнические опыты под вывеской "Outback in Canterbury". В "Over From Dover" расслабленные рулады тенор-саксофониста Хастингса настраивают на мечтательный лад. А 12-минутная "Out of the Shadows" - подлинная заявка на авантюру; чего только тут не намешано: эпический арт-мелос, лучезарная элегия, головоломный фьюжн с виртуозными пиано-поливами Уоткинса... Захватывающая мозаика. "Where Are They Now?" - рефлексивный дуэт с Пипом Пайлом: ударные + гитара/бас. В чудеснейшей балладе "Bamboo" Дидье Малерб показывает искусство владения тростниковой флейтой. И уже в финальной пьесе "What in the World", реализованной силами трех бывших членов Camel, происходит вторжение на электрические прог-территории условно традиционного фасона. Такой вот подарок под занавес.
Резюмирую: более чем достойный звуковой акт, предназначенный поклонникам мягкого британского джаз-рока. Рекомендую.  

23 февр. 2014 г.

Ulf Wakenius "Vagabond" (2012)

Шведский гитарист Ульф Вакениус (р. 1958) в "первачи" никогда не рвался. И хотя сольные пластинки стабильно выпускал с середины восьмидесятых, в джазовой среде славился как член квартета Оскара Питерсона, а также искусный сессионный исполнитель. Таким образом, личная эволюция Ульфа складывалась непросто. В середине двухтысячных Вакениус заключил контракт с германским лейблом Act Music. И этот момент следует считать переломным в карьере артиста. К удивлению многих, скандинав оказался блистательным стилистом, мастером интерпретации. Его альбом "Notes from the Heart" (2005) был целиком построен на авторском материале Кита Джарретта. В 2008-ом вышел диск "Love is Real" - собрание вариаций на темы Esbjörn Svensson Trio. На правах ретроспективы умельцы с Act Music подготовили и издали компилятивный двойник "Signature Edition 2", состоящий из кавер-версий композиций Эгберто Гисмонти, Рюити Сакамото, Питера Грина, тех же EST и прочих заслуженных деятелей искусства. А тем временем инициатор мероприятия уже разрабатывал тактические схемы для очередной номерной программы...
"Vagabond" - хорошая проверка на творческую зрелость. К его воплощению Вакениус привлек замечательную команду профессионалов, ядром которой сделалось трио: сам Ульф (акустические гитары, уд, пение), Ларс Даниэльссон (бас, виолончель), Венсан Пейрани (аккордеон, аккордина, голос). О других сейшменах упомянем чуть ниже.
Титульная вещь - бенефис семейного тандема Вакениусов: на второй гитаре отцу аккомпанирует сын Эрик. Необходимым подспорьем здесь служат партии француза Пейрани, вносящего ностальгическую фолк-ноту в гипнотический этно-фьюжн-джем. Известнейшее произведение Стинга "Message in a Bottle" отмечено участием вокалистки Ён Сан На и электрогитарреро Нгуена Ле. С исключительно восточной аккуратностью (но на женский манер) кореянка-парижанка воссоздает оригинальную артикуляцию Гордона Мэтью Томаса Самнера, тогда как виртуоз-вьетнамец плетет замысловатый струнный орнамент. Умозрительную серию "вокруг света" продолжают этюд в гаэльских тонах "Bretagne", нордическая фреска "Psalmen" пера Ларса Даниэльссона, затейливая мимическая арабеска "Breakfast in Baghdad" с ритмическими позывными дарбуки от Микаэля Дальвида и не менее колоритная "Song for Japan", где Ульф при помощи уда имитирует технику игры на сямисэне. Мелодической чистотой и стройностью джазовых гармоний дышит зарисовка Аттилы Цоллера "Birds and Bees", претворенная мастермайндом в дуэте с сыном. Исконная умиротворенность даниэльссоновской пьесы "Praying" пропущена сквозь авантюрную призму латино, а заводная штучка "Chorinho" Лайла Мэйса погружает слушателя в атмосферу бразильского веселья. Загадочная "Witchi-Tai-To" Джима Пеппера подобна архаичным наскальным сюжетам американских индейцев (впечатление усугубляет характерная гортанно-хоральная подача Вакениуса). И воистину превосходен меланхоличный джарреттовский финал "Encore", пронизанный ощущением разлуки с кем-то неизъяснимо близким...
Резюмирую: разноплановая, однако целостная вокально-инструментальная мозаика, любопытная в каждом своем сегменте. Советую приобщиться.   

20 февр. 2014 г.

