30 мар. 2010 г.

Talk Talk "Spirit of Eden" (1988)

Марк Холлис - человек не робкого десятка. Ведь не каждый способен отказаться от успешной поп-карьеры ради возможности сочинять музыку, свободную от условностей. И только сущему гению подвластно исполнить столь крутой стилистический кульбит, каковой реализовал лидер Talk Talk в период работы над "Spirit of Eden". Эта пластинка ознаменовала новый этап в биографии ансамбля. Миляги в модерновых цветных пиджаках поменяли полярность, превратились в представителей андерграунда. Рейтинги, таблоиды... катись оно пропадом! Вдохновение - вот стержень искусства. Осознав сие, Марк отважился на нечто особенное. Для начала выбрал место - заброшенную церковь в Саффолке. Созвал туда коллег (помимо участников собственно Talk Talk, набралось немало сессионных артистов из консерваторского лагеря, включая именитого скрипача Найджела Кеннеди и хор Челмсфордского собора) и, объяснив задачу, учинил серию коллективных полуимпровизаций в условиях тотального сумрака (для создания атмосферы). Что из этого вышло - в двух словах не расскажешь. Поэтому двинем по пунктам.
Камерная эмбиентальная размытость задает тон 9-минутной пьесе "Rainbow", открывающей альбом. После интроспективных саундскейпов скрипки и трубы эстафета переходит к психоделическим электро-вариациям, перемежаемым классическими вставками (фоно, орган, струнные). Таким образом, "Радуга" соткана из множества слоев, апеллирующих к неясным экзистенциальным глубинам. Процесс оживления прапамяти плавно перетекает в композицию "Eden", структурно напоминающую запечатленное в нотах сновидение, где меланхоличные минималистские тенденции соседствуют с унисонными дисторшированными вспышками; парадоксальная по языку и средствам выражения, но вместе с тем приковывающая внимание вещь. Эксперименты с заповедными областями рассудка продолжаются в этюде "Desire", чья прелесть - в неровностях темпа - то гипнотично-однообразного, то взрывающегося учащенным пульсом рока. Из темных пределов вечности постепенно вырисовываются приджазованные штрихи удивительного звукового откровения под названием "Inheritance": трогательно-подрагивающий вокал Холлиса, оставаясь на периферии чувств, все же легонько задевает нервные окончания, будит фантазию, увлекая в неведомое, гостеприимно распахивающее двери в номере "I Believe in You" (пожалуй, наиболее стройная и упорядоченная тема релиза). Финальная "Wealth" - очень личный, почти исповедальный сегмент, в котором Марк, подыгрывая себе на клавишных, остается один на один со слушателем...
Итог: с формальной точки зрения "Spirit of Eden" - близнец диска "Laughing Stock", изданного тремя годами позднее. Однако в содержательном отношении "Дух Эдема" воспринимается более мудреной программой, требующей если не сопереживания, то хотя бы значительной умственной фокусировки. Рекомендуется в качестве стимулятора интеллектуального роста.

28 мар. 2010 г.

Touch "Touch" (1969)

