7 нояб. 2008 г.

Ketil Bjørnstad, David Darling, Terje Rypdal, Jon Christensen "The Sea" (1995)

Произнесите мысленно: Н о р в е г и я. Какие ассоциации приходят на ум? Снег? Фьорды?
Море?
В точку.
Бескрайнее северное море под угрюмыми небесами. Источник жизни, пропитания и вдохновения. Истинный норвежец никогда не устанет любоваться этим первозданным сокровищем. И нет ничего удивительного в том, что именно морю посвятил свою тональную поэму в 12 главах композитор и пианист Кетиль Бьорнстад. Воспеть национальное богатство страны во всей красе он позвал лучших из лучших - виолончелиста Дэвида Дарлинга, гитариста Терье Рюпдаля и перкуссиониста Йона Кристенсена. В итоге квартет ярчайших визионеров-импрессионистов от музыки произвел на свет подлинный шедевр, исполненный невероятной красоты, глубины и мощи. Четыре различных настроения в рамках единой стихии, четыре противоположных темперамента лежат в основании совершенной скандинавской рапсодии. Академические рубато и пианиссимо Кетиля олицетворяют лирическую созерцательность, предвечернее штилевое спокойствие. Его игра - тот необходимый цементирующий слой, что является залогом успешного сопряжения разноликих элементов, вносимых коллегами. Струнные пассажи Дарлинга сродни подводным течениям, всякий раз меняющим курс. Нарочито тягучие, обманчиво расслабленные они внезапно наливаются тревогой. Мнимая циклическая стройность оборачивается вспышками молний, скрипом переборок терпящего бедствие суденышка, рискнувшего поспорить с прожорливой темной пучиной. Однако настоящее буйство природы, его бесшабашный разгул воплощает на альбоме гениальный маэстро Рюпдаль. Каждое движение пальцев по грифу отвечает за определенный образ. Предельная точность фразировки, абсолютно ничего лишнего. Скользящее арпеджио - и вот уже устремились вперед пенные барашки волн. Неуловимый пасс - и в воздухе повисает тоскливый крик альбатроса. В финале, после серии хаотических штормовых атак Терье и вовсе выдает нечто щемяще-гилморовское, будто пытаясь обуздать собственную авангардную сущность, облагородить блюз-роковыми кружевами. Вечный джазмен Кристенсен, на первый взгляд, работает достаточно контрастно по отношению к прочим. Перкуссионные постукивания и перезвоны рассыпаны спорадически по палитре и, вроде бы, возникают сами по себе, произвольно. Но в оном вся соль. И спустя некоторое время начинаешь понимать: "импровизационные" изыски дядьки Йона на деле хорошо продуманы, семь раз отмерены и отрезаны там, где нужно. Не знаю, что еще добавить. Слов катастрофически мало. Да и проку в них...
Лучше сделайте звук погромче, закройте глаза и насладитесь величественной картиной, созданной Мастерами.

Комментариев нет: