25 февр. 2013 г.

Brainstorm "Second Smile" (1973)


В 1973 году Brainstorm выросли до размеров квинтета. В группу пожаловал басист Энно Дернов (ex-Jud's Gallery), разом избавивший новых коллег от самой большой проблемы. Соль в том, что постоянного бас-гитариста за ними не числилось, потому означенную вахту поочередно несли духовики - саксофонист/кларнетист Роланд Шаффер и флейтист Райнер Бодензон. Помощь в лице Дернова была очень кстати, ибо тевтонская бригада вовсю корпела над созданием второго альбома. С шестью свежими песнями управились в течение лета. После чего "на закуску" выдали сингл "You're the One" - парафраз композиции "You Are What's Gonna Make It Last" с дебютной программы Brainstorm. Творчески отчитавшись перед лейблом, ансамбль принялся активно веселить детишек в рамках телевизионной передачи для юношества, не забывая попутно "светиться" на радио. А тем временем руководство Spiegelei уже дало отмашку на печать тиража. И вскоре жаждущие продолжения "Smile a While" поклонники получили недурственный презент в виде "Second Smile".
По сравнению с предшественником, "Улыбка №2" вышла менее ехидной. Пьесы обрели лаконичность и некоторую долю серьезности. Синтез космизма и пасторальности в интродуктивной фазе номера "Hirnwind" - обманный маневр для отвода глаз. Никакого краут-рока в данном случае не предусмотрено. Ребятам из Brainstorm гораздо интереснее лавировать против ветра, прокладывая заведомо авангардный курс. Уплотняется ритм-секция, ускоряется флейта, преисполняются хаотической нервозности клавишные... Открытые вокализы горлопана Шаффера сливаются в унисон с инструментовкой, достигая экстатически-шизофренического эффекта. Все здесь как-будто шиворот-навыворот, но этим-то немецкие интриганы и цепляют слушателя на крючок. Далее - очередной крен, уже в сторону акустической прозрачности. Этюд "Herbst" авторства Роланда и Райнера стилистически делится пополам. Сначала безупречная лирическая часть, баюкающая флейтовыми пассажами, уютными арпеджио и хрустальным перезвоном перкуссии, затем - внезапный сброс фанк-адреналина (и тоже без вмешательства электричества). Джазово-психоделическая концепция трека "My Way" предвосхищает позднейшие достижения британцев UK. Голос органиста Эдди фон Оверхайдта тембрально напоминает Джона Уэттона, а резкие смены астральных планов и фьюжн-ракурсов у немцев выглядят куда внушительнее; весьма фактурная, со вкусом сыгранная вещь. В "Affenzahn" пятерка отрывается напропалую, лихо разбавляя чумовой джаз-рок трансовыми "фишками" - и наоборот. Наряду с саксофонными партиями Шаффер добавляет вдохновенные электрогитарные пируэты. Результат традиционно восхитителен. Любителям головомок предназначено сочинение Леона Томаса "There Was a Time", капитально переосмысленное Роландом. Дистанция от фри-джаза до мелодичного песенного фанк-арта на поверку оказывается предельно короткой. Завершается артистический калейдоскоп шикарным фьюжн-прогом "Marilyn Monroe", в коем имеется все, чего душа пожелает: и драйв, и слезы, и любовь...       
Резюмирую: превосходный баден-баденский саунд-коктейль, заслуживающий исключительно хвалебных эпитетов. Настоятельно рекомендую.  

23 февр. 2013 г.

Brainstorm "Smile a While" (1972)


1968 год, Баден-Баден. Новообразованный ансамбль Fashion Pink делает первые успехи на музыкальной ниве. В принципе, ничто не мешало парням и дальше от души "нарезать" блюз-рок. Однако в Штатах внезапно "выстрелил" Фрэнк Заппа с его показушным раздолбайством, изощренной джазовой техникой и едва ли не академической глубиной, а в Англии тем временем усилилось кентерберийское рок-течение. И эти разнополярные факты спутали юным тевтонам все карты. Fashion Pink уверовали в силу эксперимента. В конце концов, разве не для того предусмотрено стилевое деление, чтобы периодически преодолевать границы и разрушать устойчивые стереотипы? Именно этим и занялись вчерашние подростки. Прогрессировали быстро. Да и как иначе, если за плечами у каждого либо консерваторские штудии, либо опыт игры в составе школьных биг-бэндов. В интервале с 1969 по 1971 г. коллектив записал несколько выступлений на радио. И уже в 1972 г. талантливым немцам удалось заключить контракт с конторой Spiegelei (подразделением лейбла Intercord) на выпуск двух альбомов. Единственным требованием работодателей был пункт о смене названия. В итоге Fashion Pink приказали долго жить, а на авансцену заступила бригада с коротким и звучным именем Brainstorm.
Дебютная программа квартета "Smile a While" стала откровением для многих. Такой смеси из ернической клоунады и насыщенных деталями виртуозных партий германская публика, пожалуй, еще не знала. Под фривольной обложкой с четырьмя небритыми субъектами в неглиже притаилась подлинная бомба. Надо сказать, эффект от взрыва превзошел ожидания самих артистов. Материальные затраты на изготовление диска окупились с лихвой. Впрочем, не будем касаться финансового аспекта и попробуем лучше сосредоточиться на ключевых содержательных моментах.
Бодрый старт "Das Schwein Trügt" отмечен комплексной перекличкой саксофона Роланда Шаффера с органом и электропиано Эдди фон Оверхайдта. В коллизиях пьесы ощутимо влияние Soft Machine, хотя мелодический язык Brainstorm по-своему оригинален. Что подтверждается следующим номером "Zwick Zwick", устремляющимся в авант-джазовую плоскость (тут особенно выделяются флейта Райнера Бодензона и "Хаммонд"-грувы кудесника Эдди). Акустическая композиция "Watch Time Flow By" призвана добавить немного лирики в контекст пластинки; пение на английском, привкус эстрадности и легкий флер босса-новы производят весьма приятное впечатление. Каверзный кунштюк "Bosco Biati WeiB Alles" - это, прежде всего, засилье духовых и капитальное глумление над ритмом во второй части опуса. Инструментальная акробатика "Snakeskin Tango" сопровождается издевательскими завываниями Шаффера. Зато в титульном эпике Brainstorm свершают мощный бросок навстречу фьюжн-прогу эталонного качества, не уступающему наиболее закрученным творениям голландцев Supersister. "You Are What's Gonna Make It Last" - дань уважения блюзовым истокам команды. Финальный штришок "Don't Forget" оборачивается 30 секундами каламбура в традициях Заппы, Самлы и иже с ними. Добито издание комплектом радиосессионных бонусов, где энергичная исполнительская манера функционеров дойче-арта представлена в наилучшем виде.
Резюмирую: блистательный образчик прогрессивного джаз-рока с фарсовым уклоном. Рекомендуется тем, кто обожает авантюрные квесты повышенной сложности.      

19 февр. 2013 г.

Cerebus Effect "Acts of Deception" (2005)


Балтиморский квартет Cerebus Effect ярким метеором рассек прогрессивный небосклон на заре двухтысячных и сгорел в удушливой звуковой атмосфере нового времени. Собственно, поначалу их было двое: ударник Патрик Гаффни и гитарист/клавишник Джозеф Уокер. В 2003-м к ребятам присоединился басист Майк Гэлуэй - заядлый любитель фанка и лидер проекта Uncle Gut. В таком составе парни записали EP "Dark Matter". Название полностью соответствовало содержанию, ибо понять, где проходит граница между металлическими фьюжн-конструкциями, авант-роком и симфоническими выкрутасами не представлялось возможным. Профильные издания восторженно отреагировали на столь многообещающий акт. А вот с лейблами у Cerebus Effect не заладилось... В 2005 году коллектив увеличился на одну единицу: к соотечественникам примкнул органист Дэн Бриттон (Deluge Grander, Birds and Buildings). Виртуозное мастерство новобранца вкупе с его же врожденным чувством гармонии пришлось как нельзя кстати. Впору было задуматься о выпуске полнометражного альбома...
Первый кирпич в основание "Acts of Deception" кладет инструментальная пьеса "Y". Все в ней балансирует на грани конкретики и фантазии. Рассудочность и ребяческие dream-экскурсы, предельная выверенность и тепло солнечных клавишных улыбок... Синтезаторы Дэна невольно фокусируют на себе внимание слушателя, тогда как во второй половине трека фронтальные планы отводятся техничным пируэтам ритм-секции и гитарной магии Уокера, попеременно демонстрирующего то жесткий прогрессивный рисунок, то пространную джазовую акробатику а ля Алан Холдсуорт. "Identity Crisis" - ода человеческому безумию. Все четверо ускоряются со страшной силой. Струнно-ударный "чёс" смягчается клавишными. Вокальные речитативы Бриттона кажутся слепленными по шаблонам блэк-металлеров, только никакого "скриминга" здесь, конечно же, нет: просто артистичная декламация в быстром темпе. Аморфный пассаж "Dark at the End of the Tunnel" - явная претензия на авангардную глубину, после чего паровой молот под названием "Illusions" с грохотом и ревом плющит любопытную голову меломана о его же тщедушные плечи. И хотя наготове припасена неотложная помощь в виде умиротворенной хоральной фрески "Of Mortal Constraints", расслабиться надолго не выйдет: развернутый боевик "Operation Midnight Climax" ощерившимся Цербером на протяжении 11-ти минут будет преследовать вас по пятам, дабы затем передать на съедение не менее "зубастому" монстру ("Nine Against Ten"). Очередным затейливым экспонатом галереи ужасов служит картина "Neutrino Flux". Сравнить ее можно с соническим оползнем. Лавиноподобный фри-джаз в сочетании с кримзоидными запилами оборачивается смерчем, сеющим вокруг разрушение и хаос. В попытке спастись цепляешься за композицию c привлекательным титулом "Fine Lines Between Science and Art". Увы - и это фикция. По ощущениям - наглядное пособие для желающих освоить принципы лоботомии у дроидов. И наконец-то светлое пятно в серии мелодических катастроф: лирико-акустический этюд "Unconsoled" авторства Дэна Бриттона. Ну а финальный кунштюк "W" предсказуемо выпячивает наружу клыки и когти, нацеливаясь опрокинуть реальность на лопатки...
Резюмирую: забористый, недружелюбный, агрессивный, но вместе с тем интересный релиз, рекомендуемый прожженным гурманам, охочим до "остренького".