Touch - одни из пионеров прогрессива на американском континенте. Характерно, что творчество этого замечательного состава впоследствии служило надежным ориентиром некоторым именитым представителям жанра (так, отдельные пролонгированные опусы квинтета вдохновили на композиционные подвиги будущего лидера Kansas Керри Ливгрена). У руля команды стояли старые школьные друзья Дон Галлуччи (клавишные, вокал) и Джоуи Ньюман (гитара, вокал). Именно их сочинительские опыты и определяли затейливую палитру ансамбля. Другими участниками Touch на первых порах являлись вокалист Джефф Хоукс, басист Брюс Хаузер и ударник Джон Бардонаро.
Дебютная пластинка ребят по всем параметрам обязана считаться одним из классических альбомов прогрессивного рока. Насыщенные комплексные структуры Touch ковались с оглядкой на успех тамошних звезд психоделического толка (кстати, парни особенно не скрывали, что нестандартная мелодика большинства их вещей вызвана к жизни экспериментами с ЛСД и прочими галлюциногенными безделушками), но при этом в равной степени учитывались устойчивые каноны симфонической музыки и достижения передовых джаз-бэндов. Отсюда уникальное звучание Touch, отличное от современных им зачинателей интеллектуального рок-звена, действовавших в границах Туманного Альбиона.
Вступительный номер "We Feel Fine" без лишних расшаркиваний выпускает по слушателю мощнейший полифонический залп: чудаковатые переменные размеры, бравурные гитарные риффы, распевное многоголосие и драйвовые органные партии - отменная приманка для меломана. Накрапывающая акустика пьесы "Friendly Birds" вполне отвечает критериям пасторали по-американски: достаточно своеобразный сплав настроений при эксцентрично-подвижной основе. "Miss Teach" - очень штатовский по духу эпизод, настоянный на проверенных рок-н-ролльных ингредиентах. Идейный центр релиза - полноформатная прото-проговая драма "The Spiritual Death of Howard Greer", преподанная в артистическом ключе (развитие ее протекает в контексте натурального эпического арта, есть даже эпизодические обращения к традициям григорианского хорала). Нервозной атмосферой пронизан колоритный этюд "Down at Circe's Place": весьма оригинальное по замыслу, шизофренического типа произведение, после которого расслабленный фьюжн-коктейль "Alesha and Others" выглядит идеалом душевного комфорта. Впечатляет 11-минутный финал "Seventy Five", словно указующий грядущему поколению прогеров берега, от каких надлежит им отталкиваться: невероятный полистилический замес с бесподобными клавишными соло-проходами Дона Галлуччи. Из бонусов обращает на себя внимание инструментальное полотно "The Second Coming of Suzanne": эта обильно сдобренная меллотроном шикарная симфонетта задумывалась как саундтрек к некоей абсурдистской кинодраме, но так и не была использована по назначению. Может, и к лучшему, поскольку внутренний потенциал данной бессловесной конструкции позволяет говорить о ее самостоятельной художественной ценности.
Итог: увлекательный экскурс в славное прошлое воистину неординарного коллектива. Пропускать не советую.

26 мар. 2010 г.

Talk Talk "Laughing Stock" (1991)

"Laughing Stock" - редкий пример торжества искусства над коммерцией. Логическая точка завершения истории группы, начинавшей с мелодичного нововолнового синти-попа, смахивающего на нетленки Duran Duran. Бешеная популярность, лидерство в национальных чартах - все это было у Talk Talk в середине 1980-х (в 1984 г. их незатейливая песенка "It's My Life" взрывала радиоэфиры в Британии и США). И казалось бы, вот он, успех. Пиши хиты на радость публике, стриги вполне заслуженные купоны. Но мастермайнд команды Марк Холлис (клавишные, гитара, вокал) стремился к иному - духовно насыщенной музыкальной палитре, отражающей его личную, не всегда конкретную философию. Первой ласточкой, наметившей перемены в привычной стилистике, явился альбом "The Colour of Spring" (1986). Собственно поп здесь еще превалировал, однако кое-какие сторонние тенденции уже давали о себе знать. Момент истины наступил по окончании записи пластинки "Spirit of Eden" (1988) - абсолютно экспериментальной работы, принятой в штыки руководством лейбла EMI, занимавшегося доселе продвижением релизов ребят. Впрочем, Холлиса и K° слабо волновало мнение толстых дядечек с большими кошельками. Тяга к истинному творчеству всецело владела умами парней, переросших примитивные танцевальные рамки. Им требовался диск-откровение - чистейшая поэзия, растворенная в музыке. Таким материалом стал "Laughing Stock".
Предвосхитив поздние пост-роковые метания английской молодежи, Talk Talk сумели воплотить нечто трудновыразимое словами. Поразительный симбиоз дрим-джаза, камерного авангарда, неопсиходелии, прото-арта и минимализма получил выход в шести композициях, стирающих всяческую границу меж навязшей в зубах реальностью и прекрасным в своей бестелесности царством грез. Если вступительный трек "Myrrhman" выдержан в русле сонного туманного эмбиента, то последующий "Ascension Day" погружает нас в ретро-настроение, чему способствуют архаичные ритм-н-блюзовые органные проходы, позывные гармоники, джазовая перкуссия; тотальное умиротворение, на фоне которого гитара лидера коллектива вопринимается несколько агрессивно. Оборвав на полуслове столь любопытный поток сознания, "токтокеры" переключаются на степенный эпик "After the Flood", полный округлых семидесятнических интонаций, легких нойзовых мазков и почти что дзен-буддистской отрешенности от тягот и забот бытия. "Taphead" - меланхоличный полет освобожденного разума над клубящейся дымкой реки времен, трансперсональная медитация для каждого, кто мыслит сердцем. Протяженная на 10 минут элегия "New Grass" пленяет аналоговой шероховатостью саунда, которую нисколько не портит вплетение мотивов синтезаторной электроники. Довершает картину загадочная рага "Runeii", намекающая на увлечение Марка древними традициями индуизма; весьма любопытный финал, тонко подчеркивающий нестандартность живописно-эфемерного полотна.
Резюмирую: без преувеличения, шедевр психоделик-прога 1990-х, подлинная классика жанра. Рекомендую к ознакомлению.

