28 июн. 2011 г.

Pekka Pohjola Group "Kätkävaaran Lohikäärme" (1980)

После повсеместного успеха пластинки "Visitation" (1979) обласканный критиками Пекка мог позволить себе все, чего душа пожелает. Собственно, так он и сделал. Отложив в долгий ящик крупные оркестровые формы, фортепианные изыски и явный классический подтекст, маэстро Похьола решил тряхнуть стариной и поиграть традиционный инструментальный фьюжн в составе квартета. С этой целью финский басист № 1 учредил Pekka Pohjola Group, куда позвал друзей-профессионалов - братьев Тыни (Сеппо - гитара, Пекка - клавишные) и ударника Иппе Кятку. Материал нового альбома сочинялся и записывался с поразительной быстротой. В итоге работа в свое удовольствие обернулась для Пекки еще одним шедевром, на сей раз сугубо джаз-роковым.
"Kätkävaaran Lohikäärme" ("Дракон с горы Каткаваара") - это четыре развернутые инструментальные пьесы, демонстрирующие уникальный отточенный авторский стиль мастермайнда. Масштабное титульное произведение поначалу кажется исполненным глубокой задумчивости: медитативные гитарные переборы, однообразный перкуссионный ритм, глубокие басовые проходы, легкая синтезаторная подсветка... Однако на третьей минуте боевая скандинавская четверка "показывает когти", выпуская наружу затаенную агрессию. И хотя общий композиционный рисунок в дальнейшем существенных перемен не претерпевает, эмоциональные свойства его обретают совершенно иную ипостась за счет яростных пассажей электрогитары Сеппо Тыни, чей инструмент звучит в манере Терье Рюпдаля, оглашая пространство рыком доисторического монстра. Ироничный опус "Tehdasmusiikkia" - довольно характерная для Похьолы вещь. Можно сказать, что в ней прослеживается определенное влияние как регионального фольклора, так и наследия его прежних коллективов (Wigwam, Made in Sweden), но саунд-структуры данной зарисовки уже принадлежат восьмидесятым годам (нечто родственное по стилистике позднее будет встречаться у эстонских фьюжн-команд: Kaseke, Synopsis и иже с ними). Не в меру бодрый этюд "Sampoliini" являет слушателю коллективную виртуозную игру. Пекка с ребятами буквально купается в драйвовом свинге, наслаждаясь абсолютным техническим совершенством коллег, действующих здесь на редкость изощренно и с немалой долей артистизма. Словом, образцово-показательная джаз-мозаика, впитавшая в себя элементы регтайма и хард-бопа. Десятиминутный финал "Inke Ja Mä" - полная противоположность предыдущему треку. От заразительной солнечной веселости нет и следа; на всем - печать угрюмой ностальгии, рефлексивного переживания, тяжких горестных дум, правда, не беспросветных. Отдельное спасибо настоящему кудеснику Сеппо, сумевшему ясным и образным гитарным языком донести до нас историю обычной человеческой драмы...
Резюмирую: подлинная жемчужина скандинавского фьюжн-прога и одно из лучших творений гениального Пекки Похьолы. Рекомендую.

26 июн. 2011 г.

Madison Dyke "Zeitmaschine" (1977)