Pulsar "Halloween" (1977)

Природа термина "культовая группа" странна, загадочна и непостижима. Казалось бы, есть выдающиеся мастера, легенды, столпы; тут без вопросов. А чуть подальше - эшелон артистов иного сорта. И, вроде, не особо великие, не ахти какие новаторы. А мимо все равно не пройдешь. Французский квинтет Pulsar давно и прочно обосновался в стае подобных "редких птиц". Этим длинноволосым интеллектуалам с самого начала претили адреналиновый драйв, излишняя виртуозность да бесконечная погоня за призраком успеха. Стратегическая схема Pulsar зиждилась на удивительном сочетании элементов: с одной стороны - флюиды симфонического романтизма XIX столетия, с другой - увлечение астрономией и всякими космическими явлениями. Стремлением повенчать несовместимое были отмечены пластинки "Pollen" (1975) и "The Strands of the Future" (1976), позволившие ребятам занять собственную нишу в арт-роке. Конечно, сразу обнаружились доброхоты из числа критиков, обвинившие коллектив в подражательности: мол, здесь вам и Pink Floyd, и Nektar, и где-то даже Wallenstein. Однако участников бэнда совершенно не заботили мелочные придирки "акул пера". Команду с распростертыми объятиями принимали в Германии, Италии и Швейцарии. Затяжные гастрольные туры способствовали улучшению финансовой ситуации внутри Pulsar. (Впрочем, деньги воспринимались прогрессорами исключительно как средство для покупки аппаратуры.) Футурологическая тематика их альбомов импонировала международной студенческой публике. И к середине 1976 года аудитория поклонников ансамбля могла похвастаться весьма внушительными размерами...
Разбитый на две части магнум-опус "Halloween" продолжил курс на сближение высокого искусства с умозрительным планетарным мистицизмом. По признанию членов Pulsar, источниками вдохновения в период работы над материалом служили оркестровые сочинения Густава Малера + кинематографический шедевр Лукино Висконти "Смерть в Венеции". Отсюда idée fixe - воплотить на звуковом уровне сюрреалистическую атмосферу тайны. Скажем прямо: им удалось. Кардинально отличные друг от друга фрагменты-песчинки (камерный детский вокализ в исполнении Сильвии Экстрём, обволакивающие позывные меллотрона, темная эзотерическая ритм-материя, мечтательные space-эпизоды), соприкасаясь, формируют узорчатый коллаж. Отдельного упоминания заслуживает пение. Не обладающий сильным голосом гитарист Жильбер Гандиль сумел найти манеру (нечто среднее между мелодекламацией и тональным строем григорианского хорала), при которой его тембр раскрылся максимально эффектно. Не менее любопытна и ступенчатая панорама "Halloween, Part II", наполненная конгами Ксавье Дюбюка, виолончельными пассажами Жана Ристори (ex-Mainhorse, Patrick Moraz), флейтой Ролана Ришара, клавишными Жака Романа и гитарными изысками Гандиля. В стихийной картине мира вдруг вспыхивают этнические огоньки, космос медленно отползает на задний план, а стерео-пространство насыщается крайне земными по сути аккордами, штрихами, линиями... И только торжественно-астральная месса под занавес помогает слушателю преодолеть гравитацию, дабы легкокрылой тенью воспарить в эфире...
Резюмирую: комплексная, но вместе с тем гибкая соническая фантазия большой художественной ценности. Рекомендуется почитателям симфо-прога и спейс-рока семидесятых.

18 февр. 2014 г.

Kevin Peek "Awakening" (1981)