23 мар. 2010 г.

SOLA: Lars Hollmer's Global home Project (2002)

Ларс Густав Габриель Холльмер (1948—2008) не признавал границ: жанровых, географических - никаких. Кудесник музыкального эквилибра, духовный наставник одного из самых неординарных прог-бэндов всех времен Samla Mammas Manna, он был максимально открыт любым направлениям, а потому с одинаковым удовольствием исполнял авангардные, фольклорные, электронные, симфонические и иные произведения, как собственного сочинения, так и коллег по сцене. SOLA - результат взаимодействия Холльмера с профессиональными японскими артистами, принадлежащими к фьюжн-лагерю. Случай свел их в конце 2000-го года в Токио. Невозмутимые потомки самураев и седовласый нордический весельчак явно приглянулись друг другу, вот тогда и появился на свет Глобальный домашний проект дядюшки Ларса. В баснословно короткий срок маэстро написал тринадцать игровых номеров, рассчитанных на вполне конкретных ансамблистов. А в сентябре 2001 г. представилась реальная возможность увековечить программу в стенах токийской студии GOK...
SOLA - эклектично-привлекательный инструментальный калейдоскоп, буквально сочащийся жизнерадостностью. Драйв вступительной буффонады "Nationsjazz" основательно сносит крышу. Знаменитые аккордеонные атаки Холльмера подстраховываются с флангов кларнетистом Ватару Окумой, струнным дуэтом Юрико Микудзимы (скрипка) и Хиромичи Сакамото (виолончель), а также клавишными Казуто Шимидзу и мощными брейками легендарного ударника Тацуи Йошиды. Грандиозное, сверхбравурное начало виртуозно сменяется камерной чистотой в северно-минорном ключе ("Ljuva Lägen"): на редкость фактурная зарисовка, стилистическое альтер-эго Samla Mammas Manna. Пролонгированная "Trampumpa" сыграна в излюбленной Ларсом циничной манере старорежимного цирка-шапито: откровенное балагурство, доведенное до стадии кипения. Отменно хороша восточная пастораль "Arioso Nearaway", поднесенная под скандинавским углом зрения. А вот элегическая симфо-фолковая баллада "Continue", спетая мастермайндом, напротив уводит нас в края снегов и фьордов. Эксперименты с саундом и мелодическими гармониями находят отражение в замечательной пьесе "Arp. Violin": однообразные секвенции, извлекаемые Холльмером из памп-органа, тематически подхватываются и развиваются аккомпаниаторами сразу по нескольким генеральным линиям. Экзотику танго под шведским соусом можно попробовать на вкус в этюде "Växeltango": поверьте, оно того стоит. Здоровыми элементами бурлеска пропитана "Samla Zanzibar", окрашенная в беззаботные тона регги. Нойзовые поползновения уверенно правят бал в зубодробительном РИО-опусе "Parallell Angostura": безумная авант-кавалькада, на какую способен лишь наш герой. Вокальным приколам самое место в запредельной шутовской палитре съезжающего с катушек свингового наброска "AKA Session", после которого так приятно погрузиться в заоблачные мечтания под уютные звуки фоно и гармоники ("Novelty"). "Hoppas...GOK" напоминает хоровые репетиции в сумасшедшем доме: вот уж поистине нечто за гранью добра и зла. Финальную точку в программе ставит "Yrsa Requem", посвященный домашней любимице Ларса - бельгийской овчарке Ирсе. Особую трогательность данной вещи придают завывания другого пса Холльмера - черношерстного Сноутана; печальное завершение эмоционально насыщенного банкета.
Резюмирую: превосходное путешествие во вселенную диковатых образов оригинального северного сказочника. Настоятельно рекомендую к прослушиванию.