17 февр. 2013 г.

Björn Johansson "Discus Ursi" (1998)


Все-таки жизнь подчас удивительно несправедлива! Взять, к примеру, Бьорна Юханссона. В эпоху шведского прог-ренессанса девяностых этот мультистаночник активно проявлял себя на различных уровнях. В 1994-м отметился партиями классической гитары, фагота и дудочки на альбоме Пера Линда "Gothic Impressions". Через пару лет с тем же Линдом реализовал концептуальное музыкальное творение "Bilbo" по мотивам произведений Толкиена. В 2004-м Бьорн и Пер вернулись к сюжетным перипетиям "Властелина колец", пополнив совместную дискографию альбомом "Dreamsongs from Middle Earth". И с тех пор о маэстро Юханссоне совсем ничего не слышно. Однако, если отмотать немного назад, мы увидим, что его единственный сольный диск "Discus Ursi" стал значительным событием на рубеже веков. Прогрессивные обозреватели, захлебываясь от восторга, величали пластинку шедевром симфо-рока. Да и публика во многом была солидарна с журналистами. Не берусь судить о степени грандиозности детища Бьорна. Но приглядеться к нему повнимательнее, пожалуй, стоит.
Работа над "Discus Ursi" длилась ровно год - с июня 1997-го по лето 1998-го. Юханссон с усердием перфекциониста оттачивал каждую ноту, самостоятельно расправляясь с большинством инструментальных решений. Собственно, если не принимать в расчет вокальный дуэт Юхана Форсмана и Моники Форс, то помогал мастермайнду лишь верный друг Линд. Последний ведал обширным клавишным арсеналом (рояль, органы всех мастей, меллотрон, синтезаторы) и ударными. Гитарами, духовыми, перкуссией и разными аналоговыми примочками распоряжался Бьорн. Итогом студийных бдений приятелей явилось внушительное 65-минутное действо о шести главах.
Мерцающий отблеском тайны фортепианный пассаж "Discus Ursi's prelude" вводит нас в звучащий мир скандинавского сказочника Юханссона. Первая эпическая тема в контексте программы - 12-минутное полотно "King of Gold". Его внешние параметры определяются тремя ключевыми линиями: голосом Форсмана (певцу здесь приходится несладко, ибо темповая раскладка колеблется в пределах от andante maestoso до vivace), гитарной манерой лидера (контр-рамки: напористая электрическая - барочная акустическая) и клавишной оркестровкой (саунд "живого" соборного органа чередуется с позывными "Ямахи" и "Акаи"). Бессловесная конструкция "Time Fracture" - оригинальный микс из боевого нахрапистого фьюжн-прога, "слизанных" у King Crimson жестких атональных ходов и пышного неоклассицизма. В развернутой пьесе "Pegasus" волшебные элегии и мадригалы уверенно нанизываются на острый рок-стержень, и посему золотоносная артовая ткань подвергается механическому воздействию порожденных хард-стилистикой "гитаризмов". Стройные мелодические кондиции трека "The Last Minstrel of Marble" - хороший повод предаться несбыточным мечтам. Заключением же выступает претенциозная 20-минутная сюита "Discus Ursi's Rhapsody", где фольклорные нордические нюансы мешаются с цитатами из Моцарта, благородные медиевальные схемы оттеняются аллюзиями на творчество Бо Ханссона, а всякий намек на современность мгновенно драпируется винтажными гобеленами...
Резюмирую: солидный художественный акт, сопоставимый по масштабу с отдельными достижениями The Pär Lindh Project. Поклонникам добротного симфо-прога - на заметку. 