К 1980 году австралийский гитарреро Кевин Пик (1946 - 2013) воспринимался публикой достаточно однообразно. Надежная электроакустическая опора симфонистов Sky, не более того. Сознавать подобное было обидно. Все же групповая деятельность не отражала в полной мере креативные возможности Кевина. А ему хотелось раскрыться пошире, преодолеть границы навязанного амплуа. Выход виделся лишь в сольном творчестве. Так появилась пластинка "A Touch of Class" (1980), на конверте которой гордо значилось: composer Kevin Peek. Не прерывая работу в Sky, трудолюбивый музыкант старался изыскивать время для новых самостоятельных экспериментов. Идею о привлечении в союзники коллег по ансамблю Пик отмел загодя. И занялся подбором единомышленников на стороне. Вскоре штат аккомпаниаторов пополнился сессионным саксофонистом Роном Эспери, органистом Ником Гленни-Смитом (ex-Wally), ударником Томом Николом, а также вокалистом, аранжировщиком и продюсером Дэвидом Рейли. К слову, последний активно поддерживал Кевина в его опытах с электронным бэкграундом (еще в 1978-ом вышел диск "Guitar Junction - The Exciting Sounds of Kevin Peek and His Synthesizer Guitar", однако большого резонанса не получил). В результате, помимо привычных подвидов гитар и баса, инициатор проекта вооружился струнным синтезатором. Как-никак, надвигалась эпоха 'new wave', и Пик желал хотя бы краешком захватить отдельные тенденции скоротечной моды... 
Титульная вещь релиза способна обрадовать разве что любителя электро-поп-инструменталов. Нет, в мелодизме автору не откажешь. Просто мотивационные находки задрапированы скудной, предельно выхолощенной ритмикой драм-машины а ля "умри все живое". Зато в романтической пасторали "City on the Water" маэстро выразителен и точен: плавность линий, глубина фразировки, мечтательный голос гитары... Чистой воды сказка. Фреска "Sidewinder" могла бы считаться произведением жанра фьюжн, кабы не обильный эстрадный душок и нарочитая манерность саксофонных партий. Недочеты данного опуса искупает камерный этюд "Spanish Blues", опоенный душевным лиризмом Кевина. Глянцевое варево под названием "Manitou" - очередной незамысловатый кирпич в стене коммерческого поп-рока. Рисунок броский, правда, без интриги и развития; прогрессору здесь ловить нечего. Сластит пилюлю мирная акустическая пьеса "Sailplane" с ее неоклассическими арпеджио, знакомыми всякому почитателю Sky. На четырех финальных позициях размещается 20-минутная "Starship Suite", чей спектр соткан из массы нюансов (зачастую весьма спорных). Главная претензия - к тембру мистера Рейли. Дискотечные замашки оного джентльмена автоматически понижают ценность сочинения. Бодрит одно: пение носит эпизодический характер. Если ж абстрагироваться от столь злополучного фактора, нельзя не отметить: 1) во вступлении "Faster Than Light" героика арт-рока грамотно сочетается с незатейливостью синти-электроники; 2) интерлюдия "Infinite Dreams" прекрасно уравнивает в правах краут-астральность с деликатными гитарными пассажами; 3) заключительная секция "For Those We Left Behind" воплощает собой совершенный пример dream-элегии, достойной исключительно теплых отзывов.       
В сухом остатке имеем неровный по содержанию и все-таки добротный сонический экскурс без концептуально-интеллектуального пафоса и претензий на гениальность.

16 февр. 2014 г.

Richard Sinclair "Caravan of Dreams" (1992)

Летом 1988-го в доме Ричарда Стивена Синклера раздался телефонный звонок. На проводе был Энди Уорд - экс-коллега по Camel и просто добрый приятель. Находясь на ПМЖ в германском Фрайбурге, корифей барабанной установки предложил встретиться, вспомнить молодость и замутить что-нибудь любопытное. Авантюру Ричард поддержал с энтузиазмом. Так возник проект Caravan of Dreams: Синклер (вокал, гитара, бас), Уорд (ударные, перкуссия), Джимми Хастингс (флейта, саксофон, пикколо), Дэйв Синклер (синтезатор). Шесть недель (с июня по декабрь 1991 г.) ветераны арт-джазовой сцены собирались в студии Astra (Саут-Даунс, графство Кент), где работали над близким сердцу материалом. В том же временном интервале Caravan of Dreams с Риком Буддульфом на басу отыграли концерт под сводами камерного Театра Уайльда (Центр искусств Саут-Хиллз Парк, Бракнелл). И содержимое данного выступления вместе со студийными сессиями в итоге разместилось на CD, о котором тянет порассуждать.
Размеренность, деликатность, полное отсутствие помпезности и достаточно скромный инструментальный антураж. Не ищите здесь событийной круговерти, агрессивных выпадов, кричащего фактурного глянца... Прелесть "Caravan of Dreams" - в уникальном даре рассказчика-певца Ричарда. Лонгплей так и хочется окрестить кентерберийскими историями джаз-рокового плана. Особенно завораживает атмосфера - по-хорошему семейная, преисполненная домашнего тепла, уюта, тонкой иронии и абсолютного доверия к собеседнику. Новые сочинения перемешаны с проверенными, почти что классическими вещами. Стартует же программа с мелодичной "Going for a Song", извлеченной из архивных запасников легендарных Hatfield and the North. От трека, написанного мастермайндом в соавторстве c Пипом Пайлом, веет английской патриархальностью, ностальгией по блаженным семидесятым и вкрадчивой лаской осеннего солнца. "Cruising (the Eastern Sky)" вкупе с "Only the Brave" впервые прозвучали на альбоме "Somewhere in France" (1983) Хью Хоппера / Ричарда Синклера. Свежее прочтение обогатилось губной гармоникой Алана Кларка и зрелым интонационным подходом к самой манере повествования. Гуманистический пафос нашел отражение в пьесе "Plan It Earth" с ее фоновым этническим колоритом и ажурными флейтовыми партиями Хастингса. "Heather", воплощенная при участии духовика Майкла Хипела, оборачивается интересным экспериментом по внедрению сугубо восточной микрохроматики в плоть характерного британского фьюжн-арта. Мягкий лиризм "Keep on Caring" подобен радужному спектру, скользящему по поверхности венецианского стекла, а симпатичная лайт-джазовая ритмика "Emily" демонстрирует талант Ричарда в деле сотворения ненавязчиво-выразительных мотивов. Что касается "живых" номеров релиза, то они преимущественно сфокусированы на полуимпровизационной перекличке музыкантов. Исключение - финальная баллада "It Didn't Matter Anyway". В ней креативный гений Синклера виден как на ладони. Столь трогательные этюды о встречах/расставаниях влюбленных людей в арт-роке попадаются нечасто.  Поразительно нежная и чувственная зарисовка, чья хрупкость замечательно подчеркнута изящными пассажами флейты.
Резюмирую: элегантный художественный акт, вся глубина которого открывается после неоднократного прослушивания. Поклонникам направления 'canterbury' - на заметку.