20 мар. 2010 г.

New Tango Orquesta "Bestiario" (2005)

Кто бы мог подумать, что специфика танго окажется северянам столь же близка, как и соотечественникам прославленного Астора Пьяццоллы. Однако вот он, реальный пример: инструментальный шведский коллектив New Tango Orquesta, исполняющий оригинальные произведения лидера бэнда - композитора Пера Стёрби. Собственно танго в авторских опусах маэстро служит фактором определяющим, но отнюдь не единственным. В избранной участниками проекта стилистической концепции немалое место отводится характерным элементам барокко, романтизма и минимализма, а также моментам свободной импровизации. "Bestiario" - третья по счету работа New Tango Orquesta, дающая максимально полное представление об уникальности замечательной формации из Гётеборга. Не случайно именно этот альбом удостоился шведского аналога премии "Грэмми". Остановимся на пластинке поподробнее.
Фактурность вступительного номера "No Stop City" построена на акцентированных унисонных интонациях. Лейтмотивом здесь выступает узнаваемая, по-аргентински яркая и эмоциональная подача. По ходу действия ансамблисты то и дело осуществляют короткие заезды в сферы академического авангарда, что нисколько не противоречит исповедуемым ими принципам "nuevo tango". Медитативный этюд "Mute" призывает нас отрешиться от ненужных проблем и немного поразмыслить о главном: важность темы подчеркивается рефлексивными фортепианными пассажами Томаса Густавссона, глубоким звуком контрабаса Юсефа Каллердаля и проникновенными скрипичными соло Ливет Норд. Классическая элегантность вкупе с латиноамериканской страстностью образуют поразительный альянс в композиции "Push": образец по-своему гениального синтеза от Пера Стёрби, чья игра на бандонеоне (разновидность гармоники) задает тон пьесе в целом. Своеобразным посвящением И.С. Баху выглядит пронизанная сугубо европейской "грустинкой" камерная "Elegy", за которой следует монументальный эпик "Berlin" с его бесподобным хитросплетением настроений - от всеподавляющей, искусно нагнетаемой тревоги и сладостных сердечных мук до пространной созерцательности, заявляемой в клавишном варианте. Вдумчивая мелодическая фреска "Cinnamon" обладает отчетливыми признаками саундтрека, что не удивительно, ибо в творческом активе музыкантов значится и сотрудничество с кинематографистами. До крайности колоритна заглавная вещь "Bestiario" - горячий скандинавский привет вышеупомянутому синьору Пьяццолле (удачно выдержано противопоставление скрипичного драйва осторожным электрогитарным аккордам Петера Грана). Заключительному абстрактному полотну "Nemo" вполне подошел бы умозрительный ярлык "chamber ambient"; раскрывать не возьмусь, послушаете - сами поймете.
Итог: блестящий релиз, достойный исключительно высоких эпитетов. Рекомендую всем, без скидок на личные предпочтения.