Хотя их трудно причислить к героям тевтонской прог-сцены, в музыкальном отношении Madison Dyke - довольно любопытный коллектив, многое взявший из британского классического арта. На ранней стадии существования ансамбля (в начале семидесятых) состав исполнителей менялся с бешеной скоростью. По этой причине Madison Dyke долгое время прозябали в тени более удачливых сверстников. К 1975 году обстановка, вроде бы, нормализовалась и пылкие германские юноши наконец-то сумели разродиться двухпесенным синглом. Но далее вновь оживился процесс текучки кадров, не дававший группе спокойно работать над материалом. Когда же схлынула волна бесконечной неопределенности, обнаружилось, что квинтет Madison Dyke это: Юрген Бауманн (гитары, пиано, меллотрон, синтезатор, вокал), Андреас Недде (гитары, вокал), Буркгард Риттлер (лид-вокал, флейта, меллотрон, перкуссия), Роберт Краузе (бас) и Буркгард Энгель (ударные, перкуссия). В таком вот формате славные ганноверские ребята и записали свой единственный научно-фантастический LP на английском языке, ключевой темой которого стала машина времени.
Если абстрагироваться от бледной вокальной манеры господина Риттлера и сосредоточиться исключительно на развернутых инструментальных полотнах, можно выявить пару-тройку тенденций, характерных для пластинки в целом. Первое: увлеченность идеями краут-рока (для немецких бэндов той поры - вполне закономерная штука). Второе: ощутимое влияние отдельных представителей английского симфо-прогрессива (Yes, Beggars Opera, Jethro Tull) с толикой хард-н-арта в духе Manfred Mann's Earth Band. И третье, планомерно вытекающее из всего вышеуказанного: стилистическая близость Madison Dyke к соотечественникам Eloy (последние, правда, смотрелись не в пример солиднее и взрослее). Немного о композиционных структурах альбома. Эпическая "открывашка" "First Step" - образцовый экземпляр пресловутого баланса крайностей: то есть, с одной стороны - обширные астрально-синтезаторные текстуры с различными эффектами, с другой - мелодический прихардованный прог-рок, украшенный флейтовыми вензелями. В "Cooking Time of an Egg" дебютанты реализуют очаровательную пасторально-акустическую схему, звучащую весьма изысканно. Схожей линии на стартовом этапе придерживается и трек "Next Conceptions", но развитие его протекает в масштабном электрическом варианте. Почти 17-минутная сюита "Zeitmaschine" служит квинтэссенцией диска, демонстрируя, что с комплексным мышлением у бундес-рокеров все в порядке. Множественные клавишные инструменты обеспечивают необходимый уровень полифонии, сдвоенные гитары функционируют в мотивном соло-режиме, а сквозь непосредственное sci/fi содержимое пьесы проступают условно театральные черты. Как бы там ни было, слушается конструкция очень даже ничего; по крайне мере, скуки не вызывает. На "закуску" Madison Dyke даруют слушателю изданные ранее сингловые бонусы "Walkin'" и "Dice-box", выдержанные в рамках добротного непретенциозного арта.
Резюмирую: хорошая и умная программа, по-своему выражающая дух симфонического прогрессива второй половины семидесятых. Советую ознакомиться.

23 июн. 2011 г.

Wapassou "Ludwig - Un Roi Pour L'Eternité" (1979)

Оригинальный французский коллектив Wapassou возник на заре семидесятых, однако собственное лицо команда органиста Фредди Брюа обрела не сразу. Начать они умудрились с авангардной психоделии, граничащей с проклассически настроенным прогрессив-роком. В этой манере был исполнен дебютный безымянный лонгплей Wapassou. Не дождавшись реакции на столь заумный магнум-опус, молодые люди отважились кардинально поменять имидж. Отныне уделом ансамбля стал роскошный симфо-арт без всякой ритм-поддержки. То есть, ударные в группе отсутствовали как факт. Подобная тенденция сохранялась практически на всем протяжении творческой деятельности Бруа и Кº.
"Ludwig - Un Roi Pour L'Eternité" - четвертый студийный опыт Wapassou, по сути - инструментальное жизнеописание короля Баварии Людвига II (1845-1886). Сей достославный правитель держался в стороне от всяческих политических игрищ, заботясь в первую очередь о развитии искусств и наук. В частности, с его подачи был возвращен на родину и возвеличен скрывающийся от кредиторов Рихард Вагнер, а также выстроен знаменитый замок Нойшванштайн, чьи очертания послужили основой для создания Диснейленда. Но мы отвлеклись. Итак, тематическим центром тщательно прорисованной панорамы выступает заглавная 34-минутная сюита довольно необычного толка. Инструментальная раскладка тут выглядит следующим образом: клавишные, гитары (преимущественно, бас), скрипка. Черпая вдохновение в романтической классике XIX столетия, маэстро Брюа оформил замысловатую партитуру, ведущая роль в которой предсказуемо досталась синтезаторам, электрооргану и фортепиано. Отсюда лучезарная прозрачность палитры, начисто избавленной от агрессивных эпизодов и какого бы то ни было атакующего напора. По структуре "Ludwig" напоминает красочный, сотканный из тончайших деталей мозаики витраж, избирательно пропускающий сквозь мастерски расписанные стекла пыльный полуденный свет. Ажурная легкость клавесинных аккордов, вспомогательные партии струнных, фоновый электронный бэкграунд и гармоничные вокальные вставки от специально приглашенной Вероник Никерль - такова примерная картина происходящего. Репризный, на минуту с небольшим скрипично-саундскейповый пассаж "Le Lac de Starnberg 1886", принадлежащий перу герра Вагнера, можно рассматривать как дань уважения немецкому гению. В другом коротком этюде ("L'Adieu au Roi") солирует на синтезаторе ARP гостевой музыкант Марк Долиси. Общий звуковой план крайне удачно дополнен так и нереализованным на виниле бонус-треком "Hymne au Nouveau Romantisme", в коем наконец-то представлена полноценная ритм-секция, а генеральная мелодическая составляющая опирается на уже знакомые нам элементы.
Резюмирую: прекрасный подарок для тех, кто интересуется прогрессивом конца семидесятых, да и поклонникам симфо-рока не стоит упускать из виду этот замечательный диск.

20 июн. 2011 г.

Gallery "Jas Gripen" (2007)

Там, где бельгийцы берут RIO'шным измором, а немцы цепляют аморфной клешней краут-рока, норвежские прогрессоры стараются прельстить слушателя уникальностью подхода. Как правило, срабатывает; достаточно вспомнить тех же Anti-Depressive Delivery. Квартет из Тронхейма Gallery принадлежит к новой генерации прог-героев. Ценность их художественного творчества определяется несколькими параметрами, главным из которых можно считать удачный симбиоз ретро-тенденций а ля классик рок с чертами, типичными, к примеру, для британских суперзвезд Muse. Правда, и здесь ребят сложновато отнести к пионерам, ведь еще в 1996 году иные скандинавские новаторы, Ravana, громоздили затейливые номера из примерно схожих компонентов, перемешанных в джаз-роковой реторте. Однако рецептура парнишек из Gallery заслуживает не меньшего внимания.
JAS 39 Gripen - название шведского многоцелевого истребителя четвертого поколения, красы и гордости компании Saab. Он-то и является центральным (пусть неодухотворенным) персонажем дебютного альбома норвегов. Кстати, "лириксы" многоуважаемые артисты воспроизвести в буклете не удосужились, посему о концепции действа судить не берусь. Вот разве что музыки коснуться подробнее... Длина релиза выдержана в стандартах семидесятых: 39 минут. Для событийно насыщенной пластинки оного вполне достаточно, что мастеровитая четверка и подтверждает делом. Инструментальный расклад внутри команды по-своему любопытен. Здесь есть поющие клавишник (Снорре Вален) и гитарист (Дэвид Дольмен), басист (Арне Ёверволль) и свободный гитарреро (Бьорн Боассен). А в качестве ударников поочередно выступают сессионные драммеры. Итак, "Jas Gripen".
Интродукция "Painted Black" - это прежде всего плотный саунд; крепкие гитарные "хуки", ведущие начало от цеппелиноподобного харда; аналоговые грувы органа "Хаммонд" и чуточку вкрадчивый, но в общем-то приятный вокал. Ритмика титульной вещи тяготеет к востребованной сегодня пост-роковой манере; налет "модерновости" данной теме придают и в меру меланхоличные голосовые тембры ведущего. Последующая пьеса "Sarin and Airplanes" также избавлена от мажора, хоть в ней периодически и проскальзывают светлые моменты. Для забористого боевика "Escape" характерно фирменное сочетание металлизированных риффов с пространной грустью, подчеркиваемой наличием меллотрона в звуковой палитре и соответствующими настроению фортепианными пассажами. "Tall" - мелодичный гибрид Radiohead и Muse с совершенно особенным "галерейным" колоритом. "Tell Me" уподобляется альтерно-течениям, не чурающимся ностальгических элементов тридцатилетней давности. В пролонгированной композиции "Grief" верховодят плавные элегические мотивы, зато вокалосодержащая часть реанимирует в памяти эпизод из прошлого Dream Theater, когда фронтмен последних Джеймс Ла Бри озвучивал в несвойственной ему негромкой форме любопытный своим мистериальным наполнением трек "Disappear". "Кинематографическая" виньеточка "Don't Blame the Pilot" предваряет финальный этюд "The Denial", в коем преобладает атмосферное нордическое начало, отмеченное коллективной глубинной рефлексией.
Резюмирую: недурственный образчик актуального арт-рока, способный приглянуться различным категориям слушателей. Советую приобщиться.

18 июн. 2011 г.

Rupert Hine "Unfinished Picture" (1973)

С точки зрения воротил шоу-бизнеса, кульминационным периодом для соло-карьеры Руперта Хайна явилась эпоха синти-попа. Действительно, в первую пятилетку восьмидесятых этот британский артист выпустил три коммерчески успешных альбома, композиции из которых активно крутились на радио. Однако для прогрессивной аудитории слушателей гораздо большее значение имеют работы Руперта, относящиеся к предшествующему десятилетию. Тогда его имя упоминалось в одной связке с Caravan, Camel, Quantum Jump etc. Удачливый продюсер, одаренный автор/исполнитель, он всегда умело подбирал ключи к разнообразным звуковым "шкатулкам с секретом". И в собственном раннем творчестве маэстро Хайн зарекомендовал себя эдаким хитроумным рок-комбинатором, возводящим устойчивые конструкции из, казалось бы, заведомо несочетаемых деталей...
"Unfinished Picture" - пестрая смесь из вариативных саунд-слоев, плотно подогнанных друг к дружке. В процессе сочинения материала английский уникум ударился в экспериментаторство, пытаясь уйти от спокойного ритм-н-блюза, представленного на его дебютном лонгплее "Pick Up a Bone" (1971). Для пущего эффекта Руперт привлек в соавторы лидера Penguin Cafe Orchestra Саймона Джеффса - мультиинструменталиста, превосходно разбирающегося в классической теории музыки. Благодаря последнему отдельные треки релиза обрели оркестровый объем и претензию на авангард. Полноправными членами сборной команды аккомпаниаторов Хайна также стали басист Джон Джи Перри (см. соответствующий пост блога), ударники Микки Уоллер, Джон Пантер, Майк Джайлз + перкуссионист Рэй Купер. Попробуем рассмотреть, что же такого удивительного сотворили столь замечательные личности.
В открывающей "Orange Song" Хайн и компания лихим манером смешивают заводной акустический фолк-рок с брасс-партиями (Дэйв Касс - труба, Джон Мамфорд - тромбон) и струнными аранжировками от The Martyn Ford Orange Ensemble, получая в итоге некий межстилевой опус, демонстрирующий оригинальность мышления его создателей. "Doubtfully Grey" отчасти наследует менестрельским традициям прошлого, но развивает их в совершенно особой рефлексивной плоскости. "Don't Be Alarmed" - явный кантри-блюз, пропущенный сквозь призму восприятия нашего героя. Весьма хороша астральная элегия "Where in My Life", где Руперт справляется без помощи дополнительного состава, единолично вокалируя и играя на синтезаторе ARP. "Anvils in Five" - претенциозная вещица, воплощенная "живьем" в церкви Святой Марии Магдалины (г. Паддингтон) силами симфонического оркестра и самого мастермайнда, исполняющего (помимо речитатива) фоновые пассажи на соборном органе. В том же помещении зафиксирована и следующая позиция пластинки - красивая фортепианная баллада "Friends and Lovers". Блюзовые влияния с сельским уклоном проклевываются в групповом номере "Move Along", зато в замысловатой, неожиданно обрывающейся пьесе "Concorde(e) Pastich(e)" преобладают аранжировочные арт-приемы, фактически идентичные тем, что параллельно использовали Pink Floyd на культовом шедевре "Dark Side of the Moon". Венчает "Незавершенную картину" проникновенный клавишный этюд "On the Waterline", окутанный шлейфом неизведанной тайны...
Резюмирую: на редкость замечательная программа, достойная внимания настоящего меломана. Рекомендую.

15 июн. 2011 г.

Phil Manzanera "50 Minutes Later" (2005)

Рожденный в семье англичанина и колумбийки, Фил Манзанера довольно рано понял, чем хочет заниматься по жизни. В шесть лет мальчику подарили испанскую гитару, а базовым аккордам его научила мать. Спустя два года схватывающий все на лету малыш Фил экспериментальным путем взялся осваивать электрический инструментарий (привычная шестиструнка + виолончель). Канула в небытие эпоха свинга и ритм-н-блюза, наступили семидесятые - по-настоящему звездный период для Манзанеры. В эти блаженные времена наш герой, являясь лид-гитаристом помпезных арт-фриков Roxy Music, познал успех и почти всемирную славу. Попутно неугомонный Фил занимался успешной соло-карьерой, в рамках которой сотрудничал как музыкант, продюсер и автор с рядом замечательных рок-личностей - от Стива Уинвуда и Джона Кейла до Дэйва Гилмора и Джона Уэттона...
"50 Minutes Later" - девятый по счету студийный релиз британского ветерана сцены. С присущим ему размахом, мистер Манзанера рекрутировал под свои знамена пятнадцать человек исполнителей, средь коих почетные позиции отвел другим легендарным персонам - экс-коллегам по Roxy Music Энди МакКею (саксофон) и Брайану Ино (клавишные) + матерому титану лондонской прогрессивной тусовки Роберту Уайетту (перкуссия, клавишные, вокал, труба), озарившему искрами собственного таланта по меньшей мере дюжину различных составов. В эклектичной по структурным компонентам цепочке треков отразилась длинная вереница кросс-жанровых увлечений маэстро. Интроспективный опус "Revolution" с последующим номером "Technicolor UFO" выдержаны в ключе интеллигентного модерн-рока; плотный саунд нашпигован обильными гитарно-клавишными партиями Фила. Попутно отмечу, что вокальная манера Клэра Сингерза в первой вещи отчасти напоминает зрелого Гилмора, хоть и звучит нарочито отстраненно. "That's All I Know" - приятная электроакустическая элегия, чей светлый минор навевает мысль о давнишних опытах Стива Уилсона. Титульная пьеса не что иное, как мечтательный эмбиент с искусно внедренным в мелодическую ткань латинским колоритом. Причудливым субстратом выглядит мозаичная фреска "Desaparecido", гармонично сочетающая в себе ритмику танго с постепенно наводняющими содержимое поркьюпайнообразными элементами. Короткий прозрачный этюд "Dusza" предваряет меланхоличную зарисовку "One Step", скрепленную печатью поп-музыки "для умных". "Swimming" - предельно легкий мотивный арт, излучающий чистое, не обремененное рефлексией живительное сияние. Размеренная медитативная конструкция "Bible Black", напротив, заставляет погрузиться в созерцание внутреннего "я". Яркий финал "Till the End of the Line" сродни четкому росчерку мастера: тут и напевность, и комплексный аранжемент с умело вплетенной оркестровкой...
Резюмирую: лишенная ненужных претензий на гениальность, добротная работа от одного из самых разноплановых артистов Великобритании. Советую ознакомиться.

12 июн. 2011 г.

The New York Rock & Roll Ensemble "Reflections" (1970)

После весьма удачного дебюта перед участниками NYR&RE открылись большие перспективы. Молодые люди оказались сильно востребованы на профессиональной сцене. Предложения о сотрудничестве сыпались со всех сторон, оставалось лишь выбирать. Но квинтет под управлением Майкла Кэймена не спешил размениваться на разного рода варианты. Парни давали концерты, а в перерывах строчили материал для будущего лонгплея. И в тот период, когда NYR&RE приступили к работе над пластинкой "Faithful Friends", в студию корпорации Atlantic заглянул греческий композитор Манос Хаджидакис (1925-1994), известный сочинитель международных поп-хитов и звуковых дорожек к кинофильмам. Произошел взаимный обмен любезностями. Смышленая нью-йоркская пятерка произвела приятное впечатление на эстрадного классика, и тот, недолго думая, решил привлечь ребят к совместному проекту над очередным саундтреком. У господина Хаджидакиса имелся наготове десяток мелодий, нуждающихся в текстовом сопровождении. "Рокенрольщики" вызвались помочь мэтру и вскоре втянулись в дело по-полной...
Забегая вперед, скажу, что планируемый к постановке фильм так и не вышел. Однако музыкальная часть никуда не пропала и легла в основу третьего диска NYR&RE, озаглавленного "Reflections". Полученный в ходе репетиционных сессий опыт позволил повзрослевшим членам ансамбля предстать пред слушателем в ином, несколько отличном от прежнего качестве. Привычная смесь симфонических мотивов с ритм-н-блюзом транскрибировалась в экзотический по меркам западной аудитории саунд-коктейль, немалая доля ингредиентов которого базировалась на элементах традиционного балканского мелоса. Этническая составляющая дает себя знать в таких вещах, как напевный вступительный номер "Orpheus", превосходная фольклорно-психоделическая пьеса "The Day", озвученная автором слов Брайаном Корриганом (ритм-гитара), полифонически насыщенный этюд "Kemal", сдобренный гармоничными вокальными раскладками (лид-партию взялся исполнить гитарист Клифтон Найвизон) и бодренький мажорный набросок "Street Song". Инструментальное обрамление прекрасной темы "Love Her" отличается изысканно выполненной оркестровкой (особенно хороши пассажи гобоя от маэстро Кэймена и виолончельные виньетки Дориана Рудницки). "Dance of the Dogs" держится на однообразной аккордовой игре клавишных, контрастирующей с мощным струнно-духовым аранжементом. Впечатляет проникновенно-эмоциональная фреска "The Dedication" - эдакий современный мадригал в клавесинно-оркестровых тонах (спел ее Майкл так, что просто за душу берет). Не менее блистательно воплощены и остальные пункты программы: бессловесный арт-вояж "The Three Answers", шикарная элегия "Bitter Way" и выразительный финал "Noble Dame".
Резюмирую: волшебный релиз, претворенный в реальность невероятно талантливыми артистами. Рекомендую.

10 июн. 2011 г.