14 февр. 2013 г.

Kultivator "Barndomens Stigar (1981) / Waiting Paths (2006)" (2008; 2 CD)


Kultivator начался с ритм-секции. Конкретно - с Юхана Сверда (ударные) и Стефана Карлссона (бас). Дело было в 1975 году в шведском городе Линчёпинг. Собственно, и назывался тогда ансамбль по-другому: Tunnelbanan. Едва к основателям примкнули гитарист с гобоистом, все четверо незамедлительно погрузились в прогрессивные эксперименты. На носу уже маячили концерты, как вдруг духовик откололся от группы. На замену срочно взяли приятеля-клавишника с синтезатором и меллотроном, однако после серии выступлений исчез и он. Дальше история развивалась зигзагами: люди в команде тасовались подобно фишкам. И лишь к концу десятилетия стало ясно, что Kultivator - это: Карлссон (бас, хроматическая гармоника, синтезатор), Юхан Хедрен (Fender Rhodes пиано, орган, синтезатор, гитара), Юнас Линге (гитара, мандолина, аккордеон, перкуссия, вокал), Ингемо Рюландер (вокал, рекордеры, флейта, гитара) и барабанный гений Сверд. Поднакопив деньжат, участники бэнда отважились профессионально записать обкатанные на гастролях пьесы. По причине экономии средств и в силу неискушенности квинтета, сессии протекали "живьем" с минимальным количеством наложений. Надо сказать, что ребятам здорово повезло со звукоинженером: опытный техник Бобо Виесландер помог им достойно и без ощутимых потерь воплотить задуманное. В октябре 1980-го музыканты с мастер-лентами на руках занялись поиском издателя. И только летом следующего года фортуна повернулась к скандинавам лицом...
"Barndomens Stigar" приятно радует идейной свежестью материала. Шведам удалось насытить строго интеллектуальные выкладки абсолютно  бешеной энергетикой. С первых же тактов трека "Höga Häster" работа производится на увеличенной мощности. Под адский "тарарам" Сверда, без меры обожающего цимбалы, маэстро Хедрен весело наяривает на "Хаммонде". Затем - легкий перескок к фольклорному наброску под свирельно-дудочным соусом, а потом в игру вступает Линге с его раскаленным шестиструнным монстром. Пасторальные схемы одаренные самоучки смело мешают с авангардным пост-панком ("Vemod"), эстетика RIO на базе симфо-прога ("Småfolket") пробивается через тернии к мелодической стройности. Смурная фьюжн-психоделия ("Kära Jord") перемежается шутейными скоморошьими мотивами, пропущенными сквозь жернова авангарда ("Barndomens Stigar"). Есть здесь и сумасбродная хоральная "страсть" на термоядерном топливе ("Grottekvarnen"), и гуттаперчевый джаз-роковый вальс ("Vårföl"), и даже вчистую "прокримзованный" боевик, нашпигованный отчаянными соло ("Novarest"). Чуть более милосердными мнятся три дополнительные вещи образца 1992-го, 1979-го и 1980-го годов. Впрочем, простора для фантазии хватает и в них.
Бонус-диск являет нам Kultivator ХХI столетия. Четыре пьесы, увековеченные в наполовину домашних условиях, кардинально разнятся между собой. Если от тягучего спейс-артового этюда "In The Darkness' Plait" веет готическим сумраком, то "Bringing Water" - напевный "беспримесный" фолк. "Another Day in Life" с высоким девичьим голосом нестареющей госпожи Рюландер отдаленно напоминает творения Lisa o Piu, а "Waiting Paths" и вовсе выглядит упражнением по нагнетанию атмосферно-медиевальных кошмаров...
Резюмирую: безупречно исполненный художественный акт для любителей пощекотать нервишки. Добро пожаловать в лабиринт.  

10 февр. 2013 г.