16 мар. 2010 г.

Gábor Szabó "Faces" (1977)

Венгерский гитарист Габор Сабо прожил до обидного недолго: судьба отмерила талантливому музыканту сорок пять лет. Однако до своей кончины в 1982 г. маэстро успел сделать многое, оставив яркий след в бурном море мирового джаз-рока. С ним почитали за честь сотрудничать выдающиеся европейские и американские исполнители, ибо самобытная манера игры Сабо, его чувство композиции и ритма не оставляли равнодушными как коллег, так и слушателей.
Альбом "Faces" (1977) - одна из последних пластинок Габора, воплощенная с присущими мадьярскому артисту изобретательностью и блеском. Записанный в лос-анджелесской ABC Studios при поддержке тамошних профессионалов лонгплей получился на редкость теплым и душевным. Из восьми представленных треков лишь три сочинены непосредственно Габором, но это не имеет никакого значения. Главное - та зрелая магия, что плещется в каждом из звуковых эпизодов. Сабо не к лицу самовлюбленная виртуозность. Как истинного художника, его в первую очередь волнует процесс передачи чувства. Хотя игровых моментов здесь предостаточно. Релиз открывается задорно-сооблазнительным фанковым номером "The Biz", принадлежащим перу продюсера Уэйна Хендерсона. Структурно этюд напоминает, с одной стороны, соответствующие опыты замечательных англичан Quantum Jump времен их дебюта, с другой - творения Яна Хаммера, запечатленные под шапкой "Melodies" (кстати, этот LP вышел в один год с "Лицами"). Сверхлиричная, изящно оркестрованная "Magic Mystic Faces" подобна прекрасному закатному пейзажу; настоящее предвечернее волшебство, оттеняемое женским вокализом. Построенная на приглушенных полутонах зарисовка "Gloomy Day" перекликается с отдельными произведениями шведской фьюжн-леди Мерит Хеммингсон (интересующихся отсылаю к ее работе "Balsam", изданной в 1975 г.: послушайте и сравните). Беззаботной легкостью пронизан симпатичный джаз-роковый опус "Desiring You", да и следующий за ним "Misty Malarky Ying Yang" достаточно оптимистичен по сути, но все же содержит определенный налет загадочности. "Alicia" - вариация на тему сердечного томления вечного джазмена: беглая россыпь электрических струнных эмоций в обрамлении духовой секции. Красивейшая "The Last Song" с ее космическими тембрами синтезаторов, деликатным симфонизмом и невероятной щемящей гитарой - пиковая пьеса на диске. Габор вновь демонстрирует поразительный мелодический дар и безукоризненное владение искусством гармонии; натуральная соул-фьюжн классика. Финальный электроакустический набросок "Estate" - своеобразный прощальный привет из-за тающей дунайской дымки. Грустная улыбка великого музыканта, перешедшего свой Рубикон, на деле оказавшийся Летой...
Резюмирую: превосходное, не лишенное глубины полотно, стирающее иллюзорную грань меж утверждающим приоритет материи земным бытием и грандиозным в собственной непостижимости пространством духа. Советую ознакомиться.

13 мар. 2010 г.

Dear Mr. Time "Grandfather" (1971)

Британское прото-прогрессивное движение начала семидесятых дало миру немало славных имен. Однако и здесь еще остаются незаполненные страницы истории, закрыть которые призваны энтузиасты, ведущие поиск в архивах. К числу такого рода находок относится и единственный альбом квинтета Dear Mr. Time. Концептуальная пластинка "Grandfather" была выпущена в феврале 1971 г. маленькой звукозаписывающей конторой Square Records. Скромный тираж в тысячу копий разошелся мгновенно, поскольку спрос на подобную музыку в то время явно превышал предложение.
В центре сюжета пятерки парней из Эссекса - собирательный образ дедушки, чья нелегкая судьба, красочно запечатленная внуком, должна послужить примером для воспитания подрастающего поколения. Нравоучительный экскурс в прошлое страны, осуществляемый рок-средствами, - не самая распространенная схема. Тем не менее тут она срабатывает целиком и полностью. Мелодический рисунок отдельных глав вызывает определенные ассоциации с творчеством The Moody Blues. Но оно, в общем-то, и не удивительно: эти пионеры симфо-рокового направления оказали влияние на многих. Весьма характерным напевным лиризмом проникнуто вступление "Birth - the Beginning": балладно-фолковые интонации постепенно накладываются на размашистую полифонию с вокальными гармониями всех участников ансамбля. Прогрессивный ритм-н-блюз "Out of Time" демонстрирует уклон в более жесткие, "ершистые" области: тому способствует и измененный вокодером голос фронтмена - органиста Барри Эверетта. Вкрадчивое флейтовое интро Джима Стюрджеона в "Make Your Peace" выдержано в полупсиходелических оттенках а ля Jade Warrior, а далее в ход идет бравурная саксофонная атака при поддержке ритм-секции (Дэйв Сьюилл - бас, Джон Клементс - ударные, перкуссия). Томной джазинкой мерцает шикарный этюд "Your's Claudia", где из инструментов представлены лишь гитара Криса Бэйкера да меллотрон. Струнная имитация вкупе с сочными фортепианными аккордами формирует фундамент прекрасной бессловесной симфонетты "Prelude (to Your Country Needs You?)". Зато последующая пьеса "Your Country Needs You?" ритмикой и заметно утяжеленным саундом отдаленно перекликается с ранними King Crimson. Хардовые поползновения теснят артовую составляющую в первой половине пьесы "A Dawning Moonshine", впрочем, развитие ее протекает в драматическом русле. Милая хоральная зарисовка "Years & Fortunes" на пару с мотивным кантри-номером "A Prayer for Her" выполняет роль своеобразной передышки от концепт-наворотов. И лишь в "Light Up a Light" нас возвращают к избавленной от легкомыслия событийной панораме. Элегическая мелодекламация доминирует в интроспективной части превосходнейшей композиции "On a Lonely Night", сочетающей камерные необарочные приемы с комплексным роковым монотематизмом. Финал повествования - светлая фольклорная пастораль "Grandfather", подчеркивающая удивительно живописный колорит релиза.
Резюмирую: отличное прибавление в коллекцию консервативно настроенного меломана. Наслаждайтесь.

10 мар. 2010 г.

Anthony Phillips & Harry Williamson "Gipsy Suite" (1994)

Истоки "Цыганской сюиты" лежат в летних музыкальных сессиях 1971 года. Именно тогда Энтони Филлипсом и Гарри Уильямсоном были сочинены три четверти этого любопытного акустического произведения. Финальная часть магнум-опуса оформилась лишь в октябре 1975 г., и чуть позже была представлена Саймону Дрэйперу с лейбла Virgin Records. Заручившись ободрением и поддержкой последнего, оба соавтора решили довести свое детище до ума, а там и до широкой аудитории, однако Филлипсу сперва требовалось разделаться с дебютной пластинкой - "The Geese & the Ghost", контракт на которую уже имелся в активе. Начало 1978 г. ознаменовалось демо-записью "сюиты". Причем корневая двухгитарная инструментальная раскладка обогатилась дополнительными скрипично-виолончельными партиями, а также украсилась пасажами флейты (Джон Хэккетт) и гобоя (Роб Филлипс). Но благодушная доселе фортуна внезапно изменила прежним любимцам. Диковатое лихолетье панка нивелировало интерес к концептуальному изяществу арт-рока, и пришлось героям не солоно хлебавши отложить "Gipsy Suite" в долгий ящик. Возрождение из пепла состоялось в 1994 г., правда, финансовые неурядицы не позволили творческому тандему развернуться в планируемом масштабе, и потому Энтони с Гарри ограничились скромным вариантом в две гитары (6- и 12-струнную), от которого они и отталкивались когда-то...
Поскольку все четыре фазы "Цыганской сюиты" не содержат вокальных фрагментов, маэстро Уильямсон, по совместительству - литератор, счел нужным привести в буклете краткое описание каждой из частей. Но, право, он мог бы и не беспокоиться. Звучащие на диске камерные зарисовки лучше всяких слов иллюстрируют пресловутые "рассветные туманы", "мирно пасущийся табун", "освещенное пламенем костра лицо рассказчика" и другие сопутствующие атрибуты. Сразу замечу, что "цыганщины" в привычном для славянского менталитета смысле тут нет и в помине. Балом правит традиционная для Филлипса тихая элегичность. Повсюду царят небесной красоты пасторальные гармонии проклассического толка, ласково убаюкивающие взбудораженное будничными стрессами сознание. Это очень английская по духу история, во многом выигрывающая за счет своей демонстративной старомодности. Основная канва материала нанесена широкими, но вместе с тем детальными мазками в нарочито неторопливом темпе (адажио и ларго), и лишь окончание "Movement III (Evening Circle)", да "Movement IV (The Crystal Ball)" преподносятся в аллегро-ключе. В целом же "Gipsy Suite" можно сопоставить с другим волшебным мелодическим микро-шедевром Филлипса-Уильямсона - альбомом "Tarka", оригинальные демо-версии двух первых глав коего образца 1975 г. (без оркестрового сопровождения, но с синтезатором, органом и перкуссией) включены в данное издание.
Резюмирую: красивое, вдохновенно воплощенное лирическое полотно; замечательный подарок для всех почитателей творчества обоих артистов.

7 мар. 2010 г.

Piirpauke "Global Servisi" (1990)

Компилятивное собрание треков от основоположников скандинавского направления world music - команды Piirpauke. За начальные пятнадцать лет существования через эту творческую лабораторию, возглавляемую духовиком и клавишником Сакари Кукко, прошло немало музыкантов. Однако подобная текучка кадров благотворно влияла на внутренний сочинительский процесс, не давая поводов для формального застоя. И "Global Servisi" - прекрасный шанс удостовериться в многоликости богатого наследия Piirpauke.
Хронологическое распределение материала носит смешанный характер. Так, открывается пластинка композицией "Joropo Llanero" из программы 1981 года. Любопытно, что ничего специфически финского в данной пьесе нет. Перед нами виртуозный игровой джаз-рок, исполненный в достаточно задорном ключе, с почти что балканской жизнерадостной бесшабашностью. Ведущими инструментами здесь выступают флейта мастермайнда Сакари и альт Карри Койвукаски; на базе их искрометного диалога и выстраивается в высшей степени изобретательное звуковое полотно. В основе атмосферного рисунка "Konevitsan kirkonkellot" - обращение к сугубо северному минору с его угрюмым ледяным безмолвием; истинный бенефис Хассе Валли - первого гитариста Piirpauke. Название "Swedish Reggae" говорит само за себя: уникальный микс из знакомых ямайских интонаций, помноженных на традиции деревенской шведской плясовой, подаваемых в пестрой фьюжн-обертке. Надрывная нордическая грусть, настоянная на тембрах индийской флейты маэстро Кукко в номере "Imala Maika", во многом перекликается с древнерусской тоской, некогда так доставшей Б. Г. Блистательная драйвовая вещь "Forgotten joys, forsaken songs" - одна из наиболее интересных позиций на диске: эдакий воображаемый вояж в бодром темпе по озерным достопримечательностям Суоми. И совершеннейшим контрастом по отношению к ней выглядит расположенная рядом "Soi vienosti murheeni" - прочувствованная ностальгическая зарисовка, трогающая потаенные струны души. Поразительное умение Сакари пропускать через себя образцы иноземного фольклора наглядно заявлено в "Zwei bulgarischen Zigeunerlieder", где сквозят разгульные жгучие ритмы, присущие уличным сельским танцам южных славян. И совсем уж экзотическим цветком в причудливом букете Piirpauke смотрится африкано-финская "Maam Bamba", подкрашенная эпизодическими речевыми вставками чернокожего гитариста Баду Н'Дьяйе. Испанские страсти переполняют до краев акустический фламенкообразный этюд "Arbole"; благодаря восхитительному артистизму вокалистки Синты Хермо слушатель имеет возможность совершить экскурс на просторы Пиренеев. А после - невероятно мотивная "Lamb's Polska", и вновь эмоционально-географический поворот на 360 градусов, неизбежно подстегивающий фантазию. Финальная "Crazy Sakari", вопреки заглавию, практически избавлена от шутливости; структуры ее щедро приправлены меланхолией, столь близкой и понятной соотечественникам Сакари Кукко.
Итог: великолепная коллекция жемчужин от одной из лучших групп Скандинавии. Настоятельно рекомендую.