Still Life "Still Life" (1971)

Долгое время эти британцы из числа одноальбомных проходили по разряду групп-фантомов. Коллекционеры виниловых пластинок ломали голову в догадках, кто же скрывается за вывеской Still Life. Ведь изданный лейблом Vertigo безымянный лонгплей, помимо перечня треков, не содержал ни слова о составе. И лишь на заре нового тысячелетия история счастливым образом прояснилась.
Родословная Still Life прорастает корнями в 1963 год. Именно тогда в старинном английском городе Ковентри школьные друзья Грэм Эмос (бас) и Мартин Кьюр (вокал) организовали коллектив The Sabres. На протяжении последующих лет формация неоднократно меняла название, появлялись и исчезали музыканты, трансформировалась стилистика, однако дуэт основателей бэнда пребывал в неизменности. В 1968 г. неразлучная пара рекрутировала под свои знамена органиста Терри Хауэллса, что имело далеко идущие последствия, ибо без роскошных авторских идей оного джентльмена не было бы тех Still Life, каковые возникли год спустя. Четвертым участником квартета стал ударник Алан Сэвидж. При его активной барабанной поддержке парни в итоге и записали пресловутый альбом-мистификацию.
Шесть продолжительных композиций релиза не выбиваются из привычного для искушенных меломанов звучания прото-прогрессивных команд начала семидесятых. В отсутствие гитары основная нагрузка естественным манером легла на плечи мистера Хауэллса, чем последний не преминул воспользоваться. Клавишные таланты Терри - наиболее сильная сторона Still Life. В саунде превалирует орган "Хаммонд", богатая палитра которого в умелых руках способна выразить полный спектр человеческих эмоций. Эпизодически кудесник Хауэллс прибегает к помощи и других "винтажных" агрегатов. Так, во вступительной фазе пьесы "People in black" мы слышим искуснейшую меллотрон-имитацию флейтовых пассажей. В настоянной на блюзовой основе зарисовке "Don't Go" органные тембры сливаются с голосом Мартина Кьюра, делая общую картину максимально привлекательной. Пролонгированный опус "October Witches" и вовсе нельзя представить без фундаментальной связки "Хаммонда" с чистым фоно; собственно, за счет такого союза и рождается грозная мощь, что крепчайшим мелодическим панцирем покрывает ритмический остов. Предельно хороша чувственная пауэр-баллада "Love song no.6". Из достаточно пестрых нюансов соткана противоречивая фреска "Dreams", где элегические элементы опытным путем вживляются в базовый драйв. В финальном боевике "Time" к Терри на правах соавтора присоединяется басист Эмос, и в результате изрядно путает карты, загоняя склоняющегося к необарочным приемам органиста в совсем уж несусветные рамки...
Резюмирую: добротный образчик раннего британского арта. Ловцам "прогрессивного рок-жемчуга" - на заметку.

6 июн. 2011 г.

Various Artists - Colossus Projects "The Tales of Edgar Allan Poe: A SyNphonic Collection" (2010; 2 CD)