Lasting Weep "Lasting Weep (1969-1971)" (2007)


Этот архивный релиз - отличный повод для знакомства с предтечей легендарных Maneige. Итак, время и место действия - 1968 год, Квебек. Четверо школьных друзей объединяются в коллектив Lasting Weep (английский вариант начальной фразы "Les sanglots lots" из "Осенней песни" Поля Верлена). Состав группы таков: Ален Бержерон (флейта, саксофон, вокал), Жером Ланглуа (гитара, фортепиано, орган, клавесин, кларнет), Клод Шаплё (бас, акустическая гитара), Матьё Леже (ударные, фортепиано). По первости ребята играют кавер-версии блюзовых ансамблей, новаторски вводя (еще до появления Jethro Tull) в звуковые структуры партии флейты. Ближе к 1969-му году квартет наконец-то принимается за создание собственных композиций. Репертуарная политика Lasting Weep - прерогатива тандема Бержерон/Ланглуа. В своих комплексных сочинениях соавторы решительно движутся в сторону прогрессивного рока. И пусть маневры подчас излишне порывисты и полны подростковой горячности, отказать им в оригинальности уж точно нельзя. Четверка усиленно репетирует, набирается студийного опыта, помогая записывать саундтреки к документальным проектам. Благодаря щедрости Чака и Джуди Грэй из Studio Six парни получают возможность увековечить на пленке некоторые из пьес. Впрочем, на виниле их так и не издали, ввиду отсутствия контракта с рекорд-лейблом. И лишь в 2007 году компания ProgQuébec исправит досадное упущение, предоставив меломанам шанс погрузиться в славное прошлое одной из первых арт-формаций Канады.
Открывающий номер "29 Avril" - образчик исключительно самобытного подхода к творчеству. Развитие его строится на ритм-н-блюзовой платформе, однако мелодическая часть выполнена коллажным способом. Тут вам и флейтовые пассажи с восточным душком, и песенная форма в манере ранних Pink Floyd (вокалирует Бержерон по-английски), и характерные барочные приемы, и блюз-роковые эскапады с вплетением чисто импровизационных фрагментов. 9-минутная "De mi à mi" служит иллюстрацией на тему, что есть прото-прог в квебекском понимании термина. Материал отдает сыроватостью, но вдохновенный настрой исполнителей во многом искупает наличествующие огрехи. Третья позиция "Magdalena" - дань уважения гению И.С. Баха. Правда, Lasting Weep обращаются с наследием классика достаточно вольно. Благородно-утонченные клавесинно-духовые вариации периодически разбавляются хулиганскими выпадами: взбрыкивают ударные, ехидничает гитара и разбойничает напропалую флейта в андерсоновском ключе. "Rien ne sert de courir, il faut partir à point' - приветственный жест по отношению к тем же Jethro Tull; несмолкаемые (с придыханием) трели Алена на блюзовом фоне рождают совершенно устойчивые ассоциации. Впрочем, ничего плохого в этом нет. Примером альянса с кинематографом выступает дилогия "Extrait de « Safari de pêche »", оформленная командой для одноименной ленты. Запечатленные "живьем" треки "Bye-bye" и особенно 25-минутный опус "Carmen Kétaine" демонстрируют прорыв коллектива в область джаз-рока, причем в его камерной ипостаси. Флейта и рояль; сакс, ритм-секция и вибрафонические изыски от гостевого участника Жиля Шетаня - совсем другое, более зрелое и солидное лицо Lasting Weep. Завершается программа шаловливыми chamber-виньетками из серии "Ma Thématique", подготовленными для детского обучающего фильма о математике.   
Резюмирую: вполне достойная компиляция, заслуживающая внимания не только любителей канадского арт-рока, но и тех, кто интересуется истоками прогрессивного жанра.  

7 февр. 2013 г.

Rikard Sjöblom & Den Gyllene Orkestern "Cyklonmannen" (2005)