3 мар. 2010 г.

Vital Duo "Ex Tempore" (2001)

Vital Duo - сторонний проект братьев Пейссан, ведущих композиторов французской арт-роковой команды Minimum Vital. Будучи убежденными традиционалистами, близнецы Жан-Люк и Тьерри всегда питали слабость к культуре раннего европейского средневековья, и в рамках дуэта оба наконец-то сумели реализовать давнишнюю мечту - обратиться непосредственно к возвышенным образцам поэзии и музыки XIII-XV веков. На правах вдохновителей, если верить буклету, выступали крестоносец и трубадур Конон де Бетюн (1150 - 1219 или 1220), основоположник техники изоритмической полифонии Гийом де Машо (ок. 1300 - 1377), а также анонимный сочинитель пятнадцатого столетия. Фрагменты произведений означенных грандов в итоге послужили необходимым смысловым фундаментом для создания данной программы. Фактическое отсутствие ритм-секции (партии ударных распределены поровну; местами они подаются в запрограммированном виде) позволило выявить нюансы, которые наверняка затерялись бы в полноценном групповом варианте. Богатый инструментарий (а это гитары, мандолина, уникальная 16-струнная электрическая цитра конструкции Ришара Каро, перкуссия, несколько разновидностей органа, рояль и синтезаторы) активно задействуется практически в каждом треке. Однако продуманность палитры до мельчайших деталей помогает избегать моментов звукового перенасыщения. Саунд Vital Duo тяготеет к камерности, чистоте красок и глубине образов. Напевное многоголосие искусно вплетено в канву этюдов, построенных по примеру древних канонов, но с учетом обширных возможностей прогрессивного рока. От бодрых наигрышей, структурно ассоциирующихся с опусами британских семидесятников Amazing Blondel, слушателя подводят к прозрачному, благородной огранки симфо-прогу с красивейшими вензелями гитары и торжественными аккордами виртуального кафедрального органа ("Les Saisons Marines"). Элегантность мелодической фактуры номера "Tel Rit au Main" отсылает к сольным опытам Жана Паскаля Боффо, идущая за ней эпическая фреска "Ce Me Dame" смело сочетает квази-религиозную атмосферу с породистым игровым арт-фолком в духе Gryphon, после чего наступает продолжительный сеанс гармонического просветления ("Deux Chemins d'Enfance"). Сюита в 4-х частях "Nostre Dame" представляет собой авторское видение мессы: отсюда мрачноватый пафос аранжировок "под готику". Для пущей неожиданности Жан-Люк с Тьерри пускают в ход провокационную секвенсорную ритмику ("X-File"), увенчанную пышной органной постлюдией "Exutoire". Отстаящие во времени средиземноморские мотивы испанского происхождения питают превосходную зарисовку "En Castille". Финальная "Meditation" целиком соответствует названию: расслабленная акустическая тема рефлексивного характера; весьма уместное завершение событийно неоднородного альбома.
Резюмирую: крайне любопытное полотно, сотканное из массы интереснейших эпизодов; подлинное эстетическое пиршество для мелогурманов. Очень рекомендую.