Литературные сюжеты издавна питали фантазию прогрессоров. Музыканты данного звена, как известно, люди с воображением. Так что пройти мимо богатого наследия короля мистической новеллы Эдгара Аллана По (1809 - 1849) у них навряд ли получилось бы. Собственно, начало этому положил Алан Парсонс, замахнувшийся в 1976 г. на концептуальное рок-творение "Tales of Mystery & Imagination Edgar Allan Poe". Четырнадцатью годами позднее уникальный Питер Хэммилл при помощи либреттиста Криса Джадж Смита воплотил в жизнь прог-оперу "The Fall of the House of Usher", навеянную одноименным произведением великого американца. В 2009 году весь просвещенный мир отметил двухсотлетний юбилей Эдгара По, а параллельно и 160-ю годовщину со дня его смерти. Дата более чем знаменательная, рассудил про себя итальянский продюсер Марко Бернард. Бросил клич по сторонам - отозвались представители разнообразных хороших арт-коллективов. В итоге под патронажем финского прог-сообщества Colossus закрутилось некое масштабное действо, вылившееся в двойной CD под титулом "The Tales of Edgar Allan Poe: A SyNphonic Collection".
По традиции, свойственной большинству "колоссальных прожектов", в составе участников превалируют соотечественники синьора Бернарда. К счастью, коэффициент их доминирования над остальными не выходит за пределы разумного, посему раскладка выглядит вполне приемлемой. Итак, что же приготовили для почтеннейшей публики господа-артисты? Осмелюсь доложить, немало интересного. Понятно, что композиционно-исполнительский уровень собравшихся в силу обстоятельств различен. Однако подавляющее их количество умудрилось порадовать вашего покорного слугу.
Тон мероприятию задает римлянин Марко Ло Мушо, зарядив отменное мрачное "Intro" на церковном органе. Принявшие эстафету испанцы Senogul с их вариацией на тему "Черного кота" также не ударили в грязь лицом, выдав отличный симфо-проговый инструментал, прошитый микроцитатами из "Ночи на Лысой горе" Модеста Петровича Мусоргского. Франкофоны La Théorie des Cordes добавили в общую копилку кримзоидной хаотичности и острых риффов. Да и канадцы Oracle вынесли на суд слушателя нечто любопытное с пряной щепоткой "девилдолловости". Итальянцы N.Ø.T. с энтузиазмом принялись воздвигать "Сфинкса", однако процесс у них откровенно затянулся, зато готик-рок от других выходцев с Апеннин - Dunwich - вышел очень даже "съедобным". Эпическая история "The Oval Portrait", предложенная многостаночником Гаем ЛеБланком (Nathan Mahl) удалась на славу: вот, что значит мастерство и опыт работы в одной из поздних инкарнаций Camel! Аргентинцы Jinetes Negros устроили настоящий спектакль по мотивам "Маски Красной Смерти", а завершили первую серию релиза британцы Karda Estra с великолепной камерной фантазией "Колодец и маятник".
Вторая часть программы содержит блюда на любой вкус: тут и бодрый игровой ретро-арт от финского кудесника Юкки Кулиу ("The Purloined Letter"), и кое-что интригующее от шведов Anima Morte. Австрийцы Blank Manuscript в пьесе "The Gold Bug" преподносят нам инфернальный фьюжн-коктейль, а маститые Areknamés во главе с талантливым клавишником Микеле Эпифани дарят сверхзамечательную тончайшую зарисовку "Hop Frog". Россияне Маленькие Трагедии под предводительством Геннадия Ильина бьют в цель мощной фреской "The Man of the Crowd". Далее идут в разгон итальянские бойцы Armalite с мозаичной драмой "The Murders in the Rue Morgue". Шведы Chansonoir умело погружают в атмосферу тайны путем разыгрывания chamber-минималистского этюда "Ligeia". Неведомые прежде Magnetic Sound Machine удивляют профессиональной отточенностью в превосходном номере "The Cask of Amontillado (...and You Will Live Forever in Terror!)". Венчают же панораму римляне Daal, нагнетая 16-минутный "кошмар" со знакомым названием "The Fall of the House of Usher"; к чести ребят, стоит отметить приглашенного вокалиста Габриэле Лепре, буквально украсившего своим на редкость приятным голосом гипермассивную конструкцию.
Резюмирую: превосходный презент для каждого почитателя современного симфоник-арт-рока. Рекомендую.

4 июн. 2011 г.

Pekka Pohjola "Visitation" (1979)

Быть может, не ошибусь, если скажу: "Visitation" - квинтэссенция творческих исканий Пекки Похьолы образца семидесятых. В 32 минуты записи он вложил все, чем располагал на тот момент: свое чувство мелодии, безграничную любовь к джаз-року и абсолютно уникальный взгляд на природу неоклассики. Комплексные аранжировочные приемы, доведенные до совершенства при создании восхитительной пластинки "The Mathematician's Air Display" (1977), заблистали с новой силой в богатой нюансами канве "Visitation". И над всем этим великолепием вместе с Пеккой (бас, фортепиано, рояль) трудились его старые друзья: гитарист Сеппо Тыни, ударник Веса Аалтонен, перкуссионист Эско Роснелл, клавишник Олле Ахвенлахти и целая обойма духовиков во главе с виртуозным саксофонистом Пеккой Пёйри. Несколько слов о композиционных структурах альбома.
Открывает бриллиантовую коллекцию пьеса "Strange Awakening". Затейник Пекка, отталкиваясь от мотивного фортепианного наигрыша, при содействии аккомпаниаторов воздвигает по-настоящему умопомрачительную фьюжн-конструкцию, где находится место и его певучим басовым проходам, и массированной полифонической бомбардировке, осуществляемой посредством аж четырех саксов при участии ударных. В "Vapour Trails" своеобразными бенефициантами выступают гитарреро Тыни, раскрашивающий игровое пространство скоростными, предельно выверенными соло, и маэстро Пёйри, полирующий ритмическую основу не менее изощренными пассажами. Впрочем, и другие ансамблисты не отстают от ведущих, демонстрируя мастерство и отменное понимание схемы развития инструментального сюжета, витиевато выписанного Похьолой. "Image of a Passing Smile" предназначается в первую очередь поклонникам симфо-джазового направления. Свою лепту в дело реализации этой многомерной зарисовки внесли члены Хельсинского филармонического оркестра под управлением Йормы Йлонена. Фонтанирующий идеями автор и здесь постарался на славу: трек, в интроспективной фазе звучащий как чистой воды элегия а ля Ларс Даниэльссон, внезапно меняет полярность; появляется драйв, а затем в повествование вплетаются мажорные цирковые выкрутасы, благодаря чему история заврешается на высокой ноте. "Dancing in the Dark" - хитовый прог-фьюжн, щедро усеянный фанковыми элементами, со временем ставший визитной карточкой концертных представлений квартета Пекки Похьолы. Небольшой этюд "The Sighting" из той серии калейдоскопических полотен, в которых слушателя постоянно таскают за нос; каждый саунд-изгиб данной вещи чреват раскрытием очередной маленькой хитрости. Завершает же действо красивейшая оркестровая рапсодия "Try to Remember", поданная в эффектном и ярком ключе и несущая на себе печать волшебного музыкального дара вечного лирика Пекки.
Резюмирую: удивительный шедевр скандинавского прогрессив-рока, достойный исключительно восторженных эпитетов. Рекомендую.