2005-й стал по-настоящему урожайным для Рикарда Шёблума. После трех лет мытарств вышел дебютный альбом Bootcut. А параллельно головастый шведский паренек запустил в оборот сольную пластинку "Cyklonmannen", записанную еще в 2003-м. Замысел ее Рикард вынашивал долго. Впервые с историей человека-циклона маэстро познакомился в школьном возрасте. Одноименная книжка за авторством Стуре Дальстрёма (1922-2001) захватила юношу Шёблума своим модернистским духом, выгодно отличавшимся от других образцов скандинавской литературы. Позднее выяснилось, что Дальстрём большую часть жизни провел в Испании. Играл в джазовых проектах на гитаре и контрабасе. И привычная импровизационная манера повествования закономерно повлияла на писательский стиль Стуре. Битники, тибетские монахи, художник-мафиози из нью-йоркского гетто, рыжеволосые потомки викингов, взращенные индейским племенем... Вереница безумных персонажей вкупе с психоделическими откровениями и атмосферой свободной любви приворожили Рикарда. Сделавшись профессионалом, он вернулся к обожаемой теме уже в качестве композитора.
По внешним признакам "Cyklonmannen" - творение убежденного ретро-маньяка. Гитары, фоно, Hammond B3, Fender Rhodes, ARP Pro Soloist II, Roland E15 + бас, ударные, перкуссия и вокал; таков "джентльменский набор" средств нашего героя. Казалось бы, при подобном раскладе аккомпаниаторы не нужны совершенно. Однако Шёблум рассудил иначе. В итоге компанию ему составили участники духового трио Den Gyllene Orkestern: Софи Линдгрен (саксофон), Петер Фредрикссон (тромбон), Стефан Аронссон (флейта). Концепция уместилась в девять треков средней длины. Основное их достоинство - в воссоздании эмоционального фона рубежа шестидесятых-семидесятых. Гитарно-органные диалоги, настоянные на баритональных "грувах", солидная поддержка в виде саксофонных риффов, улетные клавишные "трипы" и необходимые джазовые маневры формируют соническое пространство вступления. Ну а дальше - зажигательный фьюжн, срывающий башню виртуозными запилами и поливами ("Chelsea Hotel 23rd Street - New York"), астральные миражи с элементами восточного мистицизма ("Frostakademien / Kinesiska Konsulatet"), транс-полька а ля футур ("Frostakademien / Kinesiska Konsulatet"), хиппи-рок с мощной духовой начинкой ("Miss Nutcracker & Pestharnesket / Cyklonmannen (Repris)"), шизо-садо-мазо для особо озабоченных любителей "Хаммонда" ("Sexualfientliga Kommittén / Svenska Myndigheterna"), интригующий арт-свинговый этюд "Janet", нордическая сага в мексиканских тонах ("Taki-Indianerna och Runstenen") и безупречное окончание банкета под соусом прог-вальса ("La Gilas Levitaionsvals").
Студийную версию "Cyklonmannen" дополняет исполненный в том же объеме концертный вариант сюиты. Тут уж многостаночник Рикард был вынужден ограничиться исключительно клавишными. Остальные партии распределили между Пером Нильссоном (гитара), Робертом Хансеном (бас) и Петтером Диамантом (ударные). Получилось не менее драйвово, "вкусно" и отвязно. Короче говоря, бонусы не подкачали.
Резюмирую: шикарная прогулка по ностальгическому зазеркалью от ведущего неоконсерватора шведской арт-сцены. Рекомендуется фэнам Beardfish, Bootcut да и прочим поклонникам старого доброго рока.    

5 февр. 2013 г.

Eela Craig "One Niter" (1976)