14 февр. 2014 г.

Argos "Argos" (2009)

Вдохновение в семидесятых не черпает только ленивый. Для прогрессив-рока - тенденция устойчивая. Да и профильная аудитория подспудно ожидает от любого неофита поклонения общепризнанным иконам стиля. Немецкое трио Argos на подобные капризы отвечает взаимностью. Ведь командор формации Томас Кларман (бас, клавишные, гитара, флейта, вокал) начинал музыкальную карьеру аккурат в ту самую пору. Правда, его личные интересы тогда очерчивались джазовой сферой. А непосредственно к прогу маэстро проникся симпатией уже в девяностые, поддавшись эпическому ретро-обаянию ансамблей вроде The Flowers Kings и Spock's Beard. Пристанищем для Клармана сделался квартет Superdrama. Однако в рамках означенного прожекта осуществлять полноценные идейные маневры Томасу было сложно. И в 2005-ом он принялся сочинять материал для гипотетической сольной программы. Попытка расширить субжанровые рамки нашла поддержку у коллеги Клармана по Superdrama - Роберта Гоцона (вокал, клавишные, гитара). Позднее к ребятам подключился другой любитель прогрессива, драммер Ульф Якобс. Так и сложился триумвират под названием Argos, провозгласивший движение к истокам генеральной векторной моделью.
Комплексный безымянный дебют тевтонов напоминает игру в подсказки. Чего стоят заглавия тематических циклов, на которые распадается диск: "Nursed by Giants", "Canterbury Souls", "From Liverpool to Outer Space". Тут уж поневоле настроишься на "винтажную" волну. Впрочем, Кларман со товарищи меньше всего жаждут утешить слушателя творчеством по мотивам. Наследие эпохи легенд ограничено кружевными реминисценциями. По пенному морю арт-рока Argos курсирует со строгим достоинством, не педалируя и не перегибая палку с актами художественной реинкарнации. Скажем, в треке "Killer"(а равно - в "A Name in the Sand") ощущается модернистский подход к композиции. И даже при наличии аналоговой инструментальной палитры здесь прослеживается большее сродство с теми же TFK, нежели с кем-либо из грандов прошлого. Зато расположенная поблизости "The King of Ghosts" наводит на мысль о Procol Harum, а изящные реверансы "Black Cat" не иначе как инспирированы Gentle Giant (у них, напомню, имеется одноименная вещь) пополам с Genesis. Да и "Core Images" (в вокальной части) недвусмысленно намекает на Van der Graaf Generator. "Кентерберийская" тетралогия ("The Hat Goes North", "Young Persons Guide to ARGOS", "Ten Fingers Overboard", "Norwegian Stone Shortage") в качестве опорного пункта заимствует свой интеллигентный саунд у Caravan, но мелодический рисунок Томас выстраивает по собственным канонам. То же можно сказать и в отношении 5-фазовой панорамы "From Liverpool to Outer Space", где песенная канва не зависит от стандартов The Beatles. Да и в плане звучания не все так просто: Argos экспериментируют с психоделией, разбавляя меллотроновый бэкграунд электронными секвенциями ("Meet the Humans"), гасят оркестровый пафос синтетическим эхо ("Elektro-Wagner") иль вовсе принуждают навязчивый попсовый романтизм плясать под астральную спейс-рок-дудку ("Passing Through").
В общем, достаточно занимательный, приятный и грамотно сотканный релиз, с коим не грех ознакомиться представителям пестрого меломанского сословия.   