2 июн. 2011 г.

Circus "Circus" (1969)

Коллективов с подобным названием в арт-роке - гигантское множество. Но и среди сонма одноименных групп английскому квартету Circus вряд ли суждено затеряться. Хотя бы по причине первородства, ведь образовался замечательный состав на заре становления интеллектуальной рок-музыки. В то время, как подавляющее большинство представителей прото-артовых бригад не мыслило себя без клавишных, молодцеватая четверка "циркачей" решительно отказалась от их использования. Однако данное обстоятельство нисколько не отразилось на звуковой насыщенности палитры, ведь у руля команды стоял великий саксофонист/флейтист Мел Коллинз - исполинская фигура в истории британского прогрессивного движения. Его собратьями по оружию являлись Кирк Риддл (бас, гитара), Иан Джеффс (гитара, вокал) и Крис Берроуз (ударные). На рубеже 1968-69 годов эта сплоченная бригада давала концерты в колледжах, а по четвергам устраивала выступления в знаменитом лондонском клубе Marquee. Любопытно, что оригинальных композиций в репертуаре Circus было совсем немного. Значительная часть программы содержала переработки известных вещей The Beatles, Сонни Роллинза, Чарльза Мингуса, The Mamas & The Papas и американского фолк-певца Тима Хардина. Правда, в результате структурно-аранжировочного вмешательства Коллинза со товарищи знакомые слушателю контуры первоисточников зачастую менялись до неузнаваемости. Но такой подход весьма нравился "продвинутой" части публики, в числе которой порою встречались сотрудники звукозаписывающих компаний...
Дебютной (и единственной) пластинке Circus не повезло с датой выхода. Обернись она чуть раньше, и, возможно, расклад получился бы иным. Увы, из песни слов не выкинешь. К тому моменту жадная до сенсаций аудитория вовсю сходила с ума от сложных, непривычных гармоний кримзоновского первенца, внимала масштабным прозрениям Питера Хэммилла с его Генератором, искренне симпатизировала набирающим обороты Jethro Tull и просто ловила кайф от экcпериментального "Кончерто" Deep Purple. На этом фоне Circus с их изощренными "перепевками" явно проигрывали; зато не без артистизма. Чего стоит только 7-минутная джаз-роковая версия битловской "Norwegian Wood", насыщенная гипнотическими саксофонными соло Мела и мастерской работой ритмачей. Крайне удачен пролонгированный трек "Pleasures of a Lifetime" авторства все того же Коллинза, сочетающий балладную меланхолию в симфо-тонах с завернутыми игровыми кусками в стиле фьюжн. В комплекте также имеются озорная самба "St. Thomas", полуночный расслабленный джаз-коктейль "Goodnight John Morgan", милая элегия с индуистским подтекстом "Father of My Daughter", виртуозная головоломка "II B.S.", пасторальная прогрессия "Monday Monday" с шикарными флейтовыми партиями старины Мела и забойный номер "Don't Make Promises", уравнивающий на чаше весов тонкий лиризм с затейливыми драйв-эпизодами.
Резюмирую: весьма достойный лонгплей, прочно занимающий свою нишу в элитном прото-проговом соцветии конца шестидесятых. Советую ознакомиться.