Застолбив свою нишу в музыке, Eela Craig развили бурную активность. В 1972-м группа приcтупила к репетициям масштабного творения "Dimensionen zwischen Pop und Klassik". Программа, сочиненная доктором Альфредом Пешеком, исполнялась при поддержке Цюрихского симфонического оркестра. Запись концерта осуществлялась австрийской телерадиокомпанией ORF (Österreichischer Rundfunk), но впоследствии он так и не был издан на аудионосителях. Зато состоялись гастроли по Италии и Германии с финальной серией представлений на родине. Причем в качестве площадок для собственных перформансов оригиналы из Линца постоянно использовали сценические пространства оперных театров. Между тем в жизни Eela Craig назревало время больших перемен. Художественный руководитель проекта Хуберт Богнемайр всерьез подумывал об усилении симфонической линии в репертуаре коллектива. Однако такой поворот сюжета устраивал далеко не всех его товарищей: возмутились ортодоксальные блюз-рокеры, рулившие в период работы над дебютом. Хуберту пришлось распрощаться с соавтором Хайнцем Герстенмайром, вокалистом/духовиком Вилем Ортофером и ударником Хорстом Вабером. Все трое перекочевали в ансамбль Ice Planet. На замену им явились весьма креативные личности: Фриц Ридельбергер (гитара, фортепиано, вокал), Хуберт Шнауэр (клавишные, флейта) и Франк Хубер (ударные, перкуссия). Новобранцы рьяно взялись за дело, и в итоге привнесли немало интересных идей в содержание свежего материала...  
Пластинка "One Niter" - пик художественных исканий Богнемайра и К. Филармонические амбиции Хуберта нашли выход в применении гигантского клавишного арсенала. Величественные меллотроновые фанфары, хоралы и вереница клавесинных арпеджио приветствуют слушателя на пороге 14-минутной сюиты "Circles". Космические синти-ландшафты переливаются в лучезарной флейтовой гамме. А дальше бравурный лейтмотив то обыгрывается в полноценном рок-ключе с невероятно ритмичной фанк-добавкой, то прячется за светлой сказочной пасторалью, насыщаемой трогательным вокалом лидера. Что и говорить, фантазия членов бэнда здесь буквально фонтанирует, подчас обретая довольно причудливые силуэты. По схожим канонам осуществляется переплавка экстатического гимна в мощную фьюжн-структуру ("Loner's Rhyme"): хард-рок венчается с джазом; поощряемый конгами Рауля Барнета "Хаммонд" Богнемайра бесчинствует напропалую, но и его задорный тембр оборвется на полу-фразе, вытесненный напрочь лирическим мелосом. Оркестровые гармонии, ренессансные камерные виньетки, вечно-зеленый буйный фанк... Как вообще все это может сочетаться? Легко, отвечают нам ребята из Eela Craig и в доказательство преподносят номер "One Niter Medley" c небольшой цитатой из Баха. Акустический аппетит удовлетворяется в пределах драматической зарисовки "Venezuela". Что до заключительной пьесы "Way Down", то она проходит сквозь все эмоциональные стадии, ближе к финалу утверждаясь в облике флойдианы.
Резюмирую: маленький шедевр большого симфо-прога, в котором дикость и изящество взаимодополняют друг друга. Пропускать не советую.   

3 февр. 2013 г.

Eela Craig "Eela Craig" [plus 4 bonus tracks] (1971)


В музыкальности австрийцев сомневаться бессмысленно. Достаточно вспомнить, что эта земля подарила миру Моцарта, Шуберта, Гайдна, Листа и Брукнера, породила нескольких Штраусов, а также пополнила глобальное композиторское собрание наследием Новой венской школы. Однако с арт-роком на родине классиков дела обстояли печально. В подобном отношении Австрия по всем показателям хронически отставала от германских сородичей, не говоря уж о законодателях жанра - британцах. Хотя, если отрешиться от количественной составляющей, следует признать: повод для гордости за своих у земляков Амадея был. И имя этому феномену - Eela Craig
Возник ансамбль в городе Линц на рубеже 1969-1970 годов. Основали его люди с приличным игровым опытом и весьма своеобразными наклонностями. Один тяготел к джазу, другому нравилась психоделия, третий поклонялся мелодическому божеству The Beatles, а четвертый (выпускник Музыкальной академии Брукнера) грезил о покорении симфонических вершин. Так или иначе, парням удалось нащупать точки соприкосновения интересов. И лучшим подтверждением профессиональной репутации группы стали яркие концертные шоу. Команде повезло выступить на радио, потом их заприметили телевизионщики, а дальше в судьбу секстета вмешался доктор Альфред Пешек - завзятый авангардист, апологет течения New Music. Благодаря его менеджерским талантам Eela Craig заключили контракт на запись альбома. Полуторатысячный тираж безымянного первенца разлетелся за пару недель. Публика пребывала в экстазе, критики захлебывались от восторга. Один из рецензентов категорично вознес дебют австрияков над вершину пьедестала, предпочтя "Eela Craig" одновременно вышедшему LP "Tarkus" англичан ELP. Не берусь судить о том, какой из дисков сильнее. Но вслушаться в содержимое повнимательнее определенно стоит.
Релиз включает четыре продолжительные сюиты. Две из них принадлежат перу пианиста Хуберта Богнемайра, остальные авторства гитариста/органиста Хайнца Герстенмайра. Синтез эпической драмы с дикарским протяжным криком Виля Ортофера (вокал, саксофон) в прологе трека "New Born Child" озадачивает без меры. Впрочем, стилистика действия постоянно трансформируется. И вот уже звучит прочувствованная арт-рапсодия с "нормальным" англоязычным пением, флейтой и клавишными, а после элегическое настроение разносится вдребезги агрессивно заряженным хард-подразделением (сдвоенные гитары, буйный сакс, клавишные и шальная ритм-секция). Полуакустический блюз-прог "Selfmade Trip" гармонично сменяется фьюжн-джемом с импровизационными флейтовыми соло, возвращаясь под занавес к изначальному рисунку, только уже в оригинальной краут-проекции. Приблюзованный джаз-рок-микс "A New Way" также обильно сдобрен духовой "подсветкой" Харальда Цушрайдера (гитара, орган, флейта, саксофон), а параллели напрашиваются сами собой: в схожей манере работали американцы Seatrain. Грандиозным финалом программы служит 12-минутное полотно "Indra Elegy". Тут уж артисты максимально задирают планку: астральные органно-флейтовые эскапады, ядреный забойный рок, чистопородный пианизм, меланхоличные вокально-гитарные арт-джазовые откровения и роскошное outro в пасторальном ключе. На правах бонусов заявлены четыре вещи образца 1972-1974 гг., чьи жанровые рамки простираются от экспериментального космизма до невероятно душевного симфо-прога.
Резюмирую: необыкновенный релиз, ныне почитаемый за шедевр раннего австрийского прогрессива. Настоятельно рекомендую.