11 февр. 2014 г.

Fermáta "Pieseň Z Hôľ" (1976)

"Когда мы работали над второй пластинкой, основным желанием было обогатить звуковую палитру материала. Хотелось добиться большего колорита", - откровенничал Франтишек Григляк в интервью журналу Melodie. Результатом лидер Fermáta остался удовлетворен. И, полагаю, не он один. После выхода дебютного диска ансамбль пребывал в состоянии непрерывного поиска. Инструменталисты стремились избавиться от одномерности ярлыка "джаз-рок", каковым наградила их пресса. Перспектива сделаться восточноевропейским клоном тех же Brand X ребят совершенно не радовала, а потому назрела идея обратиться к корням - нестареющему словацкому фольклору. Именно в нем бригада профессионалов планировала черпать вдохновение. Коррективы стратегии отразились на расширении изобразительных средств (маэстро Григляк, помимо гитары, взялся за электропиано, синтезатор и вокал) и повлияли на перемены в составе (на место ударника Петера Запу заступил Кирил Зеленяк + пожаловал в команду скрипач/исполнитель на варгане Милан Тедла). Словом, лонгплей "Pieseň Z Hôľ" ("Горный напев") ознаменовал собой следующий шаг в эволюции группы. И, надо сказать, удался он на славу.
В открывающей титульной пьесе авторства пана Франтишека превалирует строгий фьюжн кентерберийского фасона. Опорные точки музыки такого рода, несомненно, знакомы каждому, кто имеет представление о творчестве National Health, Gilgamesh, Isotope и т. п. Разумеется, Fermáta сумели блеснуть здесь технической виртуозностью и изобретательными звуковыми решениями. Однако говорить о каких-либо новаторских тенденциях в контексте означенной 11-минутной панорамы навряд ли уместно. Продолжением вводного эпика служит "Svadba Na Medvedej Lúke" - плод фантазии басиста Антона Яро, драммера Зеленяка и клавишника Томаша Берки. Сквозь джазовые прогрессии ритм-секции временами пробиваются широкие гитарно-синтетические мазки, наследующие тонику деревенских старин, былин и сказов. От прямых столкновений с фолком члены Fermáta воздерживаются. Что, принимая во внимание общую направленность релиза, кажется достаточно правильным. Типичная для Григляка-композитора фреска "Posledný Jarmok v Radvani" подчиняется сугубо игровой вертикали: заимствованная у англо-саксов струнная эквилибристика сопровождается лукавым славянским прищуром, оттого и сам процесс выглядит не шибко серьезным. Кульминационный момент программы  - вещь "Priadky". Эмоциональные эскапады (от пасторальной созерцательности до разгульного "ухарства") встроены в комплексную картину мира с характерной фьюжн-доминантой. Придраться не к чему: пропорции соблюдены как надо, настроение выдержано, логика нигде не нарушена. Хорош короткий этюд "Dolu Váhom" c его мажорным, несколько прифанкованным орнаментом. А итог столь замысловатому путешествию подводит пролонгированный опус "Vo Zvolene Zvony Zvonia". И вот тут наконец-то проступают национальные приметы Fermáta, выразителем коих назначен скрипач Тедла. Кураж, привкус авантюры, лирическая приподнятость в виде хоральных распевок под занавес тесно переплетены в изящный клубок - оригинальный, контрастный, но все же удивительно цельный, отмеченный лучистой животворной энергетикой без намека на механистичность.
Резюмирую: прекрасный джаз-проговый акт, рассчитанный на специфическую слушательскую аудиторию. Тем не менее рекомендую.  

9 февр. 2014 г.

Vestmanniaensemblen "En dag på gården - Kammarmusik av J:son Lindh" (2002)

21 декабря 2013 года умер Бьорн Юханссон (в просторечии - Джейсон) Линд. Тихий гений с кроткой улыбкой, оставивший миру множество чудесных мелодий. Обширное звуковое наследие мастера еще ждет своего исследователя. Но уже сейчас можно с полным основанием утверждать: шведская сцена лишилась одного из важнейших столпов. В течение без малого сорока лет художественные опыты Бьорна вовлекали в собственную орбиту исполнителей широкого круга - от фолк-, джаз- и прогрессив-рокеров до представителей филармонического лагеря. Консерваторская закваска и постоянная жажда эксперимента позволяли ему смело торить хитроумные сонические маршруты, лежащие на стыке жанров. Эпоха семидесятых явилась для Линда временем поиска. Фьюжн, блюз, экзотические мотивы Арабского Востока и прочие любопытные штучки стимулировали креативную деятельность невозмутимого северянина. Однако по мере взросления Бьорн неуклонно отдалялся от подобного рода штудий. Предметом его стабильного интереса постепенно сделались арт-фолковая разновидность нью-эйджа и сочинения камерного плана. Именно этой, последней категории будет уделено внимание ниже.
"En dag på gården" - собрание пьес для духовых и клавишных, написанных Линдом в интервале с 1985 по 2001 годы. Характерно, что личного участия в процессе создания диска автор не принимал. Воплощать его произведения в жизнь вызвался секстет Vestmanniaensemblen: Бьорн Грёнберг (флейта, пикколо, альт-флейта), Андерс Берглунд (гобой, английский рожок), Гёран Хегглунд (кларнет, бас-кланет), Стеллан Игельстрём (валторна), Бо Грёнберг (фагот), Ян Бюлов (фортепиано). Продюсировал альбом Матс Мёллер - флейтист с 25-летним стажем, разработчик уникальной техники владения инструментом. Солидный игровой опыт вышеперечисленных музыкантов + коллективный пиетет по отношению к композиторскому дарованию Линда сложились в исключительно превосходный результат. Так, лирическая окраска отдельных полотен ("Salongsmusik No. 2", "Över all tid", "Bars of S:t Brides") благодаря комплексному аранжементу обрела дополнительный шарм. Пьеса "Northern Lights" с пластинки 1989 г. "Bridges" (Europa Opus III) в прочтении духового квинтета хоть и утратила джазовый флер, зато преисполнилась неоклассических благородства и глубины. Капельки скандинавской меланхолии наводнили канву миниатюры "Avskedet", а рефлексивный, украшенный тягучими гармониями номер "Vid fonstret 1905" запечатлел в себе отражение реалистической кино-драмы. Ажурная энигматика зарисовки "Der Wienerwalzer" - образец позднего (2001 г.) творчества Бьорна, свидетельство его неиссякаемой фантазии и подлинной духовной зрелости. Да и тембрально насыщенная "Skymning 1913" вкупе с блистательной стилизацией "Chopin i Alabama" - лишний повод убедиться в значительности внутреннего потенциала маэстро. Замыкающая действо 8-частная панорама "En dag på gården" для никельхарпы (Маркус Свенссон) и духовых причудливым манером сращивает элементы корневого фольклора с приемами академического авангарда. Мощный и во многом неожиданный опус, демонстрирующий скрытые доселе композиционные грани Линда.
Резюмирую: изумительная экскурсия по непознанной вселенной великого шведа, отличный подарок всем поклонникам chamber-модернизма.

P.S. Как видите, юбилейный (тысячный) пост вышел не шибко веселым по содержанию. Просто очень хотелось выразить любовь и признательность человеку, чьи музыкальные откровения по сей день служат для меня путеводной звездой. Надеюсь, получилось. 

7 февр. 2014 г.

Ego "Evoluzione Delle Forme" (2012)

Итальянец Пьер с вкусной фамилией Карамель приглашает вас на праздник инструментального прога. В роли массовиков-затейников - музыкальное трио из Ломбардии: сам Пьер (клавишные, флейта), Даниэле Ментасти (бас, тромбон) и Серджо Яннелла (ударные, перкуссия). Собственно, это и есть Ego. Не шибко амбициозное, но достаточно артистичное. Образовавшись в 2005-ом, состав частным порядком издал безымянный EP. Спустя пару лет на свет появился альбом "Suppurtatio Annorum Mundi", впрочем, и его за пределами Аппенин мало кто слышал. Лишь после выхода на лейбле Mellow Records пластинки "MCM Egofuturismo" (2008) ситуация сдвинулась с мертвой точки. Не сильно закрученная помесь симфо-арта, джаз- и брасс-рока с аморфными саундскейп-этюдами вызвала умеренный интерес международной аудитории. Осознав, что период распада в ближайшем будущем им не грозит, троица весельчаков приступила к сотворению свежих "картин-настроений". Благословленные напутствием Мауро Морони, ребята перекинулись под крыло конторы Ma.Ra.Cash Records, где в 2011-ом реализовали диск "Evoluzione Delle Forme" - предмет сегодняшней нашей беседы.
Очевидно, вдохновение Карамель и Кº черпали как в англо-фламандском прогрессиве (ELP, Trace, Solution, Focus), так и в наследии земляков-ветеранов (Goblin, Le Orme, Area). Причем технический аспект здесь отнюдь не первичен: членов Ego сложно упрекнуть в показной виртуозности. Тем не менее с добровольно взятыми обязательствами участники бэнда справляются весьма неплохо. В открывающей пьесе "Expo'" на правах "живца" - семидесятнически разлапистый "Хаммонд", грувовая ритм-секция и задиристая флейта. Срединный сдвиг темпа знаменует собой авантюрный проброс из ретроспективной прог-сферы в область синтезаторного фьюжн-рока. А ближе к окончанию трека обе тенденции неуловимо сливаются воедино. Номер "Rivoluzione Estetica" - попытка уравнять в статусе космическую диско-электронику образца ранних 1980-х (Space, Zodiac) с игровым прогрессивом на мощной R'n'B-основе при эпизодическом струнном вмешательстве (партия скрипки - Чьяра Боттелли). К чести ломбардцев, их безумный мезальянс воплощается грамотно (правда, "пуристам" такое вряд ли понравится). Титульная вещь базируется на разнице эмоциональных планов: от околоджазовой рефлексии героические парни устремляются в омут клавишных рок-страстей. И хотя адреналин тут явно превалирует над мастерством, поставленной цели Ego определенно достигают. Короткая органно-духовая зарисовка "Contemplazione Dell'Opera" воспринимается готической прелюдией к зловещей теме "Meditatio Mortis" (ассорти из Goblin'оподобного хоррор-мессианства, сэмплерной синтетики и бравурных симфо-маневров). Зато в "I misteri Di Milano" влияния Focus (чуть ли не до прямого цитирования) с характерным посвистом флейты и гарцующими фоно-аккордами не заметит только ленивый. Эпический финал "Stato Multiforme" - это консервативный мелодик-фьюжн, превосходные полифонические ракурсы и вполне оправданные пафосные позывные тромбона.
Резюмирую: многоуровневая, тяготеющая к эклектике художественная панорама, которую, невзирая на надуманность отдельных эпизодов, рискну порекомендовать поклонникам софт-джазового арт-рока.  

4 февр. 2014 г.

However "Sudden Dusk" (1981)

История американской формации However (г. МакЛин, штат Вирджиния) ветвиста до невозможности. Касаясь ее, летописцы от прогрессива нередко принимают за точку отсчета 1972 год. Объяснение простое: в ту пору впервые повстречались основоположники бэнда Бобби Рид и Питер Принчотто. Ребятам суждено было пройти на пару огонь и воду, сменить несколько разношерстных групп, отучиться определенное время в стенах New England Conservatory, чтобы наконец даровать жизнь капризному детищу под именем However. На протяжении двух лет команда давала концерты в университетских кампусах, клубах и актовых залах. Состав периодически обновлялся, и только стержневой дуэт лидеров хранил трогательную верность юношеским идеалам. 23 октября 1980 года состоялся финальный "живой" сет However. С Бобби (вокал, духовые, клавишные, перкуссия) и Питом (вокал, бас, 12-струнная гитара, автохарп, калимба, клавишные) играли гитарист/вокалист Билл Котапиш и ударник/перкуссионист Джо 'Stellar' Принчотто. Завершив выступление, четверка приняла решение сосредоточиться на студийной деятельности. Оригинальных вещей к тому моменту скопилось на полноценный альбом. Вот им-то участники However и планировали заняться вплотную...
Дата официального винилового релиза программы "Sudden Dusk" - 18 декабря 1981 г. Однако склонные к перфекционизму члены квартета дорабатывали материал и позднее. Так, весной 1992-го несколько треков подверглись пересведению, и в 1994-ом ремастированный вариант пластинки увидел свет на CD (лейбл Kinesis). А спустя 15 лет неугомонный Пит Принчотто заново переиздал дебютное творение However на фирме North America East Recordings. И правильно сделал. Ведь даже по прошествии трех десятилетий диск ни на йоту не утратил актуальности.
Если проводить аналогии, ближайшими жанровыми "родственниками" наших героев следует назначить Gentle Giant, Happy The Man и Yezda Urfa. Любовь к комплексности, ритмической эквилибристике и внезапным лирическим отступлениям - все это заложено у However на генетическом уровне. К примеру, в пьесе "It's Good Fun" пасторальное начало ничуть не препятствует проявлениям фьюжн-сумасбродства. Акустические пейзажи инструментального этюда "Hardt" кое-где спотыкаются о хитрые джазовые синкопы. В истеричной театральности прогрессивного кунштюка "In the Aisles" угадывается влияние Фрэнка Заппы пополам с King Crimson (да и скрипка Гэри МакЭлира там использована весьма кстати). Камерный номер "Louise Sitting in a Chair" - явная дань Бобби и Пита совместному филармоническому прошлому, когда оба устраивали на сцене New England Conservatory оригинальный перформанс из серии Dream Sequences. Авангардная начинка трека "Beese" кажется смутно знакомой; уж не им ли в частности вдохновлялись ныне действующие прогмейстеры Birds and Buildings? Титульная конструкция смахивает на иезуитский джаз-минимализм, к эпилогу расширяющийся до масштабов лучезарного chamber-эмбиента. Далее по списку - прекрасный арт-фьюжн "Lamplight", шутовская панорама "Grandfather Was The Driver" с характерными вокальными приколами, загадочный folkish prog jazz "Trees for the Forest" и неожиданно стройная меланхолическая фреска "In the Midst of Making", выполняющая роль своеобразной колыбельной под занавес.
В итоге имеем один из лучших прогрессивных актов, рожденных на североамериканском континенте. Словом, рекомендую.

2 февр. 2014 г.

Pete Sinfield "Still" (1973)

"Заметил вот какую вещь: стоит выпустить сольный альбом, пресса тут же прекращает клеймить тебя ярлыком 'экс-King Crimson'. Становишься просто Питом Синфилдом". Что ж, бывший придворный поэт Червонного Короля, создатель незабвенных образов символистского толка заслужил право на самостоятельный жест. Чем и воспользовался. Но не сразу. Прервав отношения с Робертом Фриппом, Синфилд в декабре 1971-го занялся поиском артистического порта приписки. Как продюсер он способствовал рождению звезд глэм-арта Roxy Music. Впрочем, опекать кого-то постороннего Питу решительно не нравилось. И потому маэстро взялся за наведение мостов между участниками первого созыва Кримзон. Тут ему повезло. Как раз в 1972-ом Грег Лэйк на паях с коллегами по ELP учредил лейбл Manticore Records, и старый друг Синфилд сумел вписаться в разряд немногочисленных клиентов означенной конторы. Задача набрать команду аккомпаниаторов изначально сулила сложности. Однако предприимчивый лирик успешно разобрался и с этим. Ричард Брантон (гитары), Фил Джамп (клавишные), Стив Долан (бас), Мел Коллинз (духовые) сделались не только ведущими помощниками, но и соавторами Пита в его звуковом путешествии. Кстати, с легкой руки того же Лэйка (электрогитара, вокал) эпизодически удалось задействовать в процессе именитых братьев по оружию - Кита Типпетта (фортепиано), Джона Уэттона (бас), Иэна Уоллеса (ударные) и других замечательных исполнителей. Причем материал пластинки заведомо не пересекался с маршрутами команды Фриппа. "Я всегда вдохновлялся ранним Донованом <...>, любил корневую кельтскую музыку в манере finger-picking. И потому хотел воплотить поднимающий настроение диск, контрастирующий с характерными выкладками Роберта"...
Собственно, непохожесть на рассудочно-холодный, раздираемый яростными противоречиями мир King Сrimson бросается в глаза со вступительного трека "The Song of the Sea Goat". Опираясь на мотивы Антонио Вивальди, Синфилд с органистом Джампом ткут из солнечных блесток морских волн атмосферную пастораль - приветливо-сказочную, пронизанную по-настоящему сильной поэзией (Gold waterfalls of autumn wheat slip through a pointing hand / Whose fingers stiff with sentences still beckon to the band / To play the "Best Foot Forward March" and deafen all the land). Сочиненная на пару с Иэном МакДональдом "Under the Sky" - исключительно колоритная арт-фантазия, воскрешающая в памяти ирреальные пейзажи Роджера Дина. Спускаясь с небес на землю, Пит и Кº забавляют слушателя натуральным сельским фолком ("Will it be you"), лихо озорничают с рок-н-ролльной бит-основой в духе The Beatles допсиходелического периода ("Wholefood Boogie") и здесь же разыгрывают в высшей степени эстетский спектакль "Still" (поочередные речетативно-певческие монологи мастермайнда и Грега Лэйка). "Envelopes of Yesterday" несет в себе очарование вокально-ориентированного прото-прога, сдобренного гитарными соло сессионщика Снаффи и саксофонными антраша Коллинза. Пик загадочности - камерный дуэт "Piper", где фронтмен Синфилд под акустические переборы и уютные флейтовые партии Мела излагает волшебную историю о дудочнике-эльфе. В пьесе "A House of Hopes and Dreams" драматизм арта под занавес теснится джазовыми духовыми. А уж в финальном кабаре-этюде "The Night People" повествование слетает с катушек напрочь, оборачиваясь гуттаперчевым глумлением а ля Roxy Music.
Резюмирую: не прогрессив, но определенно художественный рок, приготовленный по достаточно оригинальному рецепту, с талантом и безупречным вкусом. Рекомендую.