1 февр. 2013 г.

John G. Perry "Seabird" (1995)


У издательской конторы Voiceprint странная судьба. В 1990-м году британец Роб Эйлинг основал лейбл с генеральной целью - поддержать ветеранов английского арт-цеха, продолжающих скромно творить историю. Дэвид Аллен, Фиш, Энтони Филлипс, Патрик Морац и прочие корифеи жанра обрели в лице Роба верного товарища и мецената. Со временем количество клиентов умножилось, разросся и репертуар. Помимо прогрессоров, Эйлинг охотно занимался классической музыкой, бардами, "продвинутым" поп-роком. И единственная причина, по которой можно было недолюбливать Voiceprint Records, заключалась в своеобразных звуковых параметрах выпускаемых релизов. Правда, к началу Миллениума ситуация заметно улучшилась. Однако компакт-диски середины девяностых в соническом отношении проигрывали не только продукции Musea Records, но и другим немногочисленным "культурным оплотам" прогрессива.
Вся эта прелюдия, как вы, наверное, догадались, выдержана неспроста. Материал альбома "Seabird", мягко выражаясь, не блещет квалитативными изысками (непонятно только, на что ушли старания четырех звукоинженеров). Извиняют его два пункта: 1) красочная композиционная архитектоника; 2) могучий творческий потенциал и исполнительский уровень участников. Для замечательного басиста Джона Джи Перри (ex-Caravan, Qantum Jump, Aviator etc.) это вторая сольная программа (дебютный LP "Sunset Wading" вышел в 1976 г.). Поразительно, но спустя двадцать лет маэстро вновь удалось собрать под свои знамена друзей-семидесятников. Именитые коллеги (духовик Эллио Д'Анна, ударник Майкл Джайлз, клавишник/продюсер Руперт Хайн, перкуссионист Моррис Пирт, альтист/флейтист Джеффри Ричардсон, гитарист Коррадо Рустиччи) не побрезговали откликнуться на зов мистера Перри. Как и прежде, струнные аранжировки сделались исключительной прерогативой Саймона Джеффса (Penguin Cafe Orchestra). Ну а песенные тексты Джону обеспечил датский экспериментатор Мартин Холл. И получилась у британских бойцов натуральная "картина маслом".
Символистские концепт-сюжеты Холла воплощены посредством сладостных консервативных кентербери-пассажей. Во вступлении "Uncle Sea Bird: His Nibs" бодрая молотьба ритм-секции и гитарные хуки Коррадо великолепно орнаментируются альтовыми вензелями Ричардсона. "The Art of Boeing" из камерного фортепианно-струнного дуэта постепенно перетекает в ветвистую и колоритную прог-фреску. Этюды "Uncle Sea Bird Has No Truck" и "Getting Off The Ground" в большей степени ориентированы на любителей психоделик-фанка, тогда как связка "The Kittyhawk Strut/Uncle Sea Birds Finest Hour" несет в себе элементы сальсы, черты этно-рока с африканским уклоном и хрустальные перезвоны стиля нью-эйдж. Симфоническая чистота и прозрачность отличают мелодический язык произведения "The Lockheed Lizard". Финальная дилогия "Obsoletely True: a) Uncle Sea Bird Remembers Himself; b) The Orchid Lounge" демонстрирует хитроумное пересечение элегической арт-материи с перкуссионно-хоральными тембрами не то бушменов, не то кочевников-масаи; прекрасный повод для проявления авторской изобретательности.
Резюмирую: невзирая на убогий саунд-продакшн, отменный художественный акт от Мастеров с большой буквы. Горячо рекомендую всем ценителям кентерберийского